Страница 41 из 46
— Вот я и дала слабину, — пробормотала она себе под нос.
— М? — переспросила Канако.
— Дела идут не то чтобы блестяще. — Мориидзуми поставила бокал на стойку. — Но заказы на утилизацию телефонов поступают стабильно.
— Да? — барменша бросила короткий взгляд на розовый телефон на краю стойки.
— Этот, значит? — проследила Мориидзуми за ее взглядом. — Раньше они у всех были…
Барменша и Канако были немного младше, но тоже засмотрелись на телефон.
— Любопытное дело, — заметила барменша, переводя взгляд с Канако на Мориидзуми и обратно. — Получается, одна из вас целыми днями работает, отвечая на телефонные звонки, а другая занимается тем, что обрывает телефонную связь.
— О… — одновременно отреагировали обе.
— Я вот понимаю тех, кто хочет сохранить стационарный телефон. Ате, которые заказывают утилизацию, какие это люди обычно? Хотя я и сама в их числе…
— Ну, — неловко хмыкнула Мориидзуми. — Очень разные, да и обычно я не вдаюсь в причины, по которым люди хотят отказаться от телефона… По моему ощущению, большинство просто перешло на мобильные, и стационарный аппарат занимает место без надобности. Хотя многие сомневаются в своем решении до последнего.
— А кто-то, наоборот, твердо решил избавиться от телефона?
— Да. Некоторые заявляют, что хотят таким образом оборвать контакты.
— Вот, значит, как…
— Те же, кто сомневается, в глубине души жаждут сохранить старые связи. Остаться в доступе.
— Понимаю!
— Недавняя моя клиентка была из таких. Но она заявила, что, если не разорвет связь, не сможет двигаться дальше.
— Куда же она движется, интересно?
— Кто знает…
Слушая краем уха Мориидзуми, Канако вдруг поняла, что, возможно, нашла тот самый последний кусочек пазла, что так давно искала.
«Неужели это оно?»
Есть те, кто жаждут встречи и потому идут прямиком к тому, кого хотят повидать. Есть те, кто жаждут встречи, но откладывают ее на потом. Есть те, кто жаждут встречи, но запрещают себе даже думать о ней. И те, кто жаждут встречи, но больше не могут увидеться…
Если так подумать, то и желание увидеться у всех проявляется по-разному. Вот, например, сегодня она хотела повидаться с Мацуи, но, когда он предложил встретиться, не смогла ответить согласием. Не потому, что не желала встречи, — просто ей показалось, что, если она прямо сейчас увидится с ним — потеряет контроль над собой, и неясно, как все в итоге обернется.
«Вдобавок…» — Канако вернула мысли в прежнее русло.
Порой ты и хочешь встречи с кем-то, но этот «кто-то» испытывает другие чувства.
Они с Рэном с детства были очень близки, но, когда перед ними встало воображаемое «дальше», подумали они об одном и том же? Или, может, Рэн представлял свое «дальше» совсем иначе?
Может, пазл, который он собирал… и для которого ему не хватало последнего фрагмента, это и есть его «дальше»? Да, наверняка. Канако ведь и сама такая. Боится последнего шага… Даже не так. Когда дело подходит к завершению, ей становится скучно, и она останавливается, хотя до финала рукой подать.
«Дальше, значит… Хорошо бы и дальше все шло как есть…»
Канако рассеянно засмотрелась на розовый телефон на краю барной стойки и механически прикусила губу, как когда-то в детстве.
*
— Что это такое? — Киса указала на голубой сверток, прислоненный к стене.
— А, это… — Аяно потянулась к нему и принялась разворачивать обертку. — Купила, поддавшись порыву.
Она продемонстрировала доску.
— Что это? Разделочная доска?
— Что-то она великовата.
Киса, Фумина и Ёриэ принялись гадать о назначении предмета.
— Это ступенька от лестницы.
Пояснение Аяно вызвало лишь новые вопросы.
— Как-как?..
Хотя из уст подруг и прозвучало: «Что-то она великовата», Аяно, глядя на ступень при ярком свете, подумала совсем иное: «До чего маленькая…»
Если это и впрямь ступенька лестницы, по которой она поднимается прямо сейчас, то опоры тут немного. Плакать хочется от того, как мало места для маневра. Но пусть ступенька и выглядит до слез жалкой — может, Аяно именно столько и нужно?
«К тому же ведь здесь и сейчас мне вовсе не плохо», — осознала она.
*
«Бывают и такие ночи…» — в который раз напомнил себе Мацуи.
Сегодняшняя казалась куда темнее, чем обычно. Ночами даже в небе Токио можно увидеть на удивление много звезд… Но сегодня не светит ни одна.
«Неужто наступил конец света?»
Совсем как в одном фильме, где главный герой — таксист, который бесплодной ночью остановил машину в закоулке парка и задремал. Он поспал всего час, а когда проснулся от холода и вернулся к работе, обнаружил: все люди в мире словно испарились. Ни души. Лишь темная бесконечная дорога впереди.
И у Мацуи сегодня так же.
Светофоры и ночные огни рассеянно сияют, но других машин нет, а вокруг лишь пустые школы, кладбища да пустыри. Четыре утра как они есть.
Но тут Мацуи заметил, что на востоке в небе все же горит крохотная звездочка — такая робкая, что сначала он даже решил, что ему показалось. Словно отвечая на ее приглашение, он двинулся в ту сторону, и телефон в кармане вдруг зазвонил.
Остановившись у обочины, Мацуи достал мобильный так поспешно, что едва не выронил, и посмотрел на экран.
Подпись контакта «Канако Фуюки», подрагивая, мерцала в темноте.