Спецзадание "Выйти замуж"

Глава 35. Эпицентр бури

— Ты вернешься со мной. И мы продолжим наш разговор о предательстве, — эхом отразилось от скал.

Я хотела ответить, выплюнуть ему в лицо, что скорее сдохну в этой грязи, чем снова стану его пленницей, но Тартар-4 решил вмешаться в нашу милую семейную сцену.

Небо над ущельем, до этого затянутое серой дымкой, внезапно раскололо пополам молнией. Раздался оглушительный треск, от которого заложило уши. Воздух мгновенно стал тяжелым, пахнущим концентрированным озоном и серой. Волоски на моем теле встали дыбом, а на кончиках пальцев заплясали крошечные синие искры статического электричества.

Магнитная буря. Та самая, о которой предупреждал Ридли.

Ветер ударил с такой силой, что меня едва не снесло обратно в грязь к туше мертвого ползуна. Гигантские деревья заскрипели, их кроны заметались в безумном танце.

Халидан мгновенно оценил обстановку. Он рывком поднял меня на ноги, его пальцы стальной хваткой сомкнулись на моем здоровом предплечье.

— Идем! — прокричал он, перекрывая вой ветра. — Если нас не размажет по скалам, то поджарит разрядом!

Он потащил меня за собой, уворачиваясь от летящих веток и обломков коры. Мои ноги заплетались, сломанное ребро при каждом шаге впивалось в легкое горячим кинжалом, но я бежала. В этот момент мы не были врагами, мы были двумя живыми существами, пытающимися спастись от гнева планеты.

Халидан вел меня не вслепую. Охотник, он уже изучил этот сектор, пока выслеживал меня. Мы нырнули за массивный скальный выступ, и Владыка втолкнул меня в узкую расщелину, скрытую за водопадом из толстых лиан.

Это оказалась сухая, глубокая карстовая пещера. Снаружи бушевал настоящий апокалипсис: молнии били в землю сплошным частоколом, ветер выл голосами тысяч демонов, но внутри было тише. Только глухой гул отдавался в каменных сводах.

Я сползла по гладкой каменной стене и рухнула на пол, подтянув колени к груди. Тело сотрясала крупная дрожь. Адреналин ушел окончательно, оставив после себя лишь пульсирующую боль и холод.

Халидан достал из разгрузки на бедре химический источник света и активировал его, поломав в разные стороны световой стержень. Пещера озарилась мягким, теплым оранжевым свечением. Сиам подошел ко мне. Его матовый костюм был перепачкан грязью и кровью убитой твари, волосы растрепались. Он выглядел как древний бог войны, спустившийся в преисподнюю.

— Сними это, — он указал на мою куртку от комбинезона, пропитанную зловонной грязью и кровью.

— Обойдусь, — прохрипела я, отодвигаясь от него дальше по стене. — Не трогай меня.

— Не зли меня, Клеопатра, — его голос прозвучал обманчиво спокойно, но в глазах полыхнул синий лед.

Он опустился передо мной на колени и, не обращая внимания на мои слабые попытки отбиться, разрезал охотничьим ножом жесткую ткань комбинезона, обнажая мое поврежденное плечо и ребра, на которых уже наливалась чернотой огромная гематома. Его пальцы, только что рубившие монстра на куски, с пугающей нежностью коснулись моих синяков. Он достал из аптечки бактерицидную пену и начал обрабатывать глубокий порез на моей щеке.

Я зашипела от боли.

— Терпи, — бросил он.

— Зачем всё это, Халидан? — мой голос сорвался на злой, отчаянный шепот. — Зачем ты потащился за мной на край галактики? Альянс уничтожил твой теневой флот и снял блокаду с добывающих колоний. Ты проиграл партию. Оставь меня здесь и возвращайся к своим советникам.

Его рука замерла. Владыка медленно поднял на меня взгляд.

— Мой флот? — он глухо, вибрирующе рассмеялся, и в этом смехе было столько горечи и ярости, что мне стало не по себе. — Ты действительно думаешь, что меня волнуют пара ржавых грузовозов и кучка грязных пиратов?

— Не смей лукавить! — выплюнула я, чувствуя, как внутри закипает злость, вытесняя страх. — Ты можешь кичиться своим величием сколько угодно, лорд Ваи, но я знаю правду! Ты годами планировал этот кризис. Ты сам вооружил пиратов и натравил их на наши колонии, чтобы задрать цену на сиамий до небес и загнать Альянс в абсолютное рабство.

Я наклонилась к нему, тяжело дыша, бросая слова владыке прямо в лицо:

— Но я сорвала твой план. Я вскрыла твой канал поставок, и теперь Альянс возвращает свои шахты! Да, нам всё еще нужен твой сиамий, чтобы пережить последствия взрыва сверхновой, но мы больше не стоим перед тобой на коленях. Мы теперь на равных! Я перекрыла твой теневой заработок и выбила у тебя из рук главный козырь. Признай это, Халидан! Твоя империя, может, и не обанкротится, но я нанесла тебе серьезный удар по кошельку и болезненный щелчок по носу. Именно поэтому ты так взбешен!

Он перехватил мое лицо, заставляя смотреть ему прямо в глаза. Его длинные, сильные пальцы жестко зафиксировали мои скулы. В его льдистых глазах вспыхнул темный, первобытный огонь: не только гнев, но и мрачное восхищение.

— Ты права, моя дикая кошка, — его голос стал низким, почти рычащим. — Удар был хорош. Ты лишила меня абсолютного геополитического превосходства. Но ты забываешь одну важную деталь. Я готовил эту ловушку для Альянса долгие годы, всё было рассчитано до мелочей. Но я явился на эти нейтральные переговоры лично и подписал договор раньше времени только по одной причине.

Я перестала дышать. Его большой палец почти нежно погладил мою дрожащую губу.

— Из-за тебя, — прошептал он, и эти слова упали между нами, как тяжелые камни. — Я выследил тебя после Отбора. Я узнал, кто скрывался под маской слабой рабыни. И я заставил твоих генералов принести тебя мне на блюде. А ты... Ты улыбалась мне. Ты стонала в моих руках. Ты заставила меня поверить, что эта дикая искра внутри тебя признала во мне своего Владыку. А потом сбежала, как воровка в ночи, ударив меня в спину.

— Я офицер Альянса! — крикнула я, чувствуя, как по щекам текут злые слезы. — Я не могла позволить тебе держать мою галактику в заложниках! Я сделала свой выбор!

— И твой выбор привел тебя сюда. В грязь. На верную смерть, — он отпустил мое лицо и посмотрел на свое предплечье. Кровь из пореза, который я оставила его же ножом, пропитала плотный рукав туники. — Ты пролила мою кровь, Клео.

Слова Владыки упали между нами, тяжелые и ядовитые, как капли свинца. Раскат грома снаружи сотряс своды пещеры, но для меня этот звук померк на фоне того, что он только что произнес.

Я замерла, глядя в его льдистые глаза, в которых не было ни капли раскаяния. Только абсолютная, пугающая уверенность в своем праве вершить судьбы.