Телохранитель для оборотня

Я в ужасе уставилась на свою кисть: из нее торчала стрела, прошедшая насквозь. Кровь тонкими струйками закапала на траву. Милад среагировал мгновенно — он бросился в сторону леса, на ходу созывая стражу, а Радим подхватил меня под локоть и повел к замку.

— Лера, скажи хоть что-нибудь! — доставал он меня. — Не молчи, рана не смертельная. Покричи хоть! Только не молчи!

И меня прорвало. Я в красках описала, что именно сделаю с этим нерадивым стрелком и куда он может отправить свой лук. Моя тирада была настолько выразительной, что Радим на мгновение даже замедлил шаг.

В лечебном покое пожилой врач занялся моей раной. Кость цела, сухожилие задето — жить буду, но на рояле завтра не сыграю. Когда вытаскивали стрелу, Радим сказал, что разговаривать не обязательно, все-таки с нами находился доктор в возрасте, а старших надо уважать. Я молча терпела, но лицо выдавало все мои мысли.

Потом прибежал Милад, допросил доктора о моем состоянии и отпустил с миром. Радька успел сбегать за вкусняшками, и теперь я лежала на мягкой кроватке и уплетала вишню в шоколаде.

— Так, мальчики, — начала я допрос, закидывая в рот ягоду. — Рассказывайте, кто тут решил сделать из Радима дуршлаг?

Парни синхронно сделали вид, что они — элементы декора. Но тут дверь вылетела с петель, и в комнату явился разъяренный мужчина с усами, которые жили собственной жизнью.

— Что произошло?! Опять покушение на Радима? — взревел он.

— Да, отец, — вздохнул Милад. — Но пострадала дама.

Я не выдержала и вмешалась:

— А почему на обычного конюха ведут охоту? Граф вообще в курсе, что у него в саду тир открыли? Или этот старый хрыч занят только тем, что выселяет бедных людей из их домов?

В комнате воцарилась гробовая тишина. Такая, что было слышно, как сохнет повязка на моей руке. Лицо мужчины начало медленно наливаться пунцовым цветом, а усы гневно зашевелились. Милад отчаянно зажестикулировал, призывая меня замолчать, а Радим старательно прятал смех. Тут до меня дошло: передо мной и есть граф Чешир.

— Это я — старый хрыч?! — взорвался он.

— А как вас называть? — я решила, что терять уже нечего, и встала на кровати в полный рост. — Вы зачем дом Златы сносите? Нам где жить — в саду со стрелами?

— Да о каком доме ты несешь?! — орал граф.

— О доме целительницы Златы, — вставил Милад.

— Эта старая карга? — уточнил граф.

— На себя посмотри! — отстояла честь Златки я.

Глаза графа превратились в щелочки. Могу поспорить, он в этот момент пропускал мою тушку через все виды казни.

— А давайте мы выйдем и обсудим все в другом месте? — предложил Радим.

Милад согласно закивал, взял папашку под руку и силой потащил на выход, Радька привычно мне улыбнулся и тоже ушел.

Затем пришла служанка, измерила температуру, осмотрела повязку, накормила, дала невкусный отвар и запаковала меня в одеяло. Мне было жарко, неудобно, но успокаивающий отвар пересилил, и я заснула.

— Спасибо, — сказал зеленый дракон и выпустил в меня струю жидкого пламени.

От страха я закричала и открыла глаза. В комнате было пусто, за окном наступили сумерки. Интересно, как там Златка? Весточку бы ей отправить, что со мной все в порядке. Подумаешь, одной дыркой в теле стало больше. Главное, что не в голове, как могло быть у Радима. И, кстати, куда этот гаденыш опять делся? Мог бы зайти, проведать.

От раздумий меня отвлекла все та же служанка, приглашая выйти и поужинать со всеми. Я оказанную честь оценила и даже причесалась перед выходом.

Зал был полон. Свечи, гобелены, романтика... и куча аристократов, которые при моем появлении едва не подавились фазанами. Еще бы: я в своих шортах на фоне их кринолинов смотрелась как пришелец из будущего. Милад, настоящий джентльмен, перехватил меня за талию и усадил за стол. По правую руку от графа сидел Радим. «Конюх», ага. Сейчас.

Граф, который сидел во главе стола, закрыл лицо рукой. Мое место оказалось между двух мужчин, глаза которых то и дело спускались к моим ногам.

Я решила не обращать внимания на косые взгляды дам и занялась делом — едой. Поскольку всё самое вкусное стояло на другом конце стола, мне пришлось совершить пару гимнастических этюдов над тарелками соседей. Гора еды на моей тарелке росла, а шок в глазах гостей — укреплялся. Один Радим весело отсалютовал мне бокалом.

За столом текла скучная беседа ни о чем, все разбились по группам и что-то обсуждали. Даже догадываюсь что — меня. Но мне было до них, как до лампочки, поэтому я не обращала внимания.

После ужина толпа перетекла в соседний зал, в котором стояли мягкие диванчики и столики с закусками. Увидев, что Радим беседует с какой-то красоткой, я направилась к нему.

— Ты засранец, — шепнула ему на ухо. — Ну-ка пойдем поговорим.

— Василиса, — обратился он к девушке, — позволь представить тебе нашу гостью — Леру.

Василиса окинула мои шорты взглядом, полным классовой ненависти, и вежливо кивнула.

— Закончим разговор позднее, — сказала она Радиму.

Тот поцеловал ее ручку, и она ушла. Мелкий, а уже за девушками бегает. Ай-яй-яй!

— О чем ты хотела поговорить? — обернулся он ко мне.

— Почему не сказал, что ты не конюх? — налетела я на него.

— А ты не спрашивала.

От такой наглости у меня пропал дар речи. В этот момент официант принес ему бокал вина. Радим уже поднес его к губам, но я, движимая воспитательным порывом, выхватила бокал:

— Мал еще спиртное хлестать!

— Это я-то мал?! — возмутился он и дернул бокал на себя.