Телохранитель для оборотня

— Страшно? — голос его звучал непривычно тихо, с вибрирующими нотками.

Я смогла только кивнуть. Его глаза, обычно темные и теплые, превратились в два пылающих изумруда с вертикальными зрачками. Казалось, за ними включили мощную неоновую подсветку.

— Ч-что это такое? — выдавила я, чувствуя, как по спине пробежал холод.

— Частичное превращение, — бросил он. — Похоже, природа решила поиздеваться и не доделала работу до конца.

— И как ощущения? — я начала медленно, дюйм за дюймом, отползать за массивное кресло.

— Вижу идеально. Могу даже разглядеть каждую пылинку на твоем лице... и черные точки тоже.

«Гаденыш мелкий», — привычно огрызнулся внутренний голос, но вслух я ничего не сказала. В местном средневековье со спа-процедурами туго, нечего тут критиковать мою кожу! Я обиженно отвернулась к окну.

— Обиделась?

Радим оказался передо мной в то же мгновение. Я даже не услышала шагов — просто смазанная тень и холодный воздух. Судорожно вцепившись в подлокотник, я смотрела на него снизу вверх. Это был не Радька. Его зубы стали острее, а движения — пугающе быстрыми.

— Может, прогуляемся? — ухмыльнулся он, обнажая клыки.

— Спасибо, я лучше здесь... в безопасности... посижу.

— Жаль, — он вздохнул, и от этого звука у меня волосы на затылке зашевелились. — Хотелось свежего воздуха.

Паника начала накрывать с головой. Передо мной стояло существо, способное раздавить меня и не заметить. В голове лихорадочно крутился план: найти что-то тяжелое, вырубить его одним ударом и надеяться, что после «перезагрузки» ко мне вернется прежний паренек. Я заозиралась в поисках подходящего снаряда.

Внезапно тишину взорвал звон бьющегося стекла. Окно разлетелось вдребезги. Прежде чем первый осколок коснулся пола, я почувствовала, как меня сбили с ног. Радим накрыл меня своим телом, принимая на спину колючий дождь из прозрачных кинжалов.

— Ты цела? — спросил он, приподнимаясь.

Затем Радим метнулся к окну. Я кое-как поднялась с пола и присоединилась к осмотру.

— Птица, — заключил парень.

Я облегченно выдохнула. На меня смотрели черные глаза. Такие родные глаза! Как я по ним скучала! От избытка эмоций я обняла Радьку крепко-крепко.

— Лера, ты чего? Ребра же сломаешь! — Радька попытался отстраниться, явно ошарашенный таким бурным проявлением чувств.

— Просто... соскучилась, — прошептала я, чувствуя, как дрожат руки.

Я отошла и, улыбаясь, смотрела на оборотня.

— Как я оказался на тебе?

Я застыла. Значит, он ничего не помнит. Тот пугающий хищник был всего лишь оболочкой.

— Ты... правда не помнишь? — осторожно спросила я.

Пока я пересказывала ему события последних десяти минут, глаза парня становились всё больше. Про свой дикий страх и план со снарядом я тактично промолчала — не хватало еще парня расстраивать. Оставив его переваривать новости о своей «темной стороне», я ушла к себе.

За ужином Граф, косясь на меня своим самым подозрительным взглядом, объявил о приезде двоюродного брата. Попросил вести себя прилично, при этом его глаз косил в мою сторону. Мы люди понятливые, поэтому я клятвенно пообещала, что буду тише воды, ниже травы. Милад снова завел песню о прогулке, и я — слабая женщина! — согласилась. Но главной тайной оставался Радим: он просил не выдавать его «изумрудный» секрет.

Ровно в полночь мы со Златкой и Вороным просочились сквозь потайной лаз. Стоило нам отойти от замка, как ведьма щелкнула пальцами, и реальность поплыла. Вместо скромного пса передо мной предстал боевой конь — не животное, а оживший шедевр. Шерсть отливала лунным серебром, а грива струилась по земле, как жидкий шелк. Златка отвесила мне воспитательный подзатыльник, приводя в чувство, и мы рванули в Лушту.

Дом ведуна встретил нас тишиной и единственным горящим окном. Пока я потирала отбитые о «серебряный шедевр» ноги, Злата работала: проверяла охранные заклинания. Конь конечно прекрасный, но после скачки на теле не осталось живого места.

— На заборе нет охранок, — доложила ведьмочка. — Свет горит в спальне.

— Отлично. Перелезаем?

В ответ я получила кивок, и мы полезли через забор. Спрыгнув с другой стороны, Златка застыла в странной позе, бормоча какую-то чепуху. Не успела я задать вопрос, как увидела двух здоровых собак, несущихся на нас. Злата тряхнула руками в сторону животных, те упали, как подкошенные.

— Спят, — пояснила она. Восхищаюсь ведьмой!

Мы подошли к нужному окну и прислушались. Тишина. Злата достала холщовый мешочек, зачерпнула оттуда порошок и дунула его в окно. На стекле порошок засверкал искрами и исчез.

— Чисто, — шепнула она. — Можно лезть.

В моем мире отсутствие охраны у такого важного чина назвали бы халатностью, но здесь я списала всё на магическую беспечность. Осторожно разбив стекло и открыв щеколду, я уже занесла ногу над подоконником, как вдруг мир перевернулся. Чья-то железная хватка зажала мне рот и выдернула обратно в темноту сада. Там я увидела испуганное лицо Златки.

— Не шуми, — шепнул до боли знакомый голос.

Я кивнула и, обернувшись, подтвердила свои догадки. За моей спиной стоял Радим. Его зеленые глаза ярко мерцали в темноте, а выражение лица показывало готовность меня придушить.

— Идиотки, — констатировал он тоном, не терпящим возражений. — Уходим. Быстро.

— Но… — попыталась возразить Злата, однако Радим схватил ее и меня за руки и потащил к выходу.