Дом волшебных зверей

– Жень, времени мало, не до ерунды, – сказала Алёнка. – Пришлось, было дело. Но ты с нами в тот день повозился ещё больше. Залез туда, куда даже на памяти Лумы мало кто забирался. Вытащил.

Потом добавила строгим тоном:

– Не прочтёшь до июня весь список – буду сердиться. Сам знаешь, умею.

– Прочту, – улыбнулся Женька. Обнял, поцеловал Алёнку, потрепал Альму.

За это время Лума влетела в окно купе. Это заметила только мама, удивлённо взглянула. Но вспомнила, что Лума – воспитанная птица, отошла шагов на десять и продолжила ловить солнечные лучи перед дальним путешествием.

Появился Лекс. Поднял взгляд в небо, увидел шарики, засмеялся.

– Ребята, пока можно. Мы их шуганули славно, они опомнятся нескоро. И нескоро сунутся… По крайней мере, сюда. Код, зачем тебе воздушный шарик?

– Ну, раз на птиц не поохотишься, хотя бы так, – вздохнул кот и аккуратно отпустил в небо свою добычу.

– Попрощайся лучше, – сказал Лекс.

– Ген, – сказал Код, – счастливого пути. Помни, барсук – боец, которого всегда недооценивают. И тебя, Ген, кстати, недооценили.

– Женя, присоединяюсь к комплиментам, – добавил его Друг. – У тебя были стандартные ошибки начинающего и нестандартные успехи. Молодец! Поддерживай связь.

Обнял Женьку.

– Береги себя. В Тотьме должно быть спокойно, но обзоры ставьте всегда. Пока!

Вокзальный голос объявил, что до отправления остаётся пять минут. Маша подошла к Женьке:

– Жень, не хочу с тобой прощаться. – И добавила шёпотом: – Мне до сих пор кажется, что мы летим рядом. Мы ещё пролетим над морем, где нет льда. Над лесом, над горами. Женька, спасибо тебе за всё. Особенно, что услышал мои слова, когда я заснула. Я успела подумать: ты будешь первым, кого я увижу, когда проснусь. Так и было…

Притянула Женьку к себе… И тут Женька сам несколько раз поцеловал её. А потом перевёл взгляд на воздушные шарики.

Пока Маша и Женька обнимались, Паша подошёл к маме, передал ей большой пакет.

– Пожалуйста, вручите ему в день рождения, от меня.

– Да что вы… И так уже столько подарили.

– Тамара Сергеевна, пожалуйста!

Мама вздохнула, пошла к купе.

– Провожающие, выходим из вагонов, – сказала проводница.

Из купе выпорхнула Лума. Спикировала к таксику.

– Кстати, – шепнула она, – будешь мечтать об охоте на барсуков, научу летать. Но мягкую посадку освоим на следующем уроке.

– Э-э… Я пошутил, – испуганно ответил щенок.

– Я тоже, – сказала Лума. Взмыла и принялась собирать и строить разбежавшиеся шарики.

Женька снова поцеловал Машу. Махнул рукой, заскочил в вагон.

Поезд тронулся, ребята чуть-чуть прошлись, Пашка даже пробежался – правда, впереди мчались охранники. Потом остановился. А вот шарики летели следом, будто ждали следующей станции, чтобы попасть в вагон.

Проводница проверила билеты, вышла. Мама посмотрела на Женьку:

– Жень, извини, а где барсук?

– Вот же он, – улыбнулся Женька.

И действительно, Рук сидел под столиком, у окна. Хотя секунду назад его вроде бы там не было.

– Прощай, Питер, – сказала мама. – Я схожу руки помою, ты можешь переодеться в дорогу.

Женька убедился, что дверь заперта. Сказал Руку:

– Режим молчания до завтра. Извини, что ты не смог со всеми на перроне проститься. Зато освоили новое заклинание. Потом на мне проверим.

– Ладно, Лума за меня со всеми простится. У меня кроме нового заклинания новая проблема: чтобы никто не наступил на невидимого зверя, – проворчал барсук.

– Справимся, – улыбнулся Женька.

Высунулся в окно, взглянуть на разноцветные шарики, летевшие рядом с вагоном.

Конец