Страница 66 из 111
Варде кивнул и ушёл со двора через заднюю калитку. Мавна устало зевнула, прикрыла за собой амбарную дверь и свернулась в сене – под боком у спящего Смородника, почти прижимаясь к нему спиной и ощущая его тепло. Ей стало так мягко, так спокойно и уютно, что сил встать уже не осталось, и сквозь дрёму она слышала, как чуть позже вернулся Варде, накрыл её чем-то, а потом тоже лёг в сено – гораздо ближе к ней, чем лежал в прошлый раз.
* * *
От Кленового Вала до Озёрья около дня пути напрямик по топям, в объезд дорог, если знать безопасный путь. Чародеи, конечно, знали – каждую кочку и каждое озерцо, знали, как пустить коней и каким шагом, чтобы нигде не увязнуть и не утонуть. Илару достался чародейский скакун из конюшен Неясыти, и конь лучше всадника понимал, куда ему можно ступить, но Илар всё же осторожничал и старался скакать шаг в шаг с конём Вайды.
Отряд опоясывали снопы искр, кольцом замыкающиеся вокруг всадников, но Бражник и Боярышник, ехавшие впереди, то и дело выпускали новые вспышки пламени, в которых нет-нет да слышались вскрики упырей.
Озёрье стояло на топких полях, как и большинство поселений в этом уделе, но дорога подходила к нему через мшистый ельник, густо пропахший грибами. Здесь царила тишь, от которой закладывало уши, и в тёплый пасмурный день туман так и оставался висеть среди деревьев, в ветвях, а макушки елей терялись в густой серой мгле.
Оттого Озёрье и показалось Илару жутким. Городские стены начинались за лесом, на небольшом холме, но из-за тумана их почти нельзя было рассмотреть: нечто необъятное и тёмное тянулось во все стороны, насколько хватало глаз. А выше сквозь туман пробивались алые огоньки: по одному или целыми россыпями, побольше и поменьше, кое-где – наверное, в башнях, так сразу и не разглядишь – взвивались высокими кострами.
Отряд остановился у границы ельника, закольцевав место стоянки огнями. Разбили два шатра, устроили лошадей. Илар видел, как впереди, на дороге и у городских стен, клубятся болотники – невнятные мглистые сгустки – и прохаживаются нежаки, мелькая тенями. Увидев чародейскую защиту вокруг стоянки, они стали шипеть и завывать, но ближе подходить побоялись.
— Так, может, и дорогу огнями оградим? Люди хоть доезжать до городов смогут.
Деряба из отряда Желны кружил у Боярышника, проверяющего костры, и пытался чем-то помочь. Илар заметил, что с отъездом Желны в столицу многие чародеи из её отряда слонялись неприкаянными сиротами – видать, уважение к командующей было таким сильным, что без неё даже взрослые и опытные чародеи растерялись, как птенцы без наседки.
Илар подошёл поближе – послушать ответ.
Боярышник молчал, пока вытягивал из своих пальцев огненные струи и обвязывал ими по кругу костры, чтобы образовать что-то вроде непрерывной огненной цепи. Деряба переминался с ноги на ногу и покашливал, привлекая к себе внимание. Наконец Боярышник дунул на руки, отпустив с ладоней последние искры, и повернулся к нему.
— Что, все дороги будем обвязывать вот так? И сколько чародеев на это понадобится? Всех двенадцати ратей не хватит.
— Ну а.. если сейчас хотя бы вот этих тварей сжечь? Я могу помочь.
Деряба махнул в сторону стены, под которой кружили нежаки, не решаясь подходить ближе.
Боярышник почесал бороду, проследив белым взглядом за рукой Дерябы, и кивнул, заметив Илара.
— Эй, ты, деревенский. Что ответишь?
Илар смутился. Он не собирался встревать в разговор, надеялся незаметно послушать и пойти проведать Купаву, которая осталась с несколькими чародеями и чародейками готовить ужин на отряд.
Он задумался.
— Сжечь-то можно. Но сдаётся мне, нежаков в разы больше, чем нас, и придут ещё на подмогу. Если сейчас напролом к нам кинутся – кто знает, чьи силы верх возьмут.
Боярышник кивнул.
— Правильно говоришь. А ты, Деряба, подумай, пожалеет раздутое чародейское пламя городскую стену? Скажут нам спасибо, если стену вместе с дозорными сожжём?
— Не скажут, – пристыженно буркнул он.
— То-то и оно. Не спеши. Сейчас приценимся, посмотрим. Кого-то убьём, но с другими можем не справиться. Наше дело – помочь местным дозорным, они тоже не просто так на стене стоят. Глядишь, проберёмся понемногу к городу и вместе с ними что-то и сделаем. Надеюсь, за стенами есть ещё чародеи.
Илар подавил тяжёлый вздох. Хорошо бы Купаву в Озёрье пристроить, раз в Кленовом Валу не захотела оставаться. Для этого нужно, чтобы чародеи продвинулись подальше и расчистили подъезд к воротам от упырей..
Купава сама его нашла. Подкралась сзади и обняла – Илар даже вздрогнул, хорошо хоть нож не выхватил – было бы стыдно.
— Можно тебя ненадолго?
Он улыбнулся.
— И надолго – тоже можно.
Купава провела его мимо котлов с кипящей едой, к кромке ельника. Постепенно начинало смеркаться, и стволы деревьев казались совсем чёрными, но с бликами алых огней.
Только сейчас Илар заметил, что в руках Купава держит два венка и какие-то ленты.
— Ты вчера меня замуж звал или мне показалось? – спросила она прямо.
— Не показалось. Звал. – Он недоверчиво покосился на венки. – Что ты задумала? Без духовника нельзя, Покровители не услышат. Сама знаешь.
В груди стало тепло-тепло и, сжав Купаву в объятиях, он прошептал, касаясь губами её макушки:
— До дома уж потерпи. Чего ты задумала-то?
Купава отстранилась и, привстав на цыпочки, надела Илару на голову венок.
— Ещё чего. Чтобы до дома такого парня у меня кто-то увёл?
Она пыталась шутить, но Илар явственно слышал горечь и печаль в её словах. Не о том она тревожилась. Не о соперницах, уж точно.
— А Покровители, – продолжила Купава уже тише, – они ведь всюду. И видят всё без духовников. Что мы, сами не справимся? Или ты, – она ущипнула Илара за бок, – передумал и пытаешься придумать отговорку?!
Илар снова сгрёб её в охапку – так, чтобы уже не вырвалась, – и подхватил на руки. Взвалил себе на плечо, как мешок, – Купава весила совсем ничего. Она вскрикнула и заколотила кулаками по его спине. На них оборачивались чародеи, кто-то с усмешкой, кто-то недобро хмурился, но Илару их одобрение и не требовалось. Пускай себе глазеют.
Он отпустил её под большой елью, развесившей тёмные ветви почти до земли. Усадил на мягкий мох и поцеловал в лоб. Купава раскраснелась, синие глаза сияли, отражая свет костров, – и если бы Илару сказали, что где-то на свете есть девушка прекраснее, он бы рассмеялся в ответ.
— Иди сюда.
Купава потянула его за руку и заставила сесть лицом к себе. Надела свой венок и достала ленты.
— Давай руку.