Планета "Я"

Глава 14. Анатолий Степанов.

Не хотелось отпускать Нику, но пришлось, а куда денешься? Насильно не оставишь у себя и жить с собой не заставишь. Хотя она вроде и не против, но всё равно что-то удерживает её. Наверное, недоверие. А тут ещё Вера с претензиями и предположениями. Ревнует? Нет. Самолюбие зашкаливает, как это её, дочку бизнесмена, такую известную в городе, променяли на никому не известную студентку. Да, мне не хотелось ссориться с Платоновой, не хочу просто, но она как будто специально меня выводит на эмоции. Чего дожидается? О, пришёл кто-то... Мама? Звонят в квартиру.

Открыл дверь и замер. Платонова! Легка на помине, долго жить будет.

— Прекрати ходить сюда, Вера! Это выходит за рамки приличия, или тебя им не учили?

Она переступила с ноги на ногу, фыркнула, как лошадь.

— А ты грубияном стал, Степанов. Да, свяжешься с такими, как Вольская, и станешь таким же, как и она. И вообще, я пришла кое-что забрать, ты не все вещи мои собрал, некоторые здесь остались.

Грубиян, значит...

— Не тебе о грубости рассуждать, ты вообще по-человечески разговаривать разучилась, это... Ты у Воропаева переняла манеру общения? Не может такого быть, тот хотя бы на людях ведёт себя достойно.

Парировал ей.

— Пять минут у тебя, чтобы собрать всё, что осталось. И прошу, не доставай ни меня, ни тем более Нику. От твоей навязчивости нервы шалить начали.

Она прошла в спальню.

— Ты уже на нашей постели с ней спишь? Ну и быстрый... А нервы шалят? В этом не моя вина.

— Ты ещё быстрее в чужую постель прыгнула. Забирай, что осталось, и уходи, у тебя отец в реанимации, не забыла? — Напомнил ей, чтобы не взбрыкивала и с врачами не ругалась.

Вера усмехнулась мерзко.

— Как будто тебя это волнует. Мы сегодня папу в Москву увезём, понятно тебе? Вольский врач никакой, а там...

— Правда? А вот мне замечательно операцию сделал, и отцу твоему, как понимаю, тоже. Это только ты чем-то недовольна. Ну, это твои проблемы.

Вера забрала какие-то свои рубашки, сложила в пакет.

— Вольский слетит с работы в скором времени за грубое обращение с больными...

— С такими, как ты, на всю голову больными? За это не слетают с работы. Всё собрала? На выход.

Она брезгливо сморщилась.

— Скажи, тебе с ней спать не противно? Она же...

— Уходи, Вера. Я не собираюсь обсуждать с тобой эту тему.

***

Думал, не провожу, ну наглая до беспредела. Не хочет понять, что она уже в прошлом. Бывшая. Прилёг, что-то нехорошо себя почувствовал. Достала дама настырная. Ох, а я лекарства не выпил ещё, может, от этого плохо? Поднялся, выпил таблетки, снова прилёг. Звонит кто-то. О, Костян.

— Алло? Привет, Костя, что там у тебя? Вопросы ко мне?

— О, никаких, я тебе сейчас несколько глав книги своей скину, оцени, как тебе, после, когда прочитаешь, позвони. Мне интересно твоё мнение.

— Давай, всё равно лежу, ничего не делаю, да и не хочу ничего. Костя-а-а... Хоть чем-то развлекусь, ну а почему не твоей комедией.

Он заржал там, как конь. Ох и смеяться любит.

— У меня не комедия получилась, а вполне серьёзное произведение. Ты прочитай и всё сразу поймёшь. Ох, Толян, ну ты и скептик, ко всему и ко всем у тебя недоверие, а людям, между прочим, доверять надо.

Доверяй, но проверяй, так говорят.

— Не всем, Костя, не всем. Скидывай свой «рОман», а я чтением займусь.

Через полчаса угорал в буквальном смысле слова над его серьёзным романом. Кто ещё такую чушь напишет? И как я к человекообразным обезьянам с горящими глазами на планету попал, и что она называется «Янтарная», если коротко, то «Я», и что там волки двухметровые напали на планету, волки эти вульфами зовутся, и что у них король Вольфор, огромных нечеловеческих размеров, ой. У вульфов вообще короля не было, они стаей нападали на янтарей. И потом «волк нечеловеческих размеров», ну волк-то, наверное, волчьих размеров бывает. Ну это ладно, про юмов вроде всё так, только Горланыча он назвал Горлопанычем, а Кула — Куланом, Чарму, королеву койлов, назвал Чумрад. Комедия, а не роман. Ну он писатель, ему виднее.

Когда дошёл до секретных лабораторий, вообще катался по кровати. И как мне там янтарную жидкость закачать в вены хотели, а кровь выпить летучие мыши-вампиры, и как меня меня крысы в белых халатах пытали, а самый главный крыс Бурук наставлял их, они в мозг залезли, хотели чип поставить, но тут явились кошки-янтарёшки и сожрали тех крыс, а меня вроде даже стошнило от этого. Кошек прислала Виржиния, дочь короля Яна, она и спасла меня, призвала на помощь пантер, те никого ко мне не подпустили. Всё это излагалось на много страниц со сценами, в том числе и с любовными. Описывать их не стану, слишком уж откровенные.

Последняя страница посвящена бою с воинами-янтарями и Виржинии, те хотели меня навсегда оставить на той жёлто-красной планете, а мне хотелось домой, и я убегал, а они за мной на автодрапалётах, догонять уже стали, и тут снова Виржиния и огромных размеров пантера Марсала порвали всех. А один ухитрился и меня ударил тяжёлым оружием в грудь, чем и вернул к жизни.

***

Отсмеялся над Костиными главами, кстати, их уже много у него, я вкратце здесь описал самое главное и смешное, на мой взгляд. Ну что же, надо другу позвонить, сказать, что прочитал, и что мне понравился его роман.

— Алло, Толян? Ну что скажешь? Как тебе мой вымысел художественный? Понравился? — Костя замер, ожидая ответа.

Настучать бы тебе этим вымыслом по голове, может, поумнел бы, но говорить ему ничего не стал, я в литературе не смыслю.

— Понравился твой вымысел, печатай, пусть планета «Я» прославится у нас на земле.

— Окей, обязательно напечатаю, ещё тебя на презентацию позову, чувствую, скоро я известным на всю страну стану, Толян, и всё за твой счёт!

Обрадовался Орлов, как дурак, вроде и не молоденький в сказки верить, а вот верит. Может, все писатели такие, с прибабахом. Не знаю. Костя мир воспринимает как ребёнок, хотя взрослый человек, универ за спиной, но что поделаешь? Есть такие.

— Позовёшь, приеду. — Ответил ему. — Ладно, пиши дальше.

— Пока, Толик. Я снова за работу. — Отключился Костя.

***

Да. Весело, ничего не скажешь, радость! И с кем поделиться этой радостью я не знал. Ника... Надо ей позвонить, узнать, как она там, что профессор, приезжал или нет? Что Потапов, уехал в Москву? Вернее, увезли его в Москву? Набрал номер.

— Алло? Толик? Привет.

Услышал родной голос. Почему она мне стала родной за такое короткое время? Сам не знаю, но она роднее родных.

— Ника, рад тебя слышать, солнышко. Привет. Что там у вас?