Планета "Я"

— Можно. — Ответила ей, как же маме нельзя? Это мне сейчас нельзя, он со своей девушкой говорить будет, а я... Ревную, поймала себя на мысли.

Ирина Сергеевна вошла в палату к сыну, а я в кабинет к папе.

— Ну что там твой спаситель? — посмотрел он на меня.

— Да как, вроде, нормально, звонить кому-то собрался, наверное, девушке своей. Я вышла, там, кстати, мама его пришла, пусть они поговорят. Пап, а ему всё есть можно?

Отец покивал головой.

— Можно, но немного. Ты домой не поедешь? А то мать говорит: «Забыла, как Ника выглядит, пропала в своей больнице».

Поеду ли я домой? Мне вообще отсюда уезжать не хочется, здесь Анатолий.

— Папа, ну зачем обманываешь? Не может она так сказать, ты же знаешь, какая она у нас тактичная.

Он покачал головой.

— Ладно, шутки шутками, а ты пока свободна, протеже твой сейчас с мамой, разбери карты и в регистратуру отправь.

Я занялась делами, папа вышел куда-то, и тут неожиданно постучали в дверь.

— Входите, — пригласила я.

В кабинет вошла Ирина Сергеевна.

— Вероника, вас Толя зовёт, он после звонка Вере сильно разнервничался, я уж и не знаю, как успокоить, может, укол какой?

— Идёмте.

Что там она ему наговорила, эта Вера? Только недавно была у него, он нормально себя чувствовал. Вошла в палату, Анатолий лежит вроде спокойно.

— Мам, выйди, пожалуйста, я с Вероникой поговорю.

Ирина Сергеевна вышла.

— Анатолий, что произошло за эти десять минут? — Тревожно посмотрела на него.

— Произошло? Да, кажется, ничего, если не считать того, что Вера к другому ушла. — Усмехнулся он.

Вот, значит, в чём дело. Я не знала, что ответить и как посочувствовать, потому что в любовных делах ещё мало что смыслю.

— Почему молчишь? — Он открыл глаза. — Сказать нечего? Вот такие вы, женщины, изменщицы.

— Прямо все? — Тихо спросила его.

— А то нет! Все! Сколько я в коме был? Неделю? И за неделю Вера сбежала, а ведь, наверное, знала, что мне плохо, что я почти мёртвый...

Видела всё она. Я звонила сама ей несколько раз, просила, чтобы она приехала, что ты нуждаешься в ней, но Вера не приехала.

— Анатолий, она приедет, поймёт, что ты ей нужен...

Ну что ещё-то сказать?

— Утешаешь меня... Знаешь, после того как я побывал на том свете, как-то всё равно стало, я к измене спокойно теперь отношусь. Когда-нибудь, Ника, расскажу тебе, где был, пока вы считали, что я в коме, что я умираю...

— Ты что-то видел? — удивилась я. — И что же?

— Что? Видел? Нет, я был на другой планете, она называется «Я».

— «Я»?

Господи, он бредит, что ли? Какая планета «Я»? Мне стало страшно.

— Да, «Я» — это короткое название, на самом деле полное её название: «Янтарная», ты не представляешь, что я там видел.

— Анатолий, тебе плохо?

Он тихонько засмеялся.

— Не бойся ты, Ника, это не бред, и мне не плохо, думаю, лекарств немало в меня влили, так что вполне здоров, я же объяснил всё, в коме мне привиделось.

Нет. Папу надо позвать, здесь что-то не то...

— Я сейчас папу позову, Анатолий, да что с тобой?

— Позови, с ним поговорю, если уж ты слушать не хочешь...

***

Прибежала к нему, испуганным голосом говорю:

— Папа, пойдём к Степанову, у него что-то с головой не то... Рассказывает про какую-то планету...

— Что? Ника, у меня через сорок минут операция... Впрочем, что же, пойдём послушаем сказку... Не в первый раз.

Мы вошли в палату, Анатолий так и лежал с закрытыми глазами.

— Анатолий Кириллович, вы не спите?

— Нет. Вас жду, Яков Иванович, дочь сказала всё? Так вот, вы человек взрослый, я хочу рассказать, что мне привиделось в коме. Понимаете, после того как отключился там, недалеко от клуба, ничего не помнил, а когда пришёл я в себя, не пойму где я, рубашка, вернее футболка, вся в крови, я на чём-то жёлто-красном лежу, и на меня смотрит непонятно кто, вроде на человека похож, а глаза как угли огненные... Познакомились, он Яном назвался а я... Почему то назвал себя Том Стойк.

Папа внимательно его слушал, а я понять не могла, это он что же? Между жизнью и смертью был? Анатолий рассказывал про каких-то янтарей и янтарок, об их короле Яне, о вульфах, как он на войне был, о юмах, о каком-то Горланыче, который жутко шипит, о койлах, о Куле, о королеве Чарме, у меня в голове не укладывалось. Да неужели такое может быть? Папа внимательно слушал его, в результате и мне стало интересно, понимаю — бред, а слушать интересно.

— Да, Анатолий, вы не первый, который рассказывает истории, все они разные, но интересные, один, помню, про какую-то мне «Снежную» планету рассказывал, как он настоящего Деда Мороза видел и внучку его красавицу Снегурочку, как они отпускать его тоже не хотели, но он о доме заскучал, и никто его не удержал там. Говорит, этот Мороз призвал ветры, они такие разные, приказал им перекрыть все дороги, но... Если человек хочет жить, то возвращается на землю, так же как и вы. Сейчас я уйду, операция скоро, а вы может ещё что нибудь интересное вспомните, расскажете, я послушаю с удовольствием. Всё хорошо, всё хорошо. Отдыхайте.

Папа вышел, а я села рядом с Анатолием, он взял мою руку в свою.

— Хорошо, Ника, так хорошо, я не сказал отцу твоему, тебе скажу, ты на Виржинию похожа, а отец твой — точный король Ян... Как всё интересно. Скажи, а у тебя никаких животных нет дома?

Животных? Собак, что ли?

— Кошка только, она чёрная у нас, её Марсала зовут.

— Как?! — Анатолий чуть не слетел с кровати.

Что-то забормотал непонятное, чему он так удивился?