Страница 12 из 146
Учиться оказалось не то чтобы трудно, но непривычно. Пашка так и не мог понять, учителя боятся его спрашивать или, наоборот, придираются. Похоже, одни боялись, другие придирались. Сам нашёл в инете репетиторов, договорился, пригласил домой. Подтянул алгебру и русскую орфографию, уже через полтора месяца претензий не было.
По другим предметам – химии, биологии и, конечно, языкам – Пашка сразу ощутил себя на голову выше одноклассников. Англичанка задала сцену из «Гамлета», на выбор. Половина класса, не сговариваясь, взяла «To be, or not to be…»
[3]
[«Быть или не быть» (англ.).]
. Пашка договорился с Викой – умной, но немного закомплексованной девицей – разыграть диалог Гамлета с Офелией. Причём Вика подсматривала в книжку, а Пашка чесал по памяти. Вошёл в такой сценический азарт, что кто-то из одноклассников записал его на айфон, англичанка после урока попросила скинуть ей видео.
А потом, неожиданно для Пашки, его признали одним из самых разносторонних учеников гимназии и включили в команду по школьному троеборью. Причём межрайонному. Соревнования проводились в трёх категориях: «Знания», «Спорт», «Артистизм».
Троеборье проходило в старой, послевоенной школе. Портреты писателей и мыслителей над входом, большой актовый зал и не очень большой спортивный. «Прикольно, только не помешало бы дополнительное освещение», – подумал Пашка.
Начали с артистизма. Пашка станцевал микс из ирландских степов и удивился, когда занял второе место. Вторым оказался и после начального этапа проверки знаний. А вот по бегу и отжиманиям – на третьем. Сам удивился, когда вышел в полуфинал.
Его соперницей стала рыжая Алёнка. Пашка пригляделся к Алёнке ещё в начале состязаний. Невысокая веснушчатая девчонка пришла в потёртых джинсах и свитере, поначалу казалась незаметной, но прочла «Реквием» Ахматовой так, что Пашке захотелось найти текст в инете. Потом сменила джинсы на треники и обогнала Пашку в забеге.
Столь же уверенно держалась Алёнка на этапе «Знания». Не растерялась, когда объявили тему «Авиация». Быстрее всех назвала и первые шёлковые фабрики в Европе (из шёлка делают парашюты), и первого европейского политика, сбежавшего из осаждённого города на воздушном шаре.
Перед финалом объявили перерыв. Поздравить победителя и вручить приз – ноут – должен был глава районного образования, а он задерживался.
Пашка приехал на состязание с некоторой ленцой и несколько раз повторял: «Главное – участие». Ближе к финалу от такого настроя не осталось и следа – он давно не участвовал ни в каких соревнованиях и забыл, как это азартно. Он будет первым!
Только Алёнку не хотелось побеждать. Жаль, что первое место для одного.
Школьный буфет на выходных не работал. Пашка подумал, что было бы неплохо перекусить и заодно познакомиться с Алёнкой. Угостить её одну было бы столь же неприлично, как подкупить. Поэтому Пашка заказал пиццу и доплатил за срочность.
Чиновник всё не приезжал, зато пиццерия не подвела. Через полчаса вошёл удивлённый завуч, руководитель троеборья:
– Звонит охрана. Кто-то заказал пиццу. Заберите, пожалуйста, и съешьте поскорее.
Пашке это не понравилось: он считал, что если еду заказали, то никто не должен мешать доставке. Охранник внизу отказывался пропускать курьера, пока не придёт директор и не внесёт того в список. Пашка махнул рукой, расплатился и сам потащил все двадцать коробок.
Когда он, отдуваясь и почти не видя ступеней, поднялся на третий этаж, недовольные шепотки – нашёлся эгоист, будет давиться, а мы – завидовать – перешли в удивлённые. Пашка добрёл до подоконника, поставил коробки, убедился, что они не свалятся, и громко сказал: угощайтесь.
Участники троеборья сначала мялись. Но есть хотели все. Поэтому уже скоро коробки разошлись по рукам. Стопка таяла, Пашка заметил, что Алёнка продолжает что-то набирать в телефоне. Он подошёл с пиццей и сказал:
– Пойдём подкрепимся перед финалом.
Алёнка кивнула. Они отошли в сторонку. До Пашки по-прежнему доносился шёпот, обсуждали не столько вкус пиццы, сколько кто её оплатил. Сходились на том, что финалист Павел Костенко, точнее, его отец. Кто-то сказал уже совсем тихо, но разборчиво: «Это заявка на победу».
Пашка покраснел. Поскорее открыл коробку.
– О, «кватро формаджи» – «четыре сыра». Сейчас проверим, настоящий ли пармезан, – проворчал он тоном сноба-знатока. Оторвал часть, откусил. – Мым-м-м, ну, почти. Рекомендую.
Алёнка поблагодарила. Взяла кусочек.
– А ты спец по сырам? – спросила она.
Пашка хотел сказать, что способен даже в пицце отличить пармезан от грана падано. Но рядом вдруг громко залаяла собака, и у него чуть кусок из рук не выпал. Оказалось, сигнал Алёнкиного телефона. Она взяла трубку. Пашка деликатно отстранился, но далеко отойти не смог – учителя и участники разбились на небольшие компании, и он в любом случае услышал бы чужой разговор, чего ему категорически не хотелось.
– Маш, привет. Нет, он больше на связь не выходил. Его засекли, это точно, а взяли след или нет – не знаю.
Алёнка говорила тихо, но отчётливо. Ребята и учителя слышали вряд ли, а вот Пашка разобрал всё. Какое-то время говорила незнакомая Маша. Потом Алёнка ответила:
– И что мы можем сделать? Ты же сама говоришь: схватила направление – юг. Может, он в Купчине. Может, в Пулкове. Может, в Красном Селе. Сейчас искать уже нет смысла – он или оторвался, или… Кстати, вспомни случай с Аквой. Может, он – приманка. Без третьего, на прикрытии, ехать туда вчера было опасно, а сейчас – поздно.
Пашка слышал каждое слово. Жалел, что не включил диктофон. Или что не существует специального диктофона в голове – дал себе команду и записал весь разговор. Очень уж хотелось потом осмыслить сказанное и понять, о чём речь.
Ребят, причём разного возраста, увлечённых ролёвками, он знал. В том числе – играющих не только в лесах, с мечами и арбалетами, но и в городе, с разными квестами-дозорами. Игра?
Но он помнил, как Алёнка читала «Реквием», как бежала спринт, как отвечала на вопросы. Сейчас у неё было такое же серьёзное лицо. Какой-то неизвестный выходил на связь на юге Питера. Кто-то его засёк, и оставалось надеяться, что этот неизвестный оторвался от погони.
– Так что ждём. Да, кстати, насчёт завтра, по поводу сквера. На месте надо быть с шести утра. Вот с этим мы точно вдвоём справимся. Главное, не проспи. Раньше меня? Тогда сама позвони. Пока.
Отбила звонок, взялась за недоеденную пиццу. Пашка негромко кашлянул, потом осторожно сказал: