Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 61 из 77

Но что делал Роман в машине Элиаша? До сих пор я полагала, что в тот роковой вечер брат ехал к нам домой. Но не познакомить же меня с одним из своих Стражей он хотел? А если нет, то куда они направлялись по нашей улице?

– Я приму душ, ладно? – Себ допил кофе и поднялся.

– Да, конечно, – рассеянно кивнула я. Себ понёс кружку к раковине, и тут у него в кармане зазвонил телефон.

– Да? – Себ не глядя вытащил трубку и приложил к уху. А в следующий миг его лицо окаменело.

– Что вам нужно? – спросил он. Я подняла голову, удивлённая его тоном.

– То, что иногда случается во время поединков – они проиграли и погибли, – Себ так и продолжал стоять с кружкой в руке. – Меня там в тот момент не было, ничего не могу сказать.

Я попыталась прислушаться, но, как и вчера, голоса его собеседника слышно не было.

– С каких пор вас это стало волновать? – Страж наконец опустил кружку в раковину и вытащил из кармана пачку сигарет.

– Простите, мне некогда, – сообщил он, нажал на «отбой» и, как и вчера, бросил телефон на стол. Потом щёлкнул зажигалкой и затянулся.

– Опять твой учитель? – спросила я. Себ кивнул и поморщился.

– Можешь его заблокировать.

– Ему ничто не помешает позвонить с другого номера. Проще телефон сменить, – Себ вздохнул. – Впрочем, он и тогда меня в покое не оставит.

Он быстро, в несколько затяжек докурил сигарету, затушил окурок и выбросил в мусорное ведро. Потом, со словами «я в ванную» вышел на лестницу. Было слышно, как он поднимается по ступенькам. Минуту спустя наверху приглушённо зашумела вода. Я встала сполоснуть кружки и тарелки – обычно Себ мыл посуду сам, но тут, видимо, забыл.

Был ещё один вопрос, который вертелся у меня на языке, но я так и не решилась его задать. «Но Элиаш всегда…» Всегда – что? Добивал своих противников?

Стоит ли идти до конца в стремлении выяснить правду? А то, если сложить всё, что говорили о моём брате другие люди… Неприглядная какая-то картинка получается.

Мои попытки найти баланс между нежеланием думать об Элиаше плохо и новыми фактами прервал звонок телефона. Звонил телефон Себа. Я посмотрела на него, потом в потолок – вода в ванной шумела по-прежнему. Телефон всё звонил, тот, кто пытался достучаться до Стража, был настойчив. Я облизнула губы, чувствуя, как вспотели ладони. Вибрирующая трубка притягивала магнитом, искушая возможностью раскрытия всех тайн. Потом она замолчала, и я перевела дух, испытывая облегчение от того, что вторжение в чужое личное пространство не состоялось, и одновременно досадуя на свою нерешительность. И тут телефон зазвонил снова.

Внутри что-то ёкнуло, но я взяла его и нажала на «принять вызов».

– Себ, ты почему бросаешь трубку? – не дожидаясь, пока собеседник соберётся с мыслями для приветствия, требовательно спросил низкий мужской голос. – Что за детский сад? Ты понимаешь, что я хочу тебе помочь? Из-за смерти Прохазки и Томаш уже начато следствие, Барта требует твоей крови, и мне всё труднее…

– Это не Себ, – перебила я. Голос поперхнулся и на мгновение умолк.

– Кто это? – так же требовательно, но уже тоном ниже спросил он.

– Меня зовут Нела Черны. Должно быть, вы обо мне слышали.

– А… Да! Да, конечно. Я о вас слышал. Вы сестра Элиаша Черны, верно? Могу я узнать, где Себастьян?

– В другой комнате, – я снова покосилась в потолок.

– Ах, вот как… Признаюсь, Нела, я уже давно хочу с вами познакомиться. И раз уж мы с вами так удачно пересеклись, быть может, как раз и пообщаемся обстоятельнее?

– Я не смогу говорить долго, – вода наверху всё шумела, но сколько времени понадобится Себу?

– Себастьян не знает, что вы мне ответили?

– Нет.

– Понимаю. Тогда как насчёт встретиться лицом к лицу и поговорить без помех? Скажем… завтра, часов в пять пополудни.

Шум в ванной смолк.

– Ладно, – быстро сказала я. – Старая площадь, кафе «Джолис». Знаете это место?

– Найду. Приходите к пяти часам и спросите господина Коларжа. Я займу нам столик.

– Хорошо, – сказала я. – До свидания.

Когда Себ спустился вниз, отжимая волосы в полотенце, я как раз домывала посуду. Его телефон лежал на прежнем месте. Последний звонок из журнала был стёрт.

* * *

Наконец-то потеплело, и я смогла надеть своё любимое бело-голубое платье, лишь дополнив его лёгкой кофточкой. Себ, ещё раз переночевав у меня, наконец уехал к себе, так что мне не нужно было объяснять, куда я направилась. Хотя он, наверное, и не спросил бы.

Кафе «Джолис» занимало первый этаж симпатичного особнячка в стиле барокко, стоявшего на углу Старой площади и вливающегося в неё бульвара. Пройдя по брусчатке мимо чугунных лавочек и чугунных же фонарей, я приблизилась к ступенькам на террасу перед входом.

– Здравствуйте. Я к господину Коларжу.

– Да, вас ждут, – улыбнулась стоявшая рядом с выставленным меню девушка с логотипом кафе на блузке. – Пожалуйста, проходите.

Она провела меня в угол террасы, к столику, стоящему у самых перил. И, когда я подошла ближе… Это было глупо, но мне на мгновение показалось, что ним сидит Себ. Себ, перекрасивший волосы из светло-русого в тускло каштановый цвет и собравший их в низкий хвост на шее, а заодно и сменивший большие дымчатые очки на прямоугольные прозрачные.

Но, конечно, это был не он, хотя бы потому что человек, сидевший за столиком, был как минимум лет на двадцать старше. Да и не так уж много внешне общего между ними было. Когда я остановилась рядом со столом, соображая, как приветствовать незнакомца, господин Коларж поднял глаза и улыбнулся:

– Госпожа Черны? – спросил он. И, не вставая, указал на стул напротив себя: – Пожалуйста, садитесь.

Не было сомнений, что этот самый голос я вчера слышала по телефону. Я села, неловко прижимая к себе тонкую папку. Потом положила её на стол, рядом с пепельницей со свежим окурком и полупустым пивным бокалом. Несколько секунд мы рассматривали друг друга. Видимо, господин Коларж был ниже Себа, хотя трудно определить рост сидящего; но всё же даже к сидящему Себу мне всегда приходилось чуть поднимать голову. А сейчас я могла прямо смотреть в глаза человеку напротив. На нём был тонкий тёмный свитер с открытым воротом, из которого выглядывал воротник голубой рубашки. Когда я слышала в динамике низкий баритон, мне представлялся кто-то более… внушительный.

– Закажете что-нибудь?

– Да. Сока, пожалуй, – хотелось взять чего-нибудь покрепче, чтобы подтвердить свой статус взрослой дамы, к которой обращаются «госпожа такая-то». Но я побоялась выглядеть пыжащейся малолеткой.