Страница 4 из 7
Ну и пусть иконниковцы (икона и идол не одно ли и тоже? хотя бы в каких-то случаях точно да, одно и то же) старательно истребляют в себе память о прошлом, о позорных особенностях предков. Им нравится верить, что тем самым всех обманули и всех победили. Но это не так. Разоблачить всё равно есть возможность. Есть ведь метод аналогий. Надо просто выявить места со схожим преступлением – неприятием особо рельефных путников.
Исследование можно начать со Сталина в ипостаси путника, бродяги – посмотреть на те места, через которые он на своём Пути проходил.
Раз мы уже упоминали священную гору Кит-Кай и у её подножья улус Хангой, из которого после побега оттуда Сталина бурят-монголы все дружно съехали (а почему съехали?), то оставшаяся Новая Уда отметилась запоминающимся махровым идиотизмом. После того как князь киевский Хрущ приказал своим прихвостням сменить вехи, то есть отказаться от принципов удачливости, которые Сталин, подобно древним шаманам-волхвам, учил на образах удачливых людей, то комсомольцы Новой Уды устроили вакханалию уничтожения библиотеки музея Сталина.
Да, в Музее Сталина была великолепная библиотека. Предмет особенной гордости. Краеведы вспоминают, что особенно выделялось собрание богато оформленных альбомов по искусству. Так вот, комсомольцы-хрущеноиды вытащили все книги этой библиотеки на двор и устроили грандиозный костёр, через который с истерическими взвизгиваниями скакали. Интересно, называли они это майданом? Не скандировали ли они в раскачку: «Кто не скачет – тот москаль»?
В краеведческом музее Усть-Уды (не путать с Новой Удой) мне показывали один из томов Собрания сочинений Сталина, и даже дали подержать его в руках, который раз пятнадцать был пробит насквозь ломом. Ценная реликвия для понимания на какую низость готовы люди, чтобы остаться неудачниками, но зато угодить дракону.
На месте перевезённой Новой Уды сейчас построено одно новое домовладение из двух домов. Ныне сюда приезжают пьянствовать приезжие и местное начальство, и куда их обслуживать ездят проститутки именно из Усть-Уды.
Уж, наверное, подобные вакханалии, пусть и без уничтожения ценных книг, в истории Новой Уды (старой Новой Уды, потому что дома села перед началом затопления Братского водохранилища были разобраны и перенесены на новое место, но с тем же названием: Новая Уда) было немало, но, чтобы понять стержень их жизни достаточно этого описания. Все эти их дикие взвизгивания, скакания и пробивания ломом самых ненавистных томов. Эдакие палачи будущего своего собственного народа. Юристы, блин.
Что-то подобное по смыслу должно было происходить и в Иконникове – не просто так же они так старательно кривляются, что и вспомнить относительно жителей села нечего.
Интересный момент такой: прежнее русло Катуни полностью не иссякло и теперь его называют Старицей или на картах Протокой или Протокой-Старицей. Немедленно вспоминается, что как раз напротив ныне совсем ужавшегося городка Сольвычегодск тоже есть старица. Старица некогда могучей реки Вычегда. То есть Вычегда тоже меняла русло. И надо же, произошло это как раз напротив места, где отбывал вторую свою ссылку товарищ Сталин. Там же, в ныне исчезнувшей деревеньке Пожарище, выбрал местом своей резиденции волхв Афанасий Черных-Белых, к которому ездил Сталин.
Интересно, и когда именно Вычегда здесь поменяла своё русло? Не тогда ли, когда население Сольвычегодска не встретило должным образом путника—бродягу? Или появление старицы связано с волхвом Афанасием Черных-Белых? Но сейчас ехать в те места опять, чтобы выяснить это, мне уже не по возрасту. А в остальных местах ссылок товарища Сталина изучать тему стариц тогда мне как-то в голову не приходило. А жаль.
Тема стариц теперь стала интересна ещё и потому, что в подцензурных и злопыхательских текстах о Злате Деве злопыхатели её называют Золотой Старухой. Совсем нелепость. Но нелепость эта говорит о том, что хотя бы формально-извращенческий повод Её так называть всё-таки был. К примеру, не исключено, что Её называли Злато Старицей. Старицей в русском языке кроме старого русла называют женщину, существенно превосходящую по уму и порядочности обычных женщин. И судьба её совсем иная. Вовсе не обязательно старая биологически. Не связаны ли как-то изменение русла реки со Злата Девой и ориентирующихся на Неё путников?
И, совсем смелое предположение: а не является ли наличие старицы (старого русла реки) вообще указанием, что в данном месте когда-то проходил путник и местные его уважительно не приняли, а, наоборот, отнеслись как-то особенно по-хамски? Что ж, тогда место между старым руслом и новым как-то особенно располагает к глубоким мыслям. Для начала напоминает о Злате Деве и Её связи с героями. Героев отличает бессознательное почитание Златы Девы. Нет ориентации – не герой, а проклятие.
Но почему именно река, а не камни с некими звучками? И вообще, может, было нечто иное, а не трубные звуки, и «вопияли» эти камни в каком-то переносном смысле? В окрестностях Израиля рек не так уж и много, хотя какие-то всё-таки есть, но исторических сообщений о том, что они меняли русла, нет. Во всяком случае, это не на слуху. Трудно поверить, что жители территории, где проживают или некогда проживали арабы, а с ними у нас была возможность познакомиться и в африканской тюрьме, и в селении, в котором на нас настучали, когда-то пристойно встречали путников. Скорее всего, как было некогда в старину, так всё осталось и поныне. А ныне местные арабы настучали на нас по глупейшему поводу и, очевидно, радовались, что нас зверским образом арестовали. Знали наверное, что мусора нас обязательно ограбят. Минимум.
Возразят, что Израиль и окрестности суть место зарождения целого ряда новых религий. Но новую религию вообще можно рассматривать как повод путников уважительно не встречать. Повторимся, что арабы, среди которых мы не только сидели в тюрьме, но с которыми и общались на воле, ни о каких путниках ничего слышать просто не хотят. Если назвать вещи своими именами, путников они просто ненавидят. Как им чуждых.