Эбеновые рога тьмы

Узкая прорезь посередине оставляла место для глаз и пересекалась другой прорезью, уходящей вниз к моему рту.

Он был свирепым.

Смертоносным.

Прекрасным.

— Я заказал его для тебя не для того, чтобы заставить тебя снова скрывать своё лицо. А чтобы показать миру, кто ты на самом деле. Самозванка.

Рокат привлёк моё внимание, шагнув вперёд. Его фигура расплывалась перед моими глазами. Рыдание застряло у меня в горле. Он сделал это для меня. Продумал каждую деталь.

И как давно?

Как долго он прятал это в глубинах своего разума, чтобы я ничего не узнала? Он заказал это для меня. Чтобы я могла быть его настоящей равной. Во всём.

Осторожно я повернула шлем и надела его. Он сел удивительно легко. Через узкую прорезь для глаз я встретилась взглядом со своим истинным. И почтение в его взгляде заставило меня сбиться с дыхания.

— Спасибо.

Больше мне нечего было ему сказать.

Но всплеск эмоций, прокатившийся по нашей связи истинной пары, выразил всё то, что я не могла облечь в слова.

Пальцы Роката скользнули под острый выступ шлема и приподняли мой подбородок.

— Твоя преданность исцелила меня так же, как моя исцелила тебя. Но наша любовь? Она не просто исцеляет. Она охотится. Когда ты наденешь это и встанешь рядом со мной на поле боя, мир будет дрожать у наших ног. Даже сами Судьбы не смогут пойти против нашей воли.

Уверенность его слов закрепилась в моих костях.

Наполнила меня новой силой.

— Мы заставим Ангелов преклонить перед нами колени. Заставим их поклоняться земле, по которой мы ходим.

На губах моего истинного появилась порочная улыбка.

— Вот это моя коварная маленькая самозванка.

Он снял шлем с моей головы и протянул мне. Я прижала его к боку, осторожно удерживая под рукой, чтобы не уронить. Вместе мы вышли из казарм под солнечный свет.

Я позволила ему омыть моё лицо и заиграть бликами на моём прекрасном новом шлеме.

Рокат запер двери за собой.

Он действительно обо всём позаботился. После воссоединения с Армией у нас было непростое начало. Напряжение, конфликты, разногласия. Его страх снова потерять меня вставал на пути нашего продвижения вперёд.

Но теперь?

Его преданность этому пути — стремлению показать миру, что я его равная, — вызвала у меня новые слёзы.

Он стёр их большими пальцами, глядя на меня сверху вниз так, словно я была причиной, по которой он дышит.

— А теперь пойдём тренироваться. Мне нужно убедиться, что к тому времени, как мы вернёмся на передовую, ты будешь способна убить даже меня.

— Кто сказал, что я уже не могу? — поддразнила я.

Он фыркнул и покачал головой.

— В первый раз, когда я дал тебе кинжал. Я даже прижал его к своей груди ради тебя. И всё равно у тебя не получилось.

Я закатила глаза.

— Это было несколько месяцев назад. Сейчас я намного лучше.

Он наклонился, и его горячее дыхание скользнуло по моему уху.

— Тогда покажи мне.

С этим вызовом он отступил, не сводя с меня взгляда.

Жар хлынул по моим венам, и я бросилась за ним.

Его длинные шаги быстро сокращали расстояние до тренировочной площадки, вынуждая меня бежать трусцой, чтобы не отставать.

Когда мы добрались туда, мужчины уже сражались, обливаясь потом и осыпая друг друга ругательствами.

Пыль взметалась под моими сапогами, пока я снова надевала свой шлем, и его блеск привлёк внимание солдат, стоявших по краям площадки.

Когда я проходила мимо них, они смотрели на меня настороженно. Я лишь улыбнулась под своей маской. Пусть думают, что я всё ещё хуже них из-за того, что находится между моих ног.

Довольно скоро я докажу, что достойна своего места здесь, возглавляя их.