Кровь утопающих

Я устроила оцарапанную руку на сгибе его локтя, и он повел меня вкруг зала, наблюдая за всеобщим весельем с легкой усмешкой. Я знала капитана много лет, хоть и редко с ним разговаривала. Прошло всего две недели с тех пор, как мне сообщили о нашей помолвке, но сейчас рядом с ним я чувствовала себя спокойно. О неодобрении Агаты вспоминать уже не хотелось.

– А хотите, угадаю, сколько весит это платье?

Его вопрос вызвал у меня широкую улыбку, и тут Эвандер остановился:

– Еще раз.

– Что?

– Улыбнитесь так еще раз.

Наши взгляды встретились, и вдруг внутри у меня все заныло. Я гадала, каковы его прикосновения. Солона ли его кожа на вкус.

– Сегодня вы неисправимы.

– Как и каждый вечер, – бросил он на меня лукавый взгляд. Его теплые пальцы обхватили мою руку, и я вздрогнула. – Что такое?

– Просто порез.

Он взял мою ладонь и перевернул ее, чтобы рассмотреть кровоточащую ранку на среднем пальце.

– Как это произошло? – нахмурился он.

– Не о чем беспокоиться. Его величество… не рассчитал…

Эвандер опустился на колени, просунул руки под подол моего платья и стал возиться с нижними юбками.

– О боги, встаньте же… – Я с тревогой озиралась по сторонам.

– Подождите.

Он взглянул на меня с кривой улыбкой. Быстрый рывок – и ткань треснула.

– Дайте мне руку. Вы умеете хранить секреты? – хрипло спросил он, обматывая мою ладонь узкой полоской белого полотна.

Пораженная, я посмотрела в его отчаянные глаза. Я чувствовала, будто сама сделана из секретов.

– Да. Умею.

– Не будь он моим королем… – Эвандер заправил концы импровизированного бинта под повязку, затем взял мою руку в свою. – Я бы пронзил его мечом за то, что он сделал с вами.

Слова, звучащие как предательство – и как признание в любви, – заставили меня замереть. Я была взволнована ими. Я была в ужасе.

– Это… так благородно.

Эвандер сделал шаг вперед, и соленый запах снова окутал меня, проникая глубоко внутрь. Грудь наполнилась пульсирующим жаром. Его взгляд был выжидающим, искренним.

Менее всего я ожидала встретить в капитане защитника – пусть даже только на словах. Я надеялась лишь на крупицу доброты. Хотела, чтобы в будущем муж был занят своими делами и позволил мне жить тихо и незаметно.

Я поднялась на цыпочки и быстро поцеловала его в щеку:

– Я буду строго хранить ваш секрет.

3

С каждым глотком горькое вино короля Немея становилось слаще.

Эвандер вложил мне в руку еще один бокал.

– Танец? – спросил он с легкой улыбкой, глядя поверх своего кубка. – Я уже много лет не танцевал, но обещаю не ставить вас в неловкое положение, как это сделал король Варии.

Я заметила Теодора в другом конце зала – на его лице застыла самодовольная усмешка.

– Прекрасно, – рассеянно отозвалась я.

– Вы, кажется, чем-то взволнованы.

– Просто пообещайте меня поймать, если я упаду в обморок.

Он приблизился, и запах соли на его коже заставил меня вздрогнуть.

– Клянусь своей самой любимой богиней.

Мы протиснулись в середину переполненного бального зала, и, когда музыка усилилась, его рука, отяжелевшая от вина, легла на мое бедро. Капитан смял складки юбки, и я сквозь ткань ощутила его горячие пальцы. Он притянул меня к себе и повел по залу. В его объятиях было так тепло…

Это было похоже на опьянение. Прикосновение, биение его пульса под моей ладонью, когда я схватила его за запястье… Еще один танец. И еще один.

Еще вина. Еще морского аромата.

Мне доводилось видеть женщин, которые светились изнутри, но затем выходили замуж и угасали. Я не знала, были ли в том повинны мужья, или женщины сами прятали свое пламя глубоко внутри, чтобы его защитить. Как бы то ни было, я уже готовилась стать одной из них и постепенно потускнеть. Но прикосновение Эвандера будто высекало во мне искру. Он словно заставлял мой огонь светить устойчиво и ровно.

Ночь. Музыка. Догорающие свечи. Все начало расплываться перед глазами с приближением утра. Голова гудела от выпитого. Бальный зал был все еще полон; музыка по-прежнему разливалась в воздухе. Эвандер сжал мои бока крепче, притянул меня ближе. Его рот коснулся моего. Верхняя губа скользнула между моими губами, и резкий вкус соли заполнил мой рот. Я ахнула.

На вкус это было как кровь, горячая и пульсирующая; это чувство затопило меня, поднимаясь из глубины, обвиваясь вокруг позвоночника. Я вся напряглась, а он замедлил шаг:

– В чем дело? Вы утомились?

Я только кивнула.

Легким толчком он направил меня к большим дверям, и я, как в тумане, позволила ему это. Его сильная рука обхватила мою талию, дыхание согревало шею. Я бездумно откинула голову, и взгляд зацепился за крыло на стене. За гравировку: «Монстра ждет лишь смерть».

Слова короля Варии гудели в голове, как назойливые жуки.

«Выходит, капитан – не только убийца, но еще и кретин?»

– Вы в порядке, моя дорогая? – мягко спросил Эвандер.

– Мне явно нездоровится.

– Выпили вы немало, – изогнул он губы в улыбке. – Подкрепитесь-ка хлебом. Идемте.

У пиршественного стола он сунул мне кусок хлеба и быстро повел прочь из тронного зала. Подъем по темной лестнице оказался труднее, чем я ожидала. Вино крепчало в моей крови. Я цеплялась за Эвандера обеими руками.

– Это платье… – Он хлопнул по широкой юбке, удерживая меня от падения. – Да чтоб вас, боги.

– Я делаю то, о чем просит его величество… – невнятно пробормотала я. – Ношу платье, в котором невозможно дышать. Выхожу замуж за капитана… – Тут я осеклась, подняла взгляд и встретилась с пронзительными глазами Эвандера. – Но лишь это нам и дозволено делать, не правда ли? Подчиняться.

Он некоторое время смотрел на меня, прежде чем ответить.

– Так и есть. – И в голосе его слышалось страдание. – Каждый день.

Эвандер дотащил меня до верхней площадки лестницы. Потом прижал к стене и поцеловал – довольно грубо. Я вздрогнула, оттого что затылок уперся в холодный камень. Капитан говорил прямо мне в губы:

– Это начинает вас утомлять, да? Всегда делать то, что прикажут. И молчать.

Это потрясло меня. «Да, да, да», – хотелось сказать мне, но я не могла, поскольку слишком жаждала вдоха. Меня отвлекали соль на языке и отчаянное желание большего. Он поцеловал меня опять, еще настойчивее, еще теснее прижимая к стене.