Страница 81 из 102
А затем шок отступил, и на его место хлынула чистая, ослепляющая ярость. Рациональный офицер и дикая хищница внутри меня слились в едином порыве гнева. Я резко оттолкнула его от себя, не обращая внимания на вспышку боли в сломанном ребре. Халидан не ожидал удара и отшатнулся.
— Твою кровь?! — мой голос сорвался на крик, эхом ударившись о каменные стены. — Ты в своем уме?! Ты подверг смертельной опасности целое государство! Миллионы жизней в колониях задыхались без поставок! Альянс готовился к кровопролитной войне, которая уничтожила бы целые сектора! И всё это... Из-за твоей личной прихоти!
Я попыталась встать, но ноги подогнулись. Я оперлась здоровой рукой о холодный камень, тяжело дыша, и впилась в него ненавидящим взглядом.
— Ты создал этот чудовищный, искусственный кризис, шантажировал генералов и всерьез думал, что я узнаю об этом и покорно сдамся? Что я прощу тебе такую манипуляцию, потому что ты, видите ли, обратил на меня внимание?!
Халидан медленно поднялся, возвышаясь надо мной. Его лицо окаменело.
— Для меня жизни твоих колонистов — ничто, Клеопатра, — его голос был холодным и твердым, как базальт. — Они пыль под сапогами моей гвардии. Есть только Сиам. И есть ты. Моя пара. Если бы потребовалось сжечь твой Альянс дотла, чтобы выкурить тебя оттуда, я бы отдал приказ не задумываясь.
— Да пошел ты к черту со своей парой! — закричала я, чувствуя, как по щекам текут злые слезы бессилия. — Ты забрал у меня всё! Мою службу! Мой долг! Дело всей моей жизни, ради которого я ломала себя годами! Ты вырвал меня из моего мира и решил запереть в своей золотой клетке, даже не потрудившись спросить, чего хочу я! Я не твоя вещь, Халидан! Я живой человек!
Я схватила горсть мелкой каменной крошки с пола и швырнула в него. Камешки бессильно отскочили от его брони.
— То, что между нами... Это не любовь. Это какая-то нездоровая, больная связь! — я задыхалась от собственных слов и от того, как отчаянно моя вторая суть протестовала против них. — Это зависимость двух зверей! Мы разрушаем всё вокруг себя! Нам нельзя быть вместе. Лучше бы мы убили друг друга еще в том Колизее! Лучше бы нам держаться подальше друг от друга, Владыка.
Халидан сделал молниеносный шаг вперед. В тусклом оранжевом свете химического фонаря его глаза потемнели, превратившись в две черные дыры. Он не стал со мной спорить.
— Держаться подальше? — прорычал он. — Поздно, Клео. Твоя кровь уже отравлена мной, как моя тобой. Ты называешь это больной связью? Пусть так. Но это единственное, что имеет значение. Твоя служба — это иллюзия, в которую ты играешь, чтобы не признавать свою истинную природу.
Слова обвинений еще звенели под сводами холодной каменной пещеры, смешиваясь с раскатами грома снаружи. Я тяжело дышала, глядя в его глаза. В них больше не было льда. В них полыхал синий первобытный пожар.
— Ты ненавидишь меня, Клеопатра, — его голос был низким, вибрирующим рыком, от которого завибрировали камни под ногами. — Но твое тело предает тебя с каждой секундой. Твой запах сводит меня с ума.
Я хотела отступить, но уперлась спиной в холодную, влажную скалу. Моя животная суть, освобожденная от контроля отключившегося нейроинтерфейса, заскулила от предвкушения, признавая своего альфу.
Он подошел вплотную. Его огромные, обжигающе горячие ладони легли на мою талию, сминая плотную ткань изодранного тактического комбинезона. Я судорожно выдохнула, когда он наклонился, утыкаясь носом в изгиб моей шеи. Он с шумом, жадно втянул мой запах, и по моему телу ударил электрический разряд такой силы, что у меня подкосились ноги.
— Дан... — попыталась я возмутиться, но звук вышел жалким, хриплым стоном.
— Не лги себе, воительница, — прошептал он прямо мне в губы. Его рука скользнула вверх, грубо, одним рывком распарывая застежку моего комбенизона до самого живота. Затрещала ткань.
Холодный воздух пещеры коснулся моей влажной от пота груди, но в следующее мгновение меня накрыло его жаром. Дан впился в мои губы поцелуем, жестким, собственническим, не терпящим сопротивления. Он целовал меня так, словно хотел сожрать, выпить до дна, подчинить каждую клетку моего тела. Мои губы горели под его напором, зубы стукнулись о зубы, и я почувствовала солоноватый привкус крови.
Мои руки, которые секунду назад хотели оттолкнуть его, сами вцепились в его широкие плечи. Мои ногти впились в его кожу, оставляя царапины, но Владыка лишь утробно зарычал в мой рот от этого проявления дикости.
Он подхватил меня под бедра, легко отрывая от земли, и прижал спиной к стене. Я инстинктивно обхватила его торс ногами, открываясь ему навстречу. Сломанное ребро пульсировало глухой болью, но она тонула, растворялась в цунами пульсирующего желания.
Дан оторвался от моих губ, тяжело и хрипло дыша. Его глаза были черными от возбуждения. Его пальцы скользнули под ткань моего белья, безжалостно избавляясь от преграды. Когда он коснулся моей влажной, пульсирующей плоти, я вскрикнула, выгибаясь дугой.
Он не стал растягивать прелюдию. Здесь, в грязной мокрой пещере, под рев грозы, нам не нужна была нежность. Нам нужно было слияние.
Дан вошел в меня одним мощным, глубоким толчком, заполняя до краев. Мы оба издали синхронный, сдавленный рык. Меня словно прошило насквозь от вторжения. Это было больно, грубо, но настолько ошеломляюще правильно, что мой внутренний зверь замурлыкал, признавая связь.
— Моя, — прорычал Халидан, начиная двигаться. Его бедра с глухим, ритмичным стуком ударялись о мои. Каждый его толчок вбивал меня в скалу, каждый дюйм его раскаленной плоти внутри меня заставлял кровь вскипать. — Только моя.
— Мой... — выдохнула я, теряя последние остатки человеческого разума.
Я впивалась пальцами в его светлые волосы, кусала его плечи, отвечая на его ярость своей собственной животной страстью. Он задал бешеный, рваный ритм. Его ладони жестко фиксировали мои бедра, не давая ни единого шанса на отступление. Жар его тела согревал меня в холодной пещере, его запах сандала и мужского тела стал для меня единственным кислородом.
Напряжение скручивалось внизу живота тугой, раскаленной спиралью. Дан знал, что делает. Его грубые, сильные пальцы нашли ту самую точку, где пульсировали все нервные окончания, и он безжалостно нажал на нее, одновременно ускоряя ритм толчков.
Мой мир разорвался на части. Я закричала, не сдерживаясь, когда волна сокрушительного оргазма ударила по нервам, затапливая сознание белым светом. Мое тело судорожно сжималось вокруг него, вытягивая из Владыки последние крохи контроля.