Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 14 из 46

Еще раньше, когда Сюро жил в седьмой по счету квартире, он звался Тасиро Майти и подрабатывал фокусами. Это были лишь несложные застольные фокусы, которые он демонстрировал на торговых улочках или в барах. Фокусам обучался самостоятельно — это было его хобби с детства. Конечно, одними фокусами себя не прокормишь, так что параллельно Сюро работал на консервном заводе и выживал в основном на консервах с работы.

Воспоминания не самые радужные, но умение показывать фокусы очень пригодилось ему, когда он стал детективом. Сам Сюро был убежден, что именно опыт фокусника и сделал его детективом. Он подарил знания о том, как обмануть внимание, отвлечь публику оттого, что ей не положено видеть, и как подобрать трюк, подходящий под ситуацию.

А еще научил понимать, что каждый фокус — это лишь ловкость рук и даже за самыми невероятными и сложными из них скрываются ловко спрятанные от посторонних глаз уловки, ведущие к ответу. Простая истина «У любой загадки есть ответ» стала базой дедуктивного метода Сюро-детектива.

А вот когда он жил в третьей по счету квартирке в многоквартирном доме «Мидзогути» в Экоде, Сюро и не думал о том, чтобы стать фокусником и уж тем более детективом. Тогда он вообще не представлял, каким будет его будущее, и жил одним днем, меняя подработку пару раз в месяц. Квартиру снимал самую дешевую, без ванной, а мылся в сэнто

[10]

[Сэнто — японский аналог общественных бань. Обычно там принимают душ, а затем отмокают в большой общей горячей ванне.]

неподалеку… Теперь уже ни того дома, ни сэнто не стало. Но именно мужчины постарше, с которыми он познакомился в сэнто, помогли ему получить подработку, связанную с фокусами.

Никогда не знаешь, куда повернет жизнь.

— В общем, пока я путешествовал вот так в прошлое, время и пролетело… Не успел оглянуться — а уже совсем поздно.

*

Такси цвета ночного неба рассекало Синдзюку.

Этот неспящий район не знает ночи, но даже его сияние со временем сужается в радиусе. Центр Синдзюку еще блистает ночными огнями, но чуть отойдешь в сторону — все уже погружено во тьму и густые тени с сумрачных улиц заползают в салон автомобиля.

Сосредоточившись на дороге, Мацуи задумался.

Мужчина на заднем сиденье заявил, что играет детектива в кино, а теперь рассказывает о себе так, словно сам работает частным детективом. Может, у него с головой не все в порядке? Но куда больше сомнительной истории о работе детективом Мацуи зацепили слова пассажира о путешествии по прошлому.

Ему ведь тоже есть что вспомнить. Он думал, что придет однажды время вернуться к этим воспоминаниям, но в итоге ночь за ночью мчался вперед, следуя указаниям пассажиров, и никогда не выбирал место назначения сам, пока не смирился с тем, что, вероятно, никогда не станет полноправным хозяином собственной жизни.

Он смотрел только вперед, словно боялся отвести взгляд.

— Знаете, а я ведь тоже…

Мацуи почувствовал себя так, как будто наконец ослабил туго затянутые на ногах шнурки.

«Рассказать ему, что ли», — неожиданно подумал он.

Да, несомненно. Он жаждет выговориться кому-нибудь.

Однако такси уже приехало в Синдзюку, и до места назначения — круглосуточного кинотеатра — осталась всего пара минут езды.

— Я тоже когда-то жил в квартире без ванной, — неуклюже сменил он тему. — Недавно один пассажир заказывал такси в тот район, и когда я проезжал там, то увидел, что ни квартиры, ни сэнто, куда я ходил, больше нет, — горько улыбнулся он.

*

По правде говоря, легкомысленная фраза Сюро «Мне любой фильм подойдет» скорее была манифестом самому себе. А заявление «Хочу поспать где-нибудь» и вовсе враньем.

Фильм начинался в час пятьдесят ночи, и именно он был главной целью сегодняшнего дня. Уже после того, как решение было принято, Сюро придумал до сеанса объехать восемнадцать своих бывших квартир. Словно, забравшись так глубоко в прошлое, он смог бы достичь дома, где они жили с отцом… Дома, построенного отцом, который всю жизнь трудился актером на второстепенных ролях и снялся в более чем пятистах фильмах.

Именно этот дом скрывался за восемнадцатью ключами.

Дом — и тот единственный фильм, где отец Сюро снялся не во второстепенной, а в главной роли. «Великий вор Сильвер». Именно его показывали сегодня в ночном кинотеатре без всякой шумихи, скорее даже украдкой.

Объявление об особом показе попалось Сюро на глаза случайно: афиша гласила, что малоизвестный фильм покажут в кино глубокой ночью всего один раз, в качестве эксклюзива. Этот фильм не выпускали на носителе — диске или кассете, и Сюро лишь слышал о нем от отца, но ни разу не видел сам.

Он даже не знал, кого именно отец там играл.

Знал лишь одно: когда-то, еще до становления детективом… наверное, во время восьмой по счету квартиры он отыскал у букиниста старый журнал о кино, где была рецензия на «Великого вора Сильвера». Сюжет фильма, кратко пересказанный в статье, разочаровал Сюро — хоть великий вор и находился в центре сюжета, но в конце мудрый детектив все равно перехитрил его и разбил в пух и прах все его планы.

«Ну, значит, мне надо стать детективом», — подумал тогда Сюро.

Не актером, играющим роли детективов, нет. Настоящим великим детективом, распутывающим даже самые сложные дела.

Продлись поездка чуть дольше, и Сюро, наверное, рассказал бы все это Мацуи. Но вместо этого он лишь глядел в окно — несмотря на поздний час, на улице было полно людей.

— Прибыли, — произнес Мацуи, разрушая его полудрему.

Когда Сюро вышел из такси, пошел нелюбимый им дождь, который собирался весь день. Он был до странного теплым и даже ласковым, но убеждение Сюро, что дождь непременно влечет за собой происшествия, подкреплялось опытом. И неважно, ласковый он или яростный. Сюро понятия не имел, почему так происходит, но все преступления, с которыми он имел дело за свою карьеру, случались в дождливые дни.

Возможно, дождь вносит смятение в души людей, и из-за этого они впадают в буйство.

Крохотный кинотеатр в стороне от станции Синдзюку открылся совсем недавно. Его скорее стоило назвать киноклубом. Сам его облик, навевающий воспоминания о кинотеатрах прошлого, и особые программы показа малоизвестных фильмов, которые никогда не блистали на большом экране, говорили об индивидуальных вкусах владельца, и это грело душу.