Страница 86 из 100
Глава 44. Торт
Мои пекари были и рады заказу к балу, и слегка напуганы, потому что им-то я раскрыла все тонкости предстоящего дела.
Работа была огромной, но их пугал не масштаб тортов. Их пугала сложность, которую я им описала. Они никогда не работали со скульптурами из леденцов и с зеркальной глазурью.
— Что за штука такая — желатин? — поскреб в голове один из пекарей, тот, что обычно возился с хлебом. — И для чего он нужен?
— Делать желе, разумеется, — ответила я. — Легкий сладкий десерт для дам.
— Ничего подобного не видел, — твердо ответил мне пекарь.
А тот, что самый младший, вдруг оживился.
— Погодите, — вскричал он возбужденно, — желатин? Не тот ли это желтый чудо-порошок, что набухает в воде?
Я кивнула.
— Он самый.
— Так это же лекарство! — воскликнул изумленный пекарь. — Его в любой аптеке можно купить!
Я чуть прищурилась иронично.
— Лекарство из вываренных ушей, шкур и хвостов свиней, коров и ослов? И от какой хвори вам его продавали?
— От жара и колик, — глухо ответил тот, мгновенно став колючим, холодным. Понятно, что ему не хотелось выглядеть в моих глазах обманутым темным невежей.
— У вас ребенок болеет? — спросила я отчего-то, осененная страшной догадкой. Пекарь поник — похоже, моя догадка оказалась правильной. — Поэтому вы так отчаянно пришли сюда, ко мне? Поэтому выбрали печь пончики — знали, что они востребованы у моих клиентов? Чтоб я выбрала вас наверняка? Иначе вы бы?..
Пекарь поник, опустил голову.
— Да, — просто ответил он. — Иначе надежды нет совсем. Уже вторую неделю невинное дитя страдает, и помочь ему никто не может. Нужен хороший врач, а то те, кого я могу пригласить, сведут сына в могилу. А ему и года нет. Порошок, что нам прописал последний из приглашённых, я так понимаю, тоже бесполезен…
— И вы молчали? — с укором произнесла я. — Я сама мать. Разве не помогла б я вам?
Тот безразлично пожал плечами. Действительно, откуда он мог знать, что нанявшая его женщина будет к нему добра?
Повисла тревожная, тяжелая тишина. Пекари мялись, отводили глаза, чтоб не встретиться взглядом с несчастным отчаявшимся отцом.
Я же велела служанке принести бутылочку с питьем для моих детей. Капнула туда каплю драконьей магии и протянула пекарю.
— Немедля, — велела я ему тихим, но твердым голосом. — Сию минуту идите домой, к сыну. Магия поможет ему продержаться подольше. Может, даже излечит, как знать. Если нет... Вот вам серебряный — наймите хорошего врача. А потом пойдете в аптеку и купите весь желатин, что у них найдется, и бутылочки с глюкозным сиропом, что дают ослабевшим больным. Его нам понадобится очень много! И постарайтесь это сделать сегодня. Мне хотелось бы показать вам как можно скорее, как готовится зеркальная глазурь.
Пекарь просиял. Руки его, принимающие деньги и магию, затряслись, а из глаз крупными светлыми каплями брызнули слезы.
— Я мигом! Обернусь — вы и глазом моргнуть не успеете! — воскликнул он. И выскочил из кухни быстрее, чем я смогла сказать ему еще пару напутственных слов.
— Что, ж, — заметила я, когда двери за ним с грохотом захлопнулись. — Значит, сегодня его работу исполните вы, — я кивнула пекарю, который занимался обычно десертами. — И я вам помогу.
Если честно, то у меня не было даже тени надежды, что посланный за желатином пекарь явится сегодня. Да и вообще когда-нибудь. По меркам этого человека я дала ему огромные деньги просто так. Потеряться с ними в городе и прожит какое-то время безбедно и не работая — думаю, так сделал бы каждый второй.
Но не этот человек.
Он вернулся действительно очень скоро. Наверное, часа через четыре, когда мы уже поставили хлеб в печь и занялись изготовлением сахарных кристаллов для украшения пончиков.
На лице его сияла улыбка, хоть глаза были заплаканы, а сумка полна пакетов из грубой серой бумаги, наполненных желатином, и запечатанными бутылками с сиропом.
— Вы представляете, — выкладывая желатин на кухонный стол, радостно говорил он, и речь его остановить не было ни единой возможности. — Ему стало лучше! Настолько лучше, что он впервые за две недели поел и даже засмеялся! И поиграл, и заснул, не мучаясь от боли!
— Очень рада это слышать, — ответила ему я. — А врача вы позвали?
— Самого лучшего! — с жаром закивал пекарь. — Он совсем другие лекарства выписал! И жар как рукой сняло!
— Ну, лишь бы помогло, — с облегчением заметила я. — А теперь давайте займемся глазурью. Очень хорошо, что вы поспели с желатином так кстати, и мы еще не успели порезать все бисквиты на мелкие части. Несколько бисквитов для пирожных мы превратим в зеркальные торты.
Счастливый папаша радостно кивнул. Наверное, сейчас он готов был согласиться на все, и варить непонятную ему глазурь взялся безбоязненно.
А я занялась приготовлением бисквитом.
Прежде всего я велела своему помощнику сформировать из одного огромного бисквита несколько среднего размера тортов и как следует пропитать их кремом. Затем тем же масляным кремом при помощи огромного ножа каждый торт был превращен в идеальный ровный квадрат, после чего отправлен застывать в холодный подпол.
— При работе с этой глазурью требуется аккуратность, точность и четкое выполнение инструкций, — сказала я, вскрывая пакет с желатином. — Тут мало одного мастерства. Нужно четко отвешивать нужное количество ингредиентов.
На кухне отыскались старые, но вполне приличные весы с гирьками, и я отмерила первые десять грамм желатина, чтоб замочить его водой для глазури.
Торт, что я задумала испечь для Фейергара, должен был быть в алых и черных тонах. Поэтому эксперименты надо было ставить именно с этими цветами, чтобы в решающий момент достичь идеального результата.
Так что я позаимствовала у хлебопекаря его невероятных красителей — разумеется, за дополнительную плату. Но он, наверное, и бесплатно их отдал бы, так любопытно ему было увидеть результат.
На этих весах я аккуратно взвесила все ингредиенты, даже воду.
Сироп, желатин, вода, шоколад, вываренное молоко с сахаром — все это нужно было для глазури.
Сироп с водой и сахаром были поставлены на медленный огонь, и я помешивала их до тех пор, пока они не начали закипать. Тогда по моему знаку пекарь-папаша осторожно влил в варево молоко, добавил разбухший в воде желатин. И только после уваривания в котелок отправился измельченный белый шоколад для эластичности.
Мастика загустела, пожалуй, чуточку больше, чем было необходимо. Но ничего; мастерство приходит с практикой!