Спецзадание "Выйти замуж"

Глава 44. Возвращение на Циали

Планета Циали, бьющееся сердце Империи, медленно вырастала на панорамных обзорных экранах дредноута. Огромный шар цвета жженой охры и темного базальта, окутанный редкими белесыми облаками, купался в лучах двойной звезды.

Я стояла у иллюминатора, заложив руки за спину. Моя спина была идеально прямой, а внутри, вместо привычной тревоги перед неизвестностью, царило абсолютное спокойствие. Зверь внутри меня больше не метался в клетке, он грациозно сидел, ожидая момента, чтобы заявить о своих правах на эту территорию.

Столица империи, носящая то же гордое имя, что и сама планета, ждала нас. Циали. Город исполинских черных шпилей, золота и древних традиций, не прощающий слабости.

— Они уже собрались, — раздался за спиной низкий голос Дана.

Я обернулась. Владыка Одиннадцати миров был облачен в парадные доспехи: матовый черный сплав, украшенный тончайшей вязью сиамских рун, и тяжелый плащ цвета запекшейся крови. Он выглядел как оживший бог войны, но когда его взгляд остановился на мне, в льдистых глазах вспыхнул пожар первобытного восхищения.

Для этого визита я отказалась от строгих костюмов Альянса. Служанки Дана, трепеща от страха и почтения, помогли мне облачиться в наряд, достойный моего нового статуса. Облегающее платье из плотной, темной ткани, напоминающей жидкий металл, оставляло открытыми плечи, но закрывало горло. На талии сверкал широкий пояс из сиамского золота, а волосы были заплетены в сложную косу, традиционную прическу воительниц, которую я видела на голограммах.

Я больше не была майором Новой. Я была Энигмой.

Дан подошел вплотную, его закованная в броню рука бережно скользнула по моей талии.

— Совет лордов ждет в Большом Зале, — произнес он, глядя мне прямо в глаза. — Радикалы, старая гвардия, те, кто презирал моего предшественника за его одержимость поисками, они думают, что я созвал их, чтобы объявить о войне с Альянсом или о том, что беру тебя в наложницы.

— Они сильно разочаруются, — я усмехнулась, и в этой усмешке скользнуло нечто хищное, истинно сиамское. Я коснулась гладкого, холодного металла его нагрудника. — Готов переписать историю своего мира, Владыка?

— Я ждал этого триста лет, моя Королева, — прорычал он, предлагая мне руку.

***

Посадочная платформа столицы Циали встретила нас оглушительным ревом труб и лязгом оружия. Тысячная гвардия Владыки единым слаженным движением опустилась на одно колено, склоняя головы, когда трап «Ярости Предков» коснулся земли.

Горячий, плотный воздух планеты ударил в лицо, принося запахи пряностей, раскаленного камня и чего-то родного. Мои легкие жадно втянули его. Дом.

Мы шли по широкой базальтовой аллее к дверям Зала Советов. Дан не шел впереди, как того требовал протокол по отношению к женщинам-инопланетянкам. Он вел меня рядом с собой, рука об руку, демонстрируя гвардии и лордам статус равной.

Массивные створки Зала, отлитые из цельного куска сиамия, с глухим гулом разъехались в стороны.

Внутри, в полумраке, освещаемом лишь жаровнями с синим пламенем, стояли тридцать высших лордов Сиама. Высокие, покрытые шрамами воины с пепельными косами. Элита расы. Правители секторов, чье слово было законом для миллиардов.

Когда мы вошли, повисла мертвая, звенящая тишина. Лорды почтительно склонили головы перед Даном, но их взгляды, острые, как бритвы, скрестились на мне. Я чувствовала их недоумение, перерастающее в скрытый гнев. Почему Владыка привел человеческую женщину в святая святых? Почему она идет с ним вровень?

Дан прошел к возвышению, на котором стоял массивный трон из черного камня. Но он не сел. Он развернулся лицом к Совету, оставив меня по правую руку от себя.

Вперед шагнул лорд Тарис — седой, покрытый ритуальными ожогами старец, глава радикального крыла.

— Владыка, — его голос был подобен скрежету камня о камень. — Мы явились по твоему зову. Но Зал Советов Циали не место для чужаков. Твоя… Пленница должна подождать за дверями.

Дан даже не повысил голоса, но от его тона пламя в жаровнях дернулось и припало к углям.

— Осторожнее со словами, Тарис. Перед тобой стоит не пленница. И не чужачка.

Владыка достал из-за пояса кристалл данных, тот самый, что хранил мой отец на Земле, и вставил его в паз на подлокотнике трона. В центре Зала вспыхнула масштабная голограмма. Мертвый космос. Ледяная корка. И искореженный, но узнаваемый силуэт крейсера.

Лорды синхронно ахнули. Оружие звякнуло в ножнах.

— «Доблесть Сиама», — прошептал кто-то в толпе.

— Флагман моего предшественника, — громко, чеканя каждое слово, произнес Дан. — Корабль, который вы считали пропавшим в экспедиции. Я нашел его логи. Он был уничтожен изнутри предателями, трусами, которые испугались того, что Лорд нашел ответ на наше проклятие.

По Залу прокатился ропот. Тарис побледнел.

Проекция сменилась, показывая внутренности медицинского отсека. Криокапсулу и два замерзших тела, защищавших ее ценой своих жизней. Высокого сиама и человеческую женщину.

— Прошлый Лорд не просто нашел решение, — голос Дана вибрировал, заполняя каждый уголок зала. — Он и его пара, земная женщина-генетик, смогли обмануть вирус. Их любовь и слияние кровей создали невозможное. В этой капсуле была не пробирка. Там был ребенок. Единственная за триста лет девочка, рожденная от семени сиама.

Дан выдержал паузу, позволяя шоку проникнуть в их заскорузлые умы, а затем повернулся ко мне и протянул руку. Я вложила свою ладонь в его пальцы и сделала шаг вперед.

— Совет лордов Циали, — прогремел Владыка, и в его голосе звучал абсолютный, сокрушительный триумф. — Приклоните колени. Перед вами Клеопатра Энигма Нова. Истинная дочь прошлого Лорда. Законная наследница нашей Империи и моя единственная королева.

Тишина, рухнувшая на зал, была звенящей. Лорды в оцепенении переводили взгляды с голограммы мертвого Лорда на меня. В моих глазах, в моей гордой осанке, в той невидимой ауре хищника, которую я больше не сдерживала, они узнавали кровь своего повелителя.

Моя животная суть взревела, выплескиваясь наружу мощной волной феромонов доминирования, подавляя волю каждого, кто смел во мне усомниться.

Лорд Тарис, чьи колени задрожали, первым не выдержал этого давления. Старый радикал медленно, словно во сне, опустился на каменный пол и склонил свою седую голову. За ним последовал второй лорд. Затем третий.