Страница 4 из 146
Часть первая
Глава 1. Мальчик из Тьмы
«Новый год ещё не наступил, а зима закончилась. Или до Нового года зимы не будет? Или здесь её нет вообще?»
Женька прежде не жил в зимнем Питере. Поэтому не знал, бывает ли тут зима. Или с ноября по март каждый день с неба сыплется снегодождь, как сегодняшним вечером.
Для такой погоды нужны какие-нибудь осенне-зимние ботинки, в которых не холодно и не мокро. У Женьки были обычные кроссовки и шерстяные носки. Поэтому он обходил лужи грязного сероватого теста, иногда прыгал без разбега, целясь на сухой островок.
Со стороны – весёлая игра. Только Женька то и дело проигрывал, и носки давно пора было выжать. «Вот простудиться и не хватало, – думал он. – Не простужусь!»
Женька был в Питере второй раз. Впервые – с классом, два года назад, в белые ночи. Для москвичей это чудо, но Женьку таким было не удивить. В родных краях побелее будут. Жили в дальнем районе, ехали восемь остановок на автобусе, потом ещё восемь – на метро, и только тогда – Эрмитаж. Шли из зала в зал, как по перрону, на который с двух сторон прибыли поезда. В Петропавловке тоже было не протолкнуться. Однажды предложил классной: давайте выйдем на станции «Лесная», погуляем в лесу. А ещё лучше – доедем до «Приморской», сходим на пляж. Классная рассмеялась, сказала, что на «Лесной» леса нет, а на «Приморской» – пляжа. Женька вздохнул и подумал: сколько ждал поездки в Питер, а теперь вот хочу домой.
Сейчас Женька не ждал ничего. Похоже, он навсегда остался в городе, где нет разницы между осенью и зимой.
Мама страдала мерзкой хронической болезнью головного мозга. Требовалась операция, из тех, что делают только в Москве и Питере. Получив квоту на лечение в питерской клинике, где каждый врач – профессор, мама отправилась сюда, а Женька остался под присмотром соседки. Мама звонила, поздравила Женьку с Первым сентября, просила слушаться тётю Таню и не безобразить в квартире.
Женька в квартире не безобразил. Однако день спустя гуляли с друзьями после уроков, заметили возле подъезда маршрутку – дядя Серёжа заскочил домой поесть и не захлопнул дверцу. С шуточками залезли, увидели оставленные ключи, кто-то их повернул. Женька не сразу понял, что машина уже катится. Доехали до старой берёзы на углу. К счастью, даже в травму никому не понадобилось…
Участковый был племянник тёти Тани. Женьку в протокол не вписал, вечером полчаса говорил по телефону с мамой. А утром отвёз Женьку в Вологду, посадил в поезд.
Мама не ругала Женьку. Только сказала, что он побудет в Питере, пока она – в больнице. Екатерина Сергеевна – родственница, у которой жила мама, – устроила Женьку в школу, в восьмой класс.
Сама Екатерина Сергеевна зимовала в Черногории. Маме с Женькой достались две комнаты, четырнадцать ветвистых растений, два пожилых кота. С первого взгляда на карту Женька понял, что отсюда до Эрмитажа далеко.
– Нам повезло с квартирой, – сказала мама, – а тебе – со школой. Пять минут пешком.
– Знакомьтесь, это Евгений Звонков, он будет учиться в нашем классе, – сказала учительница. – Кстати, у Жени первый юношеский разряд по лыжам.
Обежала взглядом парты:
– Женя, садись к Гераськину.
Женька чуть-чуть смутился. Ему не понравилось, что учительница сразу рассказала про его спортивные заслуги. Но делать нечего. Разряд стал дополнительным аргументом при зачислении.
Женька кивнул классу, сел рядом с невысоким полноватым очкариком. Тот крепко пожал ему руку, шепнул: «Откуда?» Когда Женька ответил, спросил: «Это где?» Женька пояснил: в Вологодской области.
Минут через десять пришла записка: «Горные лыжи?» «Беговые», – отозвался Женька и слегка смутился. Он уже понимал, что беговые лыжи котируются ниже горных.
Следующим уроком была физра. День стоял холодный, но сухой. Сначала бегали на школьном стадионе. Женька без напряга оказался в первой пятёрке. Мог бы прибавить, но не хотел быть круче всех в первый день.
Потом – футбол. Санька Гераськин попал в другую команду, вратарём. Женька знал, что хороших игроков на ворота не ставят. Очкарик следил за мячом, иногда угадывал угол, но мяч был хитрей и проворней.
Когда физрук посмотрел на часы, Женька повёл мяч к противоположным воротам. Гераськин взглянул на него. Женька прочёл: «Пожалей!» Женька чуть притормозил.
Сзади донеслось:
– Лыжник, бей!
Женька ударил и сразу понял – есть! Когда Гераськин нагнулся за мячом, раздался свисток…
Ребята из Женькиной команды похлопали новичка по плечу. Тот так же, правда послабее, хлопнул Саньку. Гераськин отскочил и прошипел в ответ что-то недоброе. Показалось или нет, но по дороге к школьному крыльцу подходил к парням и девчонкам, показывал на новичка, шептал.
До звонка оставалось минут пять, когда Гераськин подошёл к Женьке и громко спросил его:
– Я не расслышал, ты из какой тьмы?
– Я же сказал, из Тотьмы, – улыбнулся Женька. Он уже привык, что не все в Питере знают этот город.
– А чем та тьма отличается от другой тьмы? – серьёзно спросил Гераськин.
Женька растерялся. Он был готов к наездам. Но не подумал, что поводом для наезда станет имя родного города.
– Ну, не я же так город назвал…
– Не понял, – продолжал удивляться Гераськин. – Ты из какой тьмы? Есть тьма кромешная. Есть тьма египетская. Есть тьма-тьмущая – бесконечное число. Есть тьма – монголо-татарская воинская единица. Так из какой тьмы ты явился к нам?
После каждой фразы звучал хохот. Похоже, Гераськин был одним из центров силы в классе. Ботаник, но свой в доску. Учёный тролль.
Женька хотел дождаться, когда «тьмы» иссякнут. И объяснить, что Тотьма – старинный город в Вологодской области. Что это родина мореходов, что тотьмич Иван Кусков основал русскую крепость в Калифорнии – Форт-Росс. Но прозвенел звонок, и ребята, продолжая ржать, вошли в класс.
– Как же он стал чемпионом по лыжам? – спросила за спиной девчонка.
– С фонариком катался, – хохотнул кто-то.
– По асфальту, – уточнил Гераськин. – Паралимпийская спортивная дисциплина.
Смех стал громче, а Женьке захотелось заплакать.
«В драку не лезь, – советовал на прощание Колька – один из лучших друзей, увы, оставшийся в Тотьме. – Вот если предъявили – бей первым». Женька драться не любил. Всё равно потом ругал себя, что не врезал Гераськину в тот же день. Не сказал хотя бы: «Хочешь узнать тёмную сторону силы?»