Страница 39 из 80
Я есть не хотела совсем. Ограничилась лишь сладким чаем, а мясо взяла только для лиса. Рэн жадно с ним расправлялся, пока я пыталась собрать мысли в кучу.
Хотя Элой сказал про кристаллы, меня не покидало чувство, что я причастна к произошедшему. Возможно, не будь меня рядом, у Мэтта бы просто ничего не вышло. Теперь же он лежал без сознания, и, кто знает, выживет ли он даже после отправки в госпиталь.
Попрощавшись с Элоем, я поняла, что не хочу возвращаться в общежитие. Солнце село, но до отбоя было еще немного времени. Я понимала, что не смогу сосредоточиться на уроках и тем более не засну. А потому побрела на полигон. Хоть из лука постреляю, не то чтобы это имело какое-то значение. Сейчас мне все казалось пустым и бесполезным.
Когда же я дошла до поля с мишенями, то поняла, что в растрепанных чувствах была не я одна.
Генерал Ортега в одной рубашке, облепившей мускулистую фигуру, сражался на мечах с тем, что было похоже на призрак. Бледная полупрозрачная фигура, вооруженная двумя мечами, крутилась и наносила удары почти со скоростью смерча. Но генерал умудрялся их отбивать.
Один за другим. Один за другим.
Занятый, меня он не замечал. И я присела на скамейку у кромки поля и просто на него смотрела. Как там говорят? Можно бесконечно смотреть, как горит огонь, зажигаются звезды и двигается красивый мужчина?
Ох.
От этих мыслей стало совсем стыдно. Не о том сейчас надо думать. Мало ли кто красивый. Я чуть не погубила человека.
– Отбой через десять минут, – услышала я над головой.
Подняв глаза, поняла, что так глубоко ушла в мысли, что не заметила, как генерал меня увидел. Остановил тренировку и подошел ближе.
– Сейчас ты уже ничего не можешь сделать, – печально проговорил он и сел рядом. От его тела исходило приятное тепло.
Я вздохнула.
– Понимаете, куратор, я ее почувствовала. Что, если это я погубила Мэтта?
Я посмотрела в его синие глаза, в полумраке казавшиеся черными. Так хотелось, чтобы он меня успокоил. Но я сама не знала, что хотела услышать. Как тут успокоишь, если Мэтт при смерти? Никакие слова этого не изменят.
– Что именно ты почувствовала? – уточнил генерал.
– Дикую магию. Она исходила от барсука. Это ведь ненормально, правда? Из-за того, что я была рядом…
– Нет, – перебил меня куратор. – Я уже сказал, что дело не в тебе.
– Но как же…
– Тебе нужно возвращаться в общежитие, – строго проговорил он. – Завтра после занятий приходи в триста третью аудиторию. Она пока пустует. Там и поговорим.
Он легонько коснулся моей руки и встал.
А я поймала себя на том, что не хочу уходить. Не хочу ждать до завтра. Хочу остаться с ним, пойти куда угодно, но поговорить сейчас.
Помаявшись, глянула на часы на башне. До закрытия дверей осталось всего две минуты. Подскочив, я побежала. Хорошо, что успела, а то опять пришлось бы стучаться. А там, глядишь, оставили бы на улице.
Влетев в комнату, я отдышалась и плюхнулась на кровать.
Рэн уселся передо мной и, склонив голову набок, уставился своими умными глазищами. Он молчал, но я чувствовала, что ему хотелось как-то меня поддержать.
– Слушай… – Мне пришла в голову новая мысль. – А ведь если я могла повлиять на девиц, чтобы они получили своей же монетой, то, может, я могу вылечить Мэтта? Ну, если очень-очень этого захочу…
Я встала и, подойдя к подоконнику, коснулась загадочного цветка. Взяла один из бутонов в ладони и, закрыв глаза, представила, как Мэтту становится лучше.
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.
В прошлые разы, когда случалась магия, я ничего особенного не чувствовала. Так что понять, сработало или нет, сразу не могла. Но сейчас мне показалось, что одного цветка мало. Как сказали бы на магофизике, у него просто недостаточно мощности.
Речь шла не о простом заклинании грязи или вони. Нужно было исцелить человека от дикой магии и пострадавшего.
Отпустив цветок, я повернулась к Рэну.
– Что же мне делать?
Лис издал почти человеческий вздох.
– Ты можешь мне помочь, верно? – догадалась я. – Ты, как и файры, можешь усиливать магию. Только не обычную, а дикую. Так ведь?
Лис подошел ближе и лизнул мою ладонь.
– Но ты почему-то не хочешь, – поняла я. – Пойми, Мэтт – мой друг. Его нельзя оставлять.
Рэн низко зарычал и слегка прикусил мне палец. Не до крови, но ощутимо.
– Ай, ты чего? – воскликнула я и посмотрела вопросительно.
А потом вдруг поняла.
– Ты хочешь сказать, что мне будет больно?
Лис кивнул.
Хм. Если подумать, это логично. Прошлые разы со мной случалась несправедливость, которую магия исправляла. Сначала я стирала форму, проветривала комнату и убирала аудиторию, и только потом магия за меня мстила и мне помогала. Она словно восстанавливала равновесие.
Сейчас же все получалось наоборот. Я просила магию вмешаться. То есть равновесие нарушить. И логично, что, качнувшись в одну сторону, весы захотят выровняться обратно. А значит… Значит, мне придется пострадать.
Похоже, именно это Рэн и пытался до меня донести. И поэтому же не хотел усиливать магию.
– А что, если мы поможем Мэтту совсем чуть-чуть? Чтобы его состояние стабилизировалось.
Лис все еще колебался, и пришлось смотреть на него долго и жалобно.
Наконец, почувствовав, что зверь на моей стороне, я вернулась к цветку и снова попросила помощи.
В первую минуту показалось, что ничего не происходит. Но затем я ощутила слабость. Колени задрожали и подогнулись.
С трудом добравшись до кровати, я рухнула на одеяло. И перед глазами потемнело.