Дом волшебных зверей

Эпилог

Женька в очередной раз был на Ладожском вокзале. И опять не смог его толком рассмотреть. Прежде было торопливо или тревожно. Сегодня ни Женька, ни мама не торопились – приехали за полчаса до отправления. А тревоги остались в прошлом.

Но как можно глазеть на вокзал, когда рядом – друзья, пришедшие попрощаться с тобой. Друзья, успевшие обсудить по пути двадцать способов, как оставить тебя в городе. Для надёжности – вместе с поездом. Если бы не мама, так и сделали бы.

Мама выписалась неделю назад. Операция, которую так долго ждали и боялись, прошла не просто успешно – профессор попросил разрешения у мамы использовать видеозапись для учебного пособия. Мама не возражала.

Ни профессор, ни мама не знали, кто дал добро на операцию. Женька уговорил маму прогуляться в ближайшем парке и познакомил со своими друзьями. У одной подружки была очень воспитанная овчарка. Подошла к маме, ткнулась носом в руку, подняла морду, заглянула в лицо умными глазами, лизнула запястье и отошла. А у второй – Маши – был ручной голубь. Он сидел в сумке, но иногда летал вокруг мамы, а однажды сел на плечо.

– Ой, – сказала мама, – он ничего не…

Женька уверил, что ничего плохого птица не сделает. Голубь немного посидел на плече и вспорхнул. Проницательная мама отметила, что её сын больше общается с Машей, чем с её подружкой Алёнкой.

Потом Женька затащил маму в кафе возле парка. За соседним столиком оказалась компания Машиных знакомых. С мамой разговорился бородатый мужчина, наблюдательный и остроумный, к тому же с котом за пазухой. Мужчина подсел к их столику, кот перепрыгнул маме на колени, позволил себя погладить, замурлыкал, правда, не зажмурился, наоборот, поднял мордочку, так же внимательно, как овчарка, посмотрел на маму. Она умилилась и не заметила, как ещё один из компании – пожилой мужчина с тонким, морщинистым лицом – встал за её спиной с сумкой в руках. Из сумки на несколько секунд высунулись мордочка и лапа.

Мама вернулась в больницу. А друзья хором сказали Женьке:

– Всё будет в порядке! Делать!

Женька настоял.

Он был так убедителен, что мама волновалась не столько за исход операции, сколько за самого Женьку. Соседки по палате рассказывали ей криминальные ужасы, о которых узнали из теленовостей. О том, как в центре Питера страшная банда средь бела дня похитила сына олигарха, усыпив его охрану стрелами-шприцами. Да ещё подожгла дом по соседству – отвлечь внимание.

Но олигарх оказался не робкого десятка, и до приезда полиции дом, в котором держали заложника, взял штурмом олигархический спецназ. Видимо, из южной республики, потому что на месте происшествия были разбросаны раздавленные плоды граната. Кроме сына олигарха освободили ещё нескольких подростков и взрослых. Полиции оставалось забрать десятка полтора травмированных или спящих бандитов. Упоминалась сенсационная подробность: главарь банды, со сломанной рукой, предложил большие деньги офицеру полиции. Но просил не отпустить, а поместить в камеру-одиночку, под самую усиленную охрану.

Ещё писали о жутких чёрных бойцовых псах, использовавшихся бандой. Они бродили вокруг, бросались на людей, и полиции пришлось их перестрелять. При этом ни один пёс не был убит с первого выстрела. Но так как других смертей, кроме ликвидированных собак, в этой истории не было, СМИ забыли о ней через пару дней.

– Ты будь осторожней, когда гуляешь в центре, – попросила мама.

Женька напомнил, что он не сын олигарха, но пообещал вести себя аккуратно.

Женька учился на твёрдые четвёрки. В районных соревнованиях по лыжам занял третье место, что никого не удивило. Ни с кем в классе не конфликтовал и не дружил. Иногда перебрасывался парой слов с Юлей Солдатовой. Если разговор чуть затягивался, Юля с надеждой смотрела на Женьку: может, объяснишь наконец, что у тебя была за жуткая история и как ты из неё выбрался? Но спросить не решалась.

Славик при встречах тоже поглядывал с интересом. Но обещание – забыть историю с квартирой – сдержал.

Если Женькины отношения с одноклассниками не сложились, то Пашкины с отцом – потеплели. Правда, отец так и не понял, как его новые друзья смогли спасти сына, но главное – спасли. Среди них была знакомая девочка Алёнка.

Алёнка отцу понравилась.

– Ты к ней присмотрись, – сказал он сразу. – Она девчонка со смыслом, и ей от тебя деньги не нужны, я это секу сразу. Если бы все девочки такими были…

Пашка согласился с папой.

Когда с сыном полное понимание, почему бы не спонсировать некоторые чудачества? Например, прямо в вечер неудачного похищения оплатить три гостиничных номера. И поселить в доме пожилого учителя итальянского языка, а также музыки. Итальянец был умный, вежливый, сообразительный, а что выглядел как после концлагеря, так люди практикуют разные диеты. Синьор Джузеппе говорил по-русски хорошо, но медленно. Видимо, в сумке, которую он постоянно носил на плече, кроме ручной обезьянки был мобильный переводчик. Через некоторое время итальянец научился говорить по-русски и без него.

Единственное, что немного огорчило отца, – меланхоличный терьер, к которому он привязался, нашёл хозяина.

– И хорошо, – вздохнул папа, – видно, что пёс уже сформированный, с хозяином ему лучше. Паш, заведи себе собаку, не будешь грустить.

– Подумаю, – ответил Пашка.

И действительно, через два дня завёл таксу – щенка трёхмесячного возраста, последнего в своём помёте. Папа немного удивился: почему не выбрал кого-то покрупнее. Но Пашка сказал, что Алёнка посоветовала именно таксу: большая собака – большая ответственность. Папа не стал спорить.

Понимание с сыном было полное. Поэтому папа не удивился, когда Пашка в очередной раз попросил большой автомобиль, отвезти на вокзал друга с его мамой. И всю компанию заодно.

За полтора месяца до этого с Ладожского вокзала отбыл странный пассажир. Он ехал в Челябинскую область, в небольшой промышленный город, где ему пообещали должность рядового охранника. Пассажир оказался у вагона за пять минут до отправления. Огляделся по сторонам – так он делал в последние дни, – нырнул в плацкартный вагон. Сел у окна, попытался расслабиться.

Над платформой прогремел металлический голос:

– Покинувшие Офис без разрешения начальства будут найдены и наказаны!

Пассажир вздрогнул. Выдохнул, стёр пот с лица. Конечно же, послышалось. Это обычное объявление об отправлении поезда.