Страница 58 из 85
– Значит, ушли в пещеры. Принимайте этих. – Кермик кивнул на столпившихся в яме ульганов. – Нужно их допросить. Да следите, чтобы никто не сбежал. Господин управник, это ваши подопечные, вам и разбираться с ними.
* * *
Когда Дарен выхватил у стрелка фонарь и осветил каменные соты вокруг причудливых наростов, а искатель прошептал: «Кобольды», Ланек сразу вспомнил лабиринт странников. Там тоже был кобольд, великий стихийный маг. Если любой из здешних жаборотых столь же силён, отряду нужно бежать без оглядки и надеяться, что госпожа судьба сжалится, позволит ускользнуть невредимыми. Но местные карлики были совсем не такими. Голые, грязные, кривобокие, куда уродливей ключника из лабиринта. С корявыми каменными топорами и копьями в руках они карабкались по стенам, словно огромные мухи. Одному из кобольдов Ланек подбил глаз, но камнемёт после выстрела рассыпался в руках. Теперь остатком ложа можно было лишь отмахиваться, как дубиной. Потеряв троих, самых глупых, уродцы осторожничали и прятались в тени, блестя выпученными глазами и скаля мелкие острые зубы. Кобольды ползли по трещинам и разломам, заходя добыче в тыл, готовились напасть всем скопом. Аника, перебирая струны кантеле, прижалась к Ланеку спиной.
«Надеется, что её защитят. Конечно, я без боя не сдамся, и Дарен, да и серые тоже. Но кобольдов куда больше. Речные в центр отряда сбились, у них даже оружия нет, на свои амулеты надеялись?
Красиво играет! Жабы и те слушают, но чем это нам поможет? Что делать, как выбираться?»
Ланек нащупал под плащом фигурку Триглава и вдруг осознал, что всё вокруг слоится полупрозрачными пластинами, шуршит тонким пергаментом, блёклыми угольными набросками на сброшенной змеиной коже.
«Но я же не звал его и знак не чертил… Да будь что будет, или мы все здесь сгинем».
Теперь он увидел исходящую от кантеле силу – тягучие волны музыки, колебания струн – и понял, что нужно делать. Он встал у Аники за спиной и положил руки ей на плечи, направляя и усиливая звуки, добавляя в них мощь, к которой сумел прикоснуться.
– Играй, – шептал он девочке. – Успокой их, заворожи, усыпи.
Аника пела, вторя кантеле. Кобольды замерли, обмякли и стали оседать, падать со стен, засыпать. Кермик, серые и цверги опускались на пол. Дольше всех сопротивлялся искатель, но наконец рухнул и он, выронив жезл. Дарен сел, но всё ещё сонно озирался вокруг. Рядом появился призрак молодого охотника с ножом в руке, встряхнул механика, тот вскочил и шагнул к Ланеку.
– Хватит, все спят, уходим!
Рядом что-то клацнуло – бронзовая гончая смотрела на троицу, прижимаясь к ногам Кермика. Скалилась, но не могла понять, что делать: нападать или охранять, – хозяин не успел дать ей приказ. Аника уронила руки и покачнулась, Ланек поддержал её и осторожно повёл следом за Дареном между людьми и кобольдами. Миновав распростёртые тела, механик остановился, поймал лицом слабое движение воздуха и побежал вперёд, подняв перед собой светец, выпавший из руки Кермика.
– Мастер, стойте, нам же не туда!
– У ямы нас ждут серые, – пояснил Дарен. – Придётся искать другой выход.
Вскоре в самом деле нашёлся тоннель, схожий с тем, по которому отряд пришёл в пещеру. Пробежав по нему несколько сотен шагов, Дарен вдруг остановился, опустился на корточки, осмотрел пол и качнул головой.
– Странно, здесь нет следов кобольдов. Они сюда не заходят, почему? Боятся? Ладно, пока это нам на руку.
Ланек поёжился. Кого могут бояться кобольды? Кто, ещё более страшный, обитает в этих пещерах?
– Аника, может, ты чувствуешь, кто там впереди?
– Это странно… – Девочка вздохнула, глядя в темноту. – Кажется, там много…
– Живых? – поспешно спросил Ланек.
– Не знаю, они спят. Они…
– Призраки? – предположил Ланек. – Нежить?
Дарен со свистом рассёк воздух мечом, в луче светца тускло блеснуло серебрение.
– Кто бы там ни был, мы сможем с ним потягаться. Кстати, нож мой у тебя?
– Простите, мастер, – виновато вздохнул Ланек. – Я его на барке оставил.
– Растяпа ты! – добродушно проворчал Дарен. – Ладно, идём вперёд, возвращаться с полпути – примета плохая.
* * *
«Около старой штольни пусто, значит, меня пока не хватились!»
Своран ещё раз выглянул из-за камня и побежал вверх по тропе. Отряд, с которым ушёл Ланек, отправился на пик Великанов, значит, им придётся миновать водопад на Белом ручье, а до него одна дорога, свернуть негде.
«Главное – не опоздать! Лишь бы Хозяйка не решила, что я бросил Паклю! Нет, не должна, ведь у меня ещё целый день впереди, Двери зимы пока не закрылись. Успею, доберусь до Ланека и Аники, отведу их к вершине».
Солнце ещё не показалось над скалами, но и в утренних сумерках свежие следы двух десятков ног хорошо читались на тропе.
«Брат совсем ошалел от власти. Подумаешь, старшины выбрали его воеводой. Конечно, куда им, дряхлым, скакать по скалам. Но за что меня-то под замок сажать? За то, что про Ланека напомнил? Что Ледяную звезду ему вернуть нужно? Вовремя я сбежал. И караульные поверили, что у меня поручение от брата. И камнемёт их очень кстати без присмотра валялся. Нет, Звезду я только Ланеку отдам!»
Своран погладил надетый под курткой щит.
До Белого ручья добрался быстро, по пути заметил место ночёвки равнинников. У водопада они долго топтались: видно, решали, куда идти, потом направились вдоль склона. За небольшой расселиной у подножия пика Великанов следы почему-то повернули наверх, к обветренным скалам, и ушли в узкую трещину. Подросток-драман пожал плечами и пошёл по ней, лавируя между обточенными ветром выступами, как вдруг услышал зловещий скрежещущий звук, словно десятки глиняных черепков тёрлись и стучали друг о друга. Так царапают камень поднятые шипы охотящейся снежной фурии.
Спрятавшись за выступ, Своран затаил дыхание, осторожно наступил на стремя камнемёта, натянул тетиву и вложил в люльку снаряд. Есть крохотный шанс отпугнуть хищника – нужно попасть точно в глаз или по носу, всё остальное покрыто пластинами и шипами.
«А если промахнусь? Зверь лишь разозлится. Зарядить второй раз уже не успею! Лучше затаюсь, – решил парень. – Может, не заметит, уйдёт. Сейчас я с подветренной стороны, не должна учуять. И чего ей здесь нужно? Ведь снег ещё не лёг».
Шипы гремели всё ближе.
«За что, Хозяйка? Я же честно несу Звезду Ланеку».