Телохранитель для оборотня

— Вы были неучтённым фактором, — кивнул Милад. — Лилиана испугалась, что Злата как ведьма распутает её ментальные закладки и любовные чары, которыми она обработала Нирша. Поэтому сначала дворецкий должен был «убрать» Злату, чтобы разорвать наш союз и деморализовать Леру. А когда мы официально объявили о помолвках...

— Земля под её каблуками окончательно загорелась, — усмехнулся Радим. — В ту же ночь Нирш пошёл на крайность и попытался убить Леру. А когда и это провалилось, Лилиана поняла: хотите сделать что-то хорошо — сделайте это сами.

Она взяла меч, состряпала два фальшивых письма якобы от нашего имени и выманила нас с Радькой в сад, планируя устроить кровавую бойню и свалить всё на «беглого смотрителя».

И ведь её план сработал бы идеально! Если бы в дело не вмешалась высшая разведка курятника.

— Я весь день бродила по коридорам, — подала голос Агафья Добромировна, гордо расправив крылья. — И случайно услышала, как эта белобрысая гадюка шепталась со служанкой! А потом я увидела, как та несёт записки. Внимательно сличила почерки — благо, я женщина образованная! — и поняла, что письма фальшивые. Сложила два и два и пошла искать Милада.

— Наш блондин, когда к нему в кабинет влетела курица и человеческим голосом огласила весь список подозреваемых, чуть из окна не вышел, — прыснула Злата.

— Я просто... не сразу адаптировался к ситуации, — слегка покраснел Милад.

— И всё я ему растолковала! — довольно вставила Гаша, очищая клювом пёрышко. — И про фальшивые письма, и про то, что в теле смотрителя сидит вовсе не убийца, а наш партизан Ведомир, который им вообще-то прапрадед!

— Да уж, новость о том, что смотритель — это наш древний предок в чужом теле, окончательно добила мою психику, — вздохнул Милад. — Но главное, что я успел взять стражу и побежать в сад.

Лилиану скрутили на месте. Власти допрашивали её недолго — под тяжестью улик стерва быстро сдала всех своих подельников. Дворецкого Нирша уже упаковали; правда, судя по его бегающим глазам и бредням про «вечную любовь к госпоже», светит ему не эшафот, а строгий режим в местной психушке.

— Почему вы сразу обо всём не рассказали? — спросил Милад. — Ведь мы уже знали, что Злата — настоящая ведьма.

Мы со Златкой переглянулись.

— Ну... — замялась Злата, ковыряя пальцем подлокотник кресла. — Если честно... мы просто не подумали.

— В смысле «не подумали»? — уставился на неё Милад.

— В прямом! — вздохнула я, закрыв лицо руками. — Милад, ты не представляешь, какой это был беспросветный дурдом! Сначала душа Ведомира летает по комнатам, потом Злата на нервах вшивает его в тело смотрителя, тут же дворецкий ходит с подозрительной рожей, Лилиана строит из себя невинную овечку, а у нас со Златой в голове полнейшая каша! Мы так судорожно пытались решить всё сами и не спалиться, что не подумали, что вы уже много чего знаете.

— Мы были уверены, что держим всё под контролем, — виновато добавила Злата, поправив съехавший рукав. — А когда до нас дошло, что надо бежать к вам... Лилиана уже пошла с мечом. Короче, мы тормоза. Признаём.

— Безупречный план, надёжный, — ухмыльнулся оборотень. — «Мы просто не подумали». Зато искренне!

Милад несколько секунд переводил на нас ошарашенный взгляд, потом медленно потёр лоб и тихо засмеялся, качая головой:

— То есть пока мы строили теории о тайных заговорах и вашей виновности... вы просто паниковали и не думали?

— Именно! — гордо заявила Злата. — Зато каков результат! Все живы, злодеи в тюрьме, а у вас есть мы — прекрасные, хоть и слегка заторможенные.

— Да уж, — вздохнул Милад, но по его теплеющему взгляду было видно, что вся злость окончательно улетучилась. — С вами точно не заскучаешь.

— И не говори, — пробормотала я, откидываясь на спинку дивана. — Ну а Ведомир?

— Ведомира уже эвакуировали из дома Глафиры, — ответил Милад, слабо улыбнувшись. — Он в замке, отмывается, приводится в порядок и готовится принять наши официальные извинения.

В гостиной ненадолго повисла тишина. Мы со Златкой переглянулись. Все пазлы наконец-то сошлись. Парни сидели со слегка зависшим видом, окончательно переваривая масштаб едва не случившейся катастрофы. Все были живы. Опасность миновала.

Чуть позже мы передислоцировались в башню Златки — единственное место в замке, где пахло не спёртым архивным духом и стражей, а сушёным чабрецом, корицей и свежей выпечкой.

— Эх, нужно бы Глафирочку сюда перевезти... — мечтательно протянул Ведомир, с невероятно аристократичным видом отхлёбывая чай из миниатюрной фарфоровой чашки.

— Думаешь, согласится? — Златка с аппетитным хрустом откусила половину эклера, заляпав нос крем-брюле.

— Ну а ты сама подумай, — я подпёрла щеку кулаком, с улыбкой глядя в стрельчатое окно. — Уединённый дом со скрипучим стариканом или шикарный замок с... хм, допустим, с «молодым и перспективным красавцем». Выбор, по-моему, очевиден.

Ведомир уважительно закивал и поплыл в блаженной улыбке, явно мысленно подбирая для Глафиры лучшие покои с видом на розарий.

Кстати, самым сложным квестом за сегодня было убедить графа Чешира в том, что этот тип в чужих обносках — его родной прадед. Но Ведомир в личной беседе накидал графу таких сочных и постыдных детских подробностей из жизни предков, что граф сломался через пять минут. Так что наш бывший призрак официально признан живым, восстановился в правах и теперь мог на законных основаниях заселять в замок хоть весь местный контингент.

Внезапно в дверь аккуратно, но настойчиво постучали, и из-за косяка показалась знакомая угольно-чёрная чёлка.

— А-а-а, вот ты где, дедуля... — раздался обманчиво бархатный голос Радима.