Страница 41 из 80
– Это скользкая тема, которую не принято обсуждать вне круга хранителей, – начал генерал. – Но файры и скаарги не случайно появились в одно и то же время. Скаарги, как ты знаешь, получались из-за воздействия дикой магии на людей и животных. Так вот: среди животных была малая часть тех, кто не терял рассудка и не становился вечно голодным хищником, а преобразовывал дикую магию в более упорядоченную и менее опасную. Зартакс Стоун и первые хранители назвали их файрами. Они научились с ними соединяться и перенимать их магию. А потом стали их разводить. Так что мы привыкли, что файры в питомниках, а скаарги – в лесах. К слову, почти весь Туманный рубеж от них зачищен. Остались лишь редкие экземпляры. И, признаться, мы все решили, что твой Рэн именно такой.
Он терроризировал деревню, где вы с ребятами собирали фрукты. В несколько раз больше обычной лисы, еще и синего цвета, с двумя хвостами. Представь, что о нем подумали местные. И он не только воровал кур, как обычные лисы, но и нападал на коров и прочий скот. Насколько я знаю, никто из людей от него не пострадал, но такая опасность существовала. Мы отловили его с Крисом и Винсом и привезли в академию, чтобы изучать.
И до твоего появления я не сомневался, что это скаарг. Сейчас же я вижу, что Рэн – это дикий файр. Мы думали, их больше не существует. Однако у всякого правила есть исключения. Но что делает ваш случай еще более особенным – это ваша связь. Вам не нужен был ритуал соединения, чтобы начать чувствовать друг друга. Хватило одной встречи. И я полагаю, это потому, что ты можешь взаимодействовать с дикой магией напрямую и не сойти с ума.
Генерал сделал паузу и отпил из чашки.
– Получается, с точки зрения магии скаарги и файры – это одно и то же? – заключила я. – А разница в том, что одни безумны, а другие нет и могут соединяться с людьми?
– В каждом файре есть частица дикой магии. Ее он преобразует и отдает человеку. Это своего рода фильтр, или, как говорят артефакторы, – трансформатор. Однако до установления связи с человеком дикая магия еще не трансформирована, и именно ее ты ощутила во время ритуала. Что, конечно, говорит о твоих необычайных способностях. Вероятно, после воссоединения с Рэном они еще и возросли.
Я посмотрела на своего лиса, свернувшегося калачиком на диване. Такой расслабленный, словно кабинет генерала уже стал его домом.
– Да, Рэн может усиливать меня.
Я кратко пересказала, как попросила его помочь с Мэттом. И пока говорила, куратор кивал.
– Это подтверждает мою гипотезу. И, возможно, Рэн может не только усиливать тебя, но и ослаблять.
Я сдвинула брови.
– То есть?
– То есть не давать тебе пользоваться дикой магией случайно и необдуманно.
На последнем слове генерал одарил меня красноречивым взглядом, словно я только и делала, что совершала необдуманные поступки. Нет же! Ведь нет?
Я снова посмотрела на Рэна, но лис только качнул головой. И он был не на моей стороне.
– В ритуале О'Коннора не было ничего необычного, – продолжил генерал. – Да, к сожалению, он окончился плачевно. И я должен был перепроверить, все ли так у парня с резервом, и не полагаться лишь на артефакт. Судя по тому, что мне сказали вчера в госпитале, не исключено, что О'Коннор принял временные усилители или что-то вроде того. Пока они разбираются. И если окажется, что парень действительно накачал резерв искусственно, то это его вина и мое упущение как куратора. Но ты, Сандра, во всех случаях ни при чем. Понимаешь?
Он замолчал и посмотрел мне в глаза. Внимательно, словно мой ответ был для него действительно важен.
А я не знала, что сказать. Я испытывала одновременно облегчение и странное замешательство. Почему-то думала не о нашем с Рэном «более особенном случае», а о том, что мы с генералом были сейчас одни. Вдвоем в его кабинете в выходной день.
Этот суровый и строгий человек проявил ко мне столько участия, сколько я не видела за всю жизнь ни от приемных родителей, ни в пансионе. И если я начну от него что-то скрывать, то подведу его. И больше не буду достойна такого доверия.
– Я, кажется, знаю, что Мэтт принял, – выговорила я.
Генерал заметно напрягся.
– Но боюсь, если расскажу, то его отчислят.
– Это все равно может вскрыться, – возразил куратор. – Но сегодня мы можем помочь его лечению. Чтобы выбрать противоядие, нужно знать, какой был принят яд.
Логично.
Я снова глубоко вдохнула, а потом рассказала, как мы с Мэттом заработали кристаллы в деревне.
– С вами был кто-то третий, – качнул головой генерал. – Сами вы до такого бы не додумались.
И посмотрел так пристально, что я поежилась.
– Я не могу сказать кто.
– Элой Робинс, – догадался куратор и усмехнулся. – Конечно, он.
Я постаралась не подать виду, но, наверное, на моем лице все было и так написано.
– Сандра, ты понимаешь, что продажа усиливающих кристаллов сродни продаже запрещенных веществ? Да, они разрешены законом, но категорически воспрещены уставом академии. Потому что приносят много вреда даже не сегодня, а с течением времени. Про О'Коннора сейчас даже не говорю. Мы не просто так устраиваем вам испытания. Не из вредности и желания сделать вашу жизнь труднее. Вы должны быть готовы к выходу во внешний мир. – Он показал большим пальцем куда-то себе за спину. – Плохо подготовленный маг – это угроза не только для него самого, но и для людей вокруг. Ему доверятся, а он подведет.
Я тяжело вздохнула.
– Я понимаю, куратор. Но Элой… Элой – мой друг. Не знаю, зачем ему нужны деньги, но должна быть веская причина. Иначе он бы не стал.
В кабинете повисло тяжелое молчание. Генерал как будто обдумывал мои слова, и я торопливо добавила:
– Мы сегодня же поедем навестить Мэтта в госпитале и покажем лекарям кристаллы. У меня они есть.
– У тебя? – переспросил куратор с нескрываемым удивлением.
– Я ими не пользовалась. И пока будем ехать, я сама поговорю с Элоем. Прошу вас, не наказывайте его. Не хочу, чтобы он думал, что я его предала…
Генерал смерил меня взглядом и как-то обреченно вздохнул.
– Хорошо. Если Робинс обещает, что больше не станет этим заниматься, то я дам ему еще один шанс.
– Правда? – Я подскочила с дивана.
Куратор улыбнулся.
– Тогда я сейчас же поеду! – Я ринулась было к двери, затем вернулась, чтобы поставить чашку. – Еще раз спасибо!
И уже в дверях услышала тихое:
– Как будто я могу тебе отказать…
Это он обо мне? Ну вряд ли.
* * *