Страница 26 из 56
– Не хочу в этом участвовать. Идем, – сказала Хадзуки и потянула Кумико за руку. Рэйна заметила это и, коснувшись плеча Сапфир, сказала:
– Кавасима, мы, кажется, шли за мороженым.
– Точно-точно! Мидори совсем позабыла.
– Хочу с дынным вкусом.
– Хадзуки очень любит дыню!
Кумико стерла пот со лба тыльной стороной ладони. У нее пересохло в горле. На ресторанном дворике продавали какие-то напитки, но они были слишком дорогие. Дешевле было купить что-то в автомате. Рэйна заметила ее смятение и встала рядом.
– Ты чего?
– А, я думала купить сок, – любуясь ее сине-белым купальником в горошек, ответила Кумико. Еще чуть-чуть поднять взгляд выше милой ленточки у нее на груди, и можно было провалиться в ложбинку декольте. Ключицы, отбрасывающие легкую тень на ее белую кожу, были покрыты мелкими каплями воды.
– Идем на фуд-корт?
– Нет, я… Наверное, пойду к автоматам. Куплю там. Вы на ресторанный дворик пойдете?
– Ага. Захватим и тебе что-нибудь. Ты какое мороженое будешь?
Кумико немного подумала и сказала:
– Хм, возьмите мне со вкусом маття
[29]
[Японский порошковый зеленый чай. – (Прим. пер.)]
.
– Как скажешь.
– Тогда я скоро подойду.
Кумико отделилась от подруг и пошла в сторону автоматов с водой. Их уголок был недалеко от входа в бассейн, в противоположной стороне от ресторанного дворика. В ушах у девушки зазвучали веселые голоса детей. Ее внимание почему-то привлекли две сестры, которые пробегали мимо.
Она достала кошелек и встала перед торговым автоматом. Кумико стала выбирать из напитков, на которых синей светящейся иконкой было написано: «холодное». В конце концов она выбрала ячменный чай. Девушка нажала на кнопку, и в это мгновение вдруг у нее по затылку пробежал холодок.
– Ой! – она обернулась и увидела Нодзоми. Старшеклассница издала невинный смешок, как ребенок, чья шалость удалась. В руках она держала прозрачную бутылку. Капли воды, прилипшие к поверхности, стекали вниз, оставляя пятна на сухой плитке.
– Нодзоми, как ты здесь?..
Не в силах скрыть своего беспокойства, Кумико несколько раз моргнула. Девушка мило улыбнулась и посмотрела куда-то вдаль.
– Пришла с ребятами из класса. Нацуки тоже с нами.
– А, точно. Аска говорила, что встретила ее сегодня.
Нодзоми подошла к автомату, достала бутылку из ниши и протянула ее стоявшей в оцепенении Кумико.
– Спасибо, – поблагодарила ее девушка. Нодзоми чуть прищурилась.
– Слушай, ты давно играешь на эуфониуме?
– А, с младшей школы. Я тогда впервые вступила в оркестр.
На лбу у Кумико проступил пот.
– Ясно, – ответила ей Нодзоми с вежливой улыбкой.
Повисла неуютная пауза. Чтобы сбежать от неловкости, Кумико попыталась открутить крышку у бутылки, но она все время выскальзывала у нее из рук и никак не поддавалась. Ей нужно что-то сказать? Или отойти и вернуться к своим? Кумико колебалась, а потом приоткрыла рот и спросила:
– Почему ты ушла из клуба?
– Что, любопытно?
– Очень.
Нодзоми взяла бутылку из рук Кумико и легко открутила крышку.
– Вот, – сказала она и протянула напиток обратно. Кумико молча поблагодарила ее. Нодзоми слегка прищурила глаза и горько улыбнулась.
– Это долгая история, будешь слушать?
Кумико с готовностью кивнула головой.
– Ладно, тогда давай сядем вон там.
Они присели на скамейку возле торговых автоматов, на которую указала Нодзоми. Подальше от бассейна и людей. Деревья загораживали солнце, и только свет, пробивающийся сквозь кроны, оставлял на коже Кумико белые пятна.
– Ты сейчас в группе A?
– А, да. Верно.
Кумико кивнула головой на подозрительно странный вопрос. Нодзоми посмотрела на нее, поигрывая пластиковой бутылкой в руках.
– А Нацуки попала в группу B. Как ты это объяснишь?
У Кумико перехватило дыхание. Глаза ее широко раскрылись. На лице Нодзоми появилась улыбка, но взгляд ее оставался серьезным.
– Нацуки в группе B, а новичок попал в A. Как так получилось? – добавила она, чем еще сильнее напугала Кумико. Девушка тщательно копалась в воспоминаниях, спрятанных в самых глубинах мозга. Да, поначалу она переживала из-за этого. В средней школе ее тоже выбрали вместо старшеклассницы, отчего остальные стали ее игнорировать. Из-за этих тревожных воспоминаний, когда на прослушивании вместо Нацуки выбрали ее, Кумико казалось, что мир рухнул но Нацуки поддержала ее.
– Не парься, – сказала она тогда. – Группа A, группа B – меня это не особо волнует.
Она отчетливо помнила ее слова.
– В прошлом году Китаудзи получила бронзу, но всем было все равно. Они просто сдались.
В день объявления результатов прослушивания Нацуки многое рассказала Кумико. Было в ней что-то циничное. Она говорила о тех событиях так, будто ее это никак не касалось. Речь у них зашла как раз о старшеклассниках, которые решили уйти. Нет, может, она и казалась циничной, но это наверняка была всего лишь маска.
– Ничего не поделаешь, – ответила Кумико, и лицо Нодзоми изменилось. Кумико еще раз повторила свой ответ и добавила:
– Ничего не поделаешь! Оркестр стремится попасть на Национальный конкурс, и я думаю, что вполне естественно устраивать прослушивания для отбора участников. Индивидуальные способности очень важны, и, если я играю лучше, даже пусть и новичок в клубе, не вижу ничего плохого в том, чтобы взять в группу именно меня.
Когда Кумико закончила свою речь, Нодзоми еле заметно прищурилась. Ее губы изогнулись в довольной улыбке.
– Я тоже так думаю.
– Что? – переспросила Кумико. Ответ был неожиданным. Она думала, что девушка разозлится на нее, но Нодзоми только по-доброму рассмеялась.
– Сама посуди, уж лучше тебя выберут по способностям, чем по непонятным стандартам. Если кто-то из старших, кто играет в разы хуже тебя, попадет в группу A просто потому, что он старше, разве это справедливо?
– А у вас не было раньше прослушиваний?
– Не было. Раньше куратор говорила: «Давайте жить дружно!» И просто выбирала солистов по старшинству. Меня до сих пор злость распирает, как вспомню.
Бутылка у нее в руках издала странный звук.