Страница 43 из 80
Глава четырнадцатая
Сандра
Когда мы вошли в палату, Элой показывал иллюзии с видами на академию и аудитории и пояснял, что есть что. Но Мэтт его явно плохо понимал. Его взгляд часто терял фокус и начинал блуждать, а пальцы машинально гладили Барса, положившего голову на кровать. И, похоже, это доставляло ему больше удовольствия.
– Когда мы уже пойдем? – канючила Регина. – Мы же собирались погулять в городе.
– Ты можешь идти, – раздраженно буркнул Элой, не глядя на нее.
Я подошла ближе и положила ладонь ему на плечо.
– За один раз ты ничего не сделаешь, но мы можем приходить чаще. Я поговорила с лекарем о том, что Мэтт мог принять.
Элой повернул голову и уставился на меня с удивлением.
– Нам с тобой тоже надо поговорить, – добавила я.
– Ну нет, – возмутилась Регина. – Мы не для того столько ждали.
– Регги, – окликнула подругу Лиана.
– А я что, не права?
– Пойдем.
Голос Лианы прозвучал так спокойно и убедительно, что блондинка послушалась. Да и спорить все равно стало бессмысленно, потому что вернулась медсестра и потребовала, чтобы пациенту дали покой.
Уже в холле Элой попрощался с подругами и повел меня в сторону.
– И чем она его приворожила? – услышала я отдаленные возмущения Регины.
Лиана ей не ответила.
– Так что ты рассказала лекарю? – с нетерпением спросил Элой.
Я рассказала честно и про то, что генерал знает.
– Сандра-а… – разочарованно протянул парень.
– Он сам догадался. Но не это главное. Ты не должен больше этим заниматься, – последнее я сказала с нажимом.
Элой качнул своей светлой головой.
– Я не предвидел, что такое случится, – сказал он тихо. – Но…
– Но тебе нужны деньги? – закончила я за него.
Парень поднял голову, и мы встретились взглядами. Теперь он не очень-то походил на того Элоя, с кем мы познакомились в столовой. Выглядел не наглым и самоуверенным, а скорее печальным.
Произошедшее с Мэттом, похоже, задело его сильнее, чем казалось со стороны. И я почувствовала угрызения совести, что нападаю на него именно в такой момент.
– Зачем тебе деньги, Элой? – все же спросила я.
– А что, ты и это расскажешь своему драгоценному генералу? – огрызнулся парень.
– Тогда сам ему расскажи, – парировала я. – Если у тебя неприятности…
– Не у меня. – Элой сунул руки в карманы и пошел к выходу из госпиталя.
Я ринулась за ним.
– Может, я могу чем-то помочь?
– Скажи генералу, что я все понял и больше подобным заниматься не буду.
– Но, Элой…
– А остальное… Остальное – это мое дело.
Не дав мне возразить, он толкнул массивную дверь, и мы оказались на улице.
Регина с Лианой, как выяснилось, не ушли. Ждали они нас или извозчика, я так и не поняла. Но, увидев их, Элой тут же нацепил свою привычную маску улыбчивого ловеласа и предложил поехать-таки вместе в город.
Я, к радости девиц, отказалась. И, все еще думая над разговором с Элоем, вернулась с Рэном в академию.
В конце концов, каждый имел право на тайны. Я-то свои никому не выдавала.
Брайан
Следующие несколько недель выдались на удивление спокойными. Если не считать еще одного небольшого землетрясения, ничего особенного не происходило. Занятия шли по расписанию. Курсант О'Коннор постепенно поправлялся. И даже Сандра не искала приключений на свою… голову. Или, по крайней мере, так умело скрывала, что кураторы об этом не знали.
Дэниел объявил, что попечительский совет соберется первого декабря. А до того мне нужно было подготовить предложения по улучшению учебной программы, чтобы получить денег из казны. За последние годы приток средств от короны почти иссяк, и это порождало порочный круг. Академия все больше требовала ремонта, но чем хуже было ее состояние, тем менее популярной она становилась, и как следствие – получала еще меньше средств. Дэниел старался разорвать этот замкнутый круг, но здоровье его подводило, и на борьбу просто не оставалось сил. Потому, мне думалось, он и надеялся, что его преемник сможет возродить наше былое величие.
Я отдался работе со всем усердием. По утрам гонял и тренировал курсантов. Днем работал, посещал лекции и беседовал с преподавателями, а по вечерам занимался с Сандрой.
Первостепенным для нас было предотвратить случайные всплески дикой магии, вызванные сильными эмоциями. И в этом девчонке больше всего помог ее лис. Рэн смог стать своего рода посредником между стихией и желаниями Сандры.
Следующим логическим шагом было бы использование дикой магии уже осознанно. То, к чему стремился некромант Джексон, могла бы делать обычная девочка. Однако идти по этому пути было слишком рискованно. Стань об этом известно, и за голову Сандры назначили бы награду. Ей пришлось бы прятаться. И каким бы ни был исход, нормальная жизнь закончилась бы для нее навсегда.
И хотя девчонка обещала мне, что не будет взывать к дикой магии, я понимал, что вечно себя ограничивать тоже трудно. В человеческой природе есть как стремление к развитию, так и потребность в контроле. Сандре нужно было что-то, что могло заменить дикую магию и приносило бы не меньше удовлетворения. А заодно давало бы чувство безопасности.
Поэтому мы стали развивать ее дар к иллюзиям, стихийной и бытовой магии, а также тренироваться с оружием и без него. Я был обязан научить ее, как укладывать на лопатки любого, даже мужчину моей комплекции.
Сандра впитывала знания как губка. А там, где ей не удавалось схватить что-то на лету, она компенсировала упорством. Готова была повторять одно и то же упражнение бесчисленное множество раз. Пока не получится.
Я любовался ею.
Как она могла вечно отрабатывать какой-нибудь прием или заклинание, так и я мог бесконечно смотреть, как она это делает. Стреляла ли она из лука, швыряла огненные шары или бегала вокруг академии – я не мог оторвать глаз.
Раньше я ни с кем не занимался индивидуально. Мог быть урок или два, но не каждый день. С Сандрой же я ловил себя на том, что после тренировок утром, где она упражнялась с сокурсниками на плацу, я с нетерпением ждал вечера.
Старался нагрузить себя работой настолько, чтобы день пролетал незаметно.
Понимал ли я, что мой интерес был не только преподавательским? Конечно, понимал.
Но мне еще пока хватало выдержки никак это не показывать. Без необходимости я старался до девушки даже не дотрагиваться. Только если нужно было для упражнения. И в те мгновения она так мило краснела, что держаться становилось все сложнее.