Преданная жена генерала Драконов

Даже пришлось Жанну отправлять каждое утро с тележкой к мельнику, за мешками с мукой и к молочнику за маслом, сливками и молоком. Не нанимать же для этого лошадь, в самом деле, если у меня под рукой всегда две хорошие и бодрые кобылки.

Денег я ей не давала. Сама относила в конце дня из выручки. Так надежнее.

Слухи о том, что я — жена генерала Драконов быстро распространились по городу. И то, что свою магию я трачу на выпечку — тоже. Так что желающих отведать моих пончиков становилось все больше.

Никогда ранее дорогую магию не тратили на создание глазури и леденцов в виде драгоценных камней. Такие, как я — богатые, знатные, — обычно ничего не создавали вообще.

На что я тратила свою магию раньше?

Желала быть хорошей женой, достойной Дракона?

Я была ею.

Я не изменяла, не флиртовала, не давала повода усомниться в себе. Была кротка, добродетельна и любила мужа. Но и только.

А теперь моя магия шла не на эти глупости. Право же, для всего этого магии было совсем не нужно!

Я прилагала все свои усилия, чтобы реализовать талант пекаря. И в городе поговаривали, что моя выпечка волшебная. Кто знает, может, она помогает исцеляться? Может, магия, заключенная в кристаллах сахара, похожих на алмазы и рубины, может сделать кого-то красивее, удачливее, здоровее?

Заказы сыпались на меня дождем. Как на сладости, так и на обычный хлеб.

И я стояла у печи целыми днями, работая, наверное, больше, чем Хильда и Жанна.

Вопрос с заработком был решен. Но пара моментов не давали мне покоя.

Первое — Гарольд.

После суда он как-то незаметно отошел от меня, и больше не появлялся, деликатно не тревожа, не навязывая свое общество.

А я страдала по этому поводу!

Гарольд был прекрасным человеком, и другом самым лучшим. Такого человека просто нельзя было отодвинуть в сторону просто так, без слов благодарности или хотя б без теплого «прощай!». Он не заслуживал такого отношения. Ему я была многим обязана, и его должна была благодарить вечно.

Поэтому однажды, набравшись духа, я напекла круассанов и, сложив их в корзинку, вечером отправилась с этим даром к его дому.

Теперь-то слуги не посмели держать меня у дверей.

Они с почтительными поклонами проводили меня до кабинета своего господина, и Гарольд встретил меня на пороге.

— Ах, — произнес он голосом, полным муки, — ну, зачем же вы пришли?..

— Я не хотела быть в ваших глазах неблагодарной, — тихо ответила я. — Я хотела бы выразить вам свою глубокую признательность, и сказать — я не хочу, чтоб вы исчезали из моей жизни… вот так. Ни слова не сказав.

Гарольд мял в руках ручку моей корзинки, и не смел глаз поднять.

— Вы ведь пошли свидетельствовать за меня, — смелее произнесла я, — зная, что судья обязательно призовет моего мужа. И все равно защитили меня.

Гарольд поднял на меня страдающий взгляд.

— Я не мог иначе, — ответил он. — Вы такая хрупкая… хоть и сильная. А без денег этих бессовестных женщин вы не смогли бы выжить. Дети ваши погибли б. Я не мог этого допустить. И пусть лучше вы будете жить с мужем, чем не выживете вовсе!

Я улыбнулась и лишь пожала его руку.

— Я хотела бы встретить вас прежде моего мужа, — совершенно искренне произнесла я. Гарольд покраснел.

— Знатная аристократка и простой управляющий в богатом доме, — глухо произнес он. — У нас не было бы шанса даже обмолвиться парой слов. А так… я благодарен провидению за то, что встретил вас. Что узнал вас. Что мог говорить с вами, жить рядом, и видеть, какая я вы целеустремлённая и умная. Я рад, что был с вами это небольшое время. Но теперь, верно, настал черед каждому идти своей дорогой. По одиночке.

Его слова рвали мне душу.

Хотелось кричать — нет, не говори так!

Но умом я понимала, что Гарольд прав. Дракон — не тот господин, с чьей женой можно безнаказанно развлекаться и порочить его имя. Да и магия… Попробуй я подарить ему хотя б поцелуй, и мои губы почернеют от магии. Или еще какая метка б появилась на моем теле. Магия дала бы понять Фейергару, что я ему была неверна. А он уж нашел бы способ наказать меня. В конце концов, я же долго хотела быть хорошей женой, так?

— Мои двери всегда открыты для вас, — твердо уверила я его. — Всегда. Где бы и с кем бы я ни была. Вы можете приходить ко мне, как старый добрый друг…

Я запнулась, и тут же озвучила то, что терзало меня наравне с отношением с Гарольдом:

— И, вероятно, не только как друг. Я не знаю, как сложатся мои отношения с моим мужем теперь. Когда он явится, я не знаю, что я скажу ему, и что он скажет мне. Нужна ли я ему? Не знаю.

— Не девайте мне напрасных надежд! — взмолился Гарольд. — Не нужно! Я слышал, что говорил вам судья. О кольце. Когда Дракон дает такую защиту — это не похоже, что он готов отказаться от женщины. Он заберет вас. И снова сделает своею.

Вот тут Гарольд высказал то, чего я боялась…

***

Новинка! СЛР!

Про суровую реальность 90-х, Мишу Молотка и маленкую балеринку, которую он умудрился спасти.

https:// /shrt/QwNS

— Ты не тронешь ее! — дрожащим голосом произнес он. — Ты ее не трахнешь! Не посмеешь!

— Ага, как же, — хмыкнул Миша. — Подожду прям десять лет.

— У меня к ней серьезно, слышишь, ты! Я люблю ее! Чувства у меня к ней, понял? — завизжал Марек.

Я некультурно заржал.

— Так любишь, что выставил на торги? Если б Азатыч бабки не зажал, сегодня б твою любовь надули через курай в жопу, как лягушку. Мне-то про любовь не пизди. Ромео, епта…

— Я в первые в жизни втрескался!.. Серьезно!..

— Серьезно у тебя с Вероникой в ЗАГСе было, — перебил его я.

— Да кем ты себя возомнил! — заверещал Марек, снова сорвавшись на визг.

— Мужиком, блядь, — ответил грубый я и нырнул в машину, за руль.