Страница 16 из 83
Именно Джерри я и позвонил, чтобы выбраться из допросной. А теперь летел к ней домой, поговорить об этом деле, об Акире или о недобрых старых временах. Мне понадобилась подушка безопасности, а Джерри обеспечивала ее на протяжении сорока лет и двух браков. Живет она на соседнем острове, плотно застроенном туческребами отвергнутых в старые времена Больших Денег – строились они через много лет после Великой Солнечной бури, когда про нее и думать забыли. Все там светится и тянется к небу, букеты высоток пробивают облака, и каждая увенчана телескопом, в который жильцы могут заглядывать с удобствами прямо из заоблачного дома. Оттуда виден Телескоп Акиры, а еще открывается лучший вид на события вроде затмений. Когда в небе впервые загорелся Аскалонский Шрам, кое-то принял его за Сэссё-сэки и сиганул с крыши. Мир уже был спасен, а на берег еще выбрасывало отломанные силой удара человеческие ступни. Для обывателя это сюжет с последней страницы, а вот копам, пока весь мир ликовал, пришлось привязывать эти ступни к именам. Дело непростое, потому что к тому времени у младенцев перестали снимать отпечатки стопы.
Включается мой ИЭ, напоминает измерить давление и принять противотромбозные таблетки. На ум приходят мои поддельные, распечатанные на трехмерном принтере зубы, бедра, волосы. Подтяжки шеи и щек. Второе сердце и печень – бонусы за военную службу. И держится все на титановых вставках в позвоночнике и левой ноге. Обезболивающие, улучшающие память, космические противотревожные и снотворные я посылаю к черту, но давление меряю и от тромбоза предохраняюсь. Старость – это когда то, что ты называешь «своим» телом, чистит вторая, если не третья по счету печень, а ты нагружаешь ее горстями таблеток. Я закидываю лекарства в рот и спускаюсь к подсвеченным океанским свечением туческребам. Мне нужен самый большой, цвета китового хвоста – изящная башня пробивает два слоя облаков, движущихся навстречу друг другу.