Страница 213 из 238
— Моё тело не в вашей власти, чтобы распоряжаться им, — прорычала она, и за её глазами вспыхнули искры. — Это не ваше дело.
— Моё, когда вы оба живёте в моём лагере, — резко ответил я. — Моё, когда вы оба представляете угрозу, а ваша связь и подавно.
Я перевёл взгляд на Бананда.
— Я помню, как связь кричала, требуя, чтобы я заявил права на свою истинную пару. Это был непрекращающийся, неумолимый зверь. Чтобы сопротивляться ему, требовался огромный самоконтроль, и я знаю, что для меня это испытание было гораздо тяжелее, чем для Сельхамош. Так вы сделали это?
Мышца дёрнулась на его челюсти.
— Нет.
Мои брови поползли вверх. С того момента, как их связь сформировалась, прошли месяцы. Я едва продержался неделю.
— Я ему не доверяю, — прошипела Аракуэль, и маска, которую она носила с момента своего пленения, дала трещину.
— И я ей тоже. Но эта чёртова связь… — Бананд ударил кулаком себя в центр груди, и я понял, что он имеет в виду, без дальнейших объяснений. — Я не могу держаться подальше. И она тоже никогда не могла.
Она вырвала руку из его хватки и скрестила закованные запястья.
— Эти штуки тоже не особенно способствовали.
— Как и пребывание в клетке, — парировал он.
Жар между ними был обжигающим. Бананд слегка подался вперёд, словно хотел завладеть её губами и заставить её закрыть свои яростные, пылающие глаза.
— Что для этого потребуется? — Их разговор начинал разваливаться, а мне нужен был ответ, прежде чем он окончательно рассыплется.
Их внимание тут же обратилось ко мне. Но заговорила именно Аракуэль.
— Что вы имеете в виду? — спросила она.
Мои ноздри раздулись, когда я выдохнул.
— Что потребуется, чтобы вы трахнулись? — резко бросил я, чувствуя, как моё терпение истончается. — Чтобы ты позволила ему взять тебя, а ты взял её?
Бананд стиснул зубы. Аракуэль пронзила его взглядом, полным ненависти. Они заговорили одновременно, но я поднял руку, заставляя их замолчать.
— Ишим запросил встречу на завтра. Он хочет собственными глазами увидеть предателей, чтобы потом рассказать о них Корону и Короне. А может, даже вернуться в Сиви с несколькими из них.
Я позволил этой информации повиснуть в воздухе, словно лезвие палача. Истинная пара побледнела. Впервые враждебность Аракуэль исчезла, сменившись ничем неприкрытым ужасом.
— Если вы не сможете найти способ двигаться дальше, при котором Аракуэль сможет спокойно встать на сторону Демонов, она уйдёт вместе с ними.
Лицо Бананда стало тёмно-красным, и он бросился на меня. Но я был готов, потому что меня тоже вызывали на бой из-за моей истинной пары, и я перехватил его руку и заломил её за спину. Прижав его к своей груди, я посмотрел через его плечо на Аракуэль. Её лицо приобрело бледно-зелёный оттенок, словно её вот-вот должно было вырвать.
— Угрозами вы меня не убедите, что вы не животное, — сказала она, но её голос был слабым.
До меня донёсся едва различимый звон металла.
— Ты действительно в это веришь? — спросил я её.
Бананд зарычал и дёрнулся в моей хватке, поэтому я обхватил рукой его горло, перекрывая приток крови к мозгу.
Она смотрела, как он теряет сознание, и в её глазах застыл ужас. Я не собирался его убивать — всё это было испытанием для них двоих.
Испытанием, которое они оба сейчас проваливали.
Крик застрял у неё в горле, и она вцепилась в него так, словно это был сам воздух, отчаянно пытавшийся прорваться внутрь.
— Прекратите! Пожалуйста!
Она рванулась вперёд так, словно нечто священное вырывали у неё из груди. Бросилась к своей истинной паре, будто могла вырвать его у меня и унести в безопасное место.
Но против моей силы она ничего не могла сделать.
— Ответь на мой вопрос, — приказал я.
— Нет! Не верю! Разве я уже не дала вам достаточно информации? — выпалила она, и её грамматика на общем языке рассыпалась.
Я тут же ослабил хватку на Бананде, и он рухнул на руки и колени, жадно хватая воздух. Аракуэль сразу оказалась рядом, убирая волосы с его лица и проверяя его состояние с неожиданно нежной заботой.
Я присел на корточки, всё равно оставаясь крупнее их обоих.
— Так что потребуется? — Мой голос был низким, смертоносным, опасным. — Алкоголь? Вожделение? Угроза смерти? Вам нужно будет смотреть, как умирает другой, прежде чем вы признаете то, что уже произошло?
Бананд опустился на пятки и взял Аракуэль за руку. Он удерживал её взгляд так глубоко, что я почти почувствовал себя лишним в их сокровенном моменте. В каком-то смысле так и было, потому что именно я его вызвал, заставив их сделать выбор, вместо того чтобы ждать, пока они сами во всём разберутся.
— Вы уже истинная пара. Эта связь разбирает вас по кусочку. Разрывает ваш рассудок на части. И когда придёт следующая битва, вы сможете истекать кровью вместе или истекать кровью поодиночке.
Горло Бананда дёрнулось, словно он проглотил стекло.
— Это непросто. Я никогда не представлял себя в таком положении. Всё, что, как мне казалось, я знал, оказалось под вопросом. Но это происходит не просто так.
Аракуэль кивнула, поджимая губы, словно пыталась сдержать рыдание.
— Мой народ казнил бы меня уже за одну только эту связь. Меня назвали бы проклятой. Лечь с Демоном — величайший грех, — призналась она.
Она посмотрела на свою истинную пару так, словно он был загадкой, которую её Богиня требовала от неё разгадать.
— Я не знаю. Как мне отказаться от всего, чему меня учили всю жизнь, и выбрать тебя?
— Вместе. Вы будете двигаться вперёд вместе. — Я выпрямился во весь рост. — И двигаться вперёд вы будете под знаменем Демонов. Потому что мы не убьём тебя, Аракуэль. Не если вы с Банандом примите благословение своей связи. Твой народ предложил бы ему такую же милость?
Слеза перелилась через край и скатилась по её щеке, пока она качала головой.
— Но что будет потом? Если вы победите?
— Когда мы победим, у тебя будет дом на этом континенте. Веришь ты в это или нет, нашей целью никогда не было полное уничтожение, — сказал я ей.
Бананд кивнул в подтверждение.
— Если бы для нашего выживания нам пришлось истребить каждого Ангела, мы бы это сделали. Если бы мы могли отсечь голову змее, а все остальные подчинились бы, мы бы сделали и это. Ты можешь сделать второй вариант возможным.