Страница 61 из 190
Я огляделась. Позолоченный, расписанный фресками потолок. Изогнутые черные мраморные лестницы, одна из которых вела в восточное крыло, а другая – в западное. Вдоль перил – ряд светлых статуй великих богов, чьи прекрасные строгие лица пощадило время. Их невидящие глаза казались свирепыми, волосы были убраны наверх, а сильные тела – облачены в резные тончайшие туники. Я искала среди них Лигею, но не находила. Боги держали свечи для освещения лестницы, взирая на нас так же властно и надменно, как, бывало, смотрел Теодор.
Никто бы не усомнился в том, что он бог.
– Не позволяй им вогнать тебя в трепет, – обернулся ко мне Лахлан. – Они были похотливыми, жестокими, упрямыми… Ты отлично впишешься.
Агата цокнула языком, прежде чем их взгляды встретились. Оба застыли, не сводя друг с друга глаз. Лахлан смотрел на нее с нежностью, идущей из разбитого сердца, к которому он рассеянно прикладывал руку.
– Я ночую в тех же комнатах, что и прежде, Агата.
Она лишь резко, холодно кивнула ему, а затем взяла меня под руку.
Склонив голову, Лахлан поднялся по западной лестнице, перешагивая через две ступеньки, и исчез в тенях.
– Ну и что ты творишь? – упрекнула я Агату. – Ты же все еще любишь его. И он любит тебя.
– О да, Лахлан любит и меня, и всех, – закатила она глаза, – да и сам всеобщий любимчик. С таким-то плутовским обаянием и острым языком – неудивительно.
– Противоположности притягиваются. – Я посмотрела на лестницу, по которой поднялся Лахлан. – Думаю, он обижен из-за того, что ты опять готова его покинуть.
– Я пыталась все объяснить ему. Сказала, что пойду с тобой, когда король отправит тебя на поиски Эосии.
Я напряглась. Это было совсем другое. Невозможно предсказать, куда приведет меня охота на Эосию, но путь мой наверняка будет опасен.
– Ты не можешь пойти со мной, Агата. Я сама едва ли подхожу для этой задачи, а у тебя еще меньше сил, чем у меня. Не хочу, чтобы ты пострадала. Если это случится, я себя не прощу. – Она набрала в грудь воздуха и открыла было рот для протеста, но я не сдавалась. – Прошу тебя… Ты так долго заботилась обо мне. Столь многим пожертвовала ради меня… Тебе пора подумать о собственной жизни.
– Я не знаю, о чем тут думать! – Она выглядела подавленной.
Да уж, не только меня вырвали из привычной жизни и силком тянули в новую. И, хоть это было эгоистично с моей стороны, я радовалась, что мучаюсь не одна.
– Ваше величество! – разнесся по залу веселый голос.
Навстречу королю спешил крепкий невысокий мужчина с яркой улыбкой. Его лицо было таким же круглым, как и его живот, а кожа – темно-коричневой и гладкой. Глаза, с лучиками морщинок в уголках, напоминали шлифованный янтарь.
– Хорошо, что вы вернулись. – Остановившись перед Теодором, он отвесил ему размашистый поклон. – Остров Сераф оказался таким, как мы думали?
– Не обошлось без сюрпризов, – нахмурился Теодор.
– Ах, ну что ж… Императрица и принцесса здесь уже почти два дня. Они наслаждались отдыхом и прогулками по садам, но, думаю, пора начать переговоры.
– Спасибо, Эфтан. Они всем довольны?
Широкая улыбка вельможи слегка померкла, и он понизил гулкий голос:
– Императрица – женщина… высоких стандартов. Предлагаю провести встречу в Садовом зале. Я попрошу слуг накрыть на стол. – Его глаза засияли, и он заговорщицки наклонился. – А вот принцесса совершенно очаровательна. К счастью для вас.
Теодор равнодушно хмыкнул.
– А кто же эти юные леди? – Эфтан положил руку на живот, переминаясь с ноги на ногу.
– Это… – Теодор напрягся, пытаясь найти слова. – Леди Имоджен Нэл. Она… – Объяснить мое присутствие он так и не сумел, поэтому рассеянно указал на Агату. – А это Агата, бывшая супруга командора Мелы. Когда-то она была моей гувернанткой. Возможно, вы ее помните.
Эфтан наморщил лоб, и в его глазах блеснуло узнавание.
– Да, конечно. Агата! Помню, кажется! – Его щеки еще сильнее округлились от широкой и дружелюбной улыбки. – Я найду для вас обеих удобные комнаты. Пройдемте со мной.
– Приятно снова вас видеть, канцлер. Найдутся ли свободные покои рядом с командором Мелой? – порозовела Агата.
– Полагаю, да.
Он махнул рукой стоявшей рядом служанке, и Агата направилась с ней вверх по западной лестнице. Она неуверенно улыбнулась мне, прежде чем исчезнуть.
– Эфтан, – произнес Теодор, – мы можем поговорить?
Он подошел к низенькому канцлеру, наклонился и зашептал ему на ухо. Пока Теодор говорил, Эфтан стоял очень прямо, совсем неподвижно… а затем бросил на меня снисходительный взгляд.
Я подавила стон.
Эфтан почтительно поклонился Теодору:
– Я понял, ваше величество.
Затем он не глядя отвесил поклон и мне, пожелал доброго дня и быстро вышел из зала, стуча сапогами по мраморному полу.
– Что ты ему сказал?
Глаза Теодора сузились, отчего в моем животе возникло неприятное жжение.
– Я велел подготовить военные корабли и пехоту перед грядущей атакой Серафа. – Его голос был таким глубоким, что я почти почувствовала, как он грохочет внутри меня. – И также сообщил, что ты будешь спать в моей комнате.
– Ох, – с трудом сглотнула я. – Ты объяснил почему?
– Я позволю ему сделать собственные выводы. Они, вероятно, лучше правды. – Сняв с головы корону, он двинулся к восточной лестнице.
Я почти побежала за ним, поддернув подол.
– И он сделает вывод, что я твоя любовница, а ведь к тебе приехала невеста…
– Как я и сказал… всё лучше правды. Бедняга упадет в обморок, узнав, что ты моя кровная жена.
Мы вышли в длинный коридор, и король провел меня мимо больших окон. За ними виднелись цветущие сады, виноградные лозы, увивающие стены надворных построек, и бескрайнее сверкающее море за утесом. Ковер на полу был толстым, мягким, но мне все же отчаянно недоставало обуви. И также корсета, нижнего белья… горячей ванны…
Теодор широко распахнул дверь в конце коридора.
– После вас, миледи. – Он стоял, прислонившись спиной к косяку, и смотрел на меня с суровым выражением лица.
У порога я остановилась. Между нами словно искры летали.
– Ты меня ненавидишь, да?
Он выдержал мой взгляд с таким же непроницаемым лицом, как и всегда, но грудь его вздымалась и опускалась все чаще. Как и моя. Затем он наклонил голову в сторону своей комнаты:
– Входи.