Opus 2

Глава 13 Lugubre

— У меня скверные вести, – сообщила королева племяннику, когда их совместный ужин близился к концу.

Во дворец Айрес вернулась уже под вечер. Куда позже, чем обещала. По причинам, о которых несложно было догадаться. Эти же причины угадывались в мрачности её взгляда и жёсткости, тенью лежащей на красивом лице: таким бледным и сосредоточенным, без блестящей улыбчивой маски, Герберт не видел его уже давно.

Она не торопилась заводить разговор, которого её наследник ждал. Но неизбежность этого разговора Герберт читал в каждом движении, что увидел во время трапезы, к которой Айрес едва притронулась.

Естественно, Герберт ничем не проявил своей догадливости. И ответил на изречение уместно хмурым взглядом.

— Кейлус мёртв.

Наследник престола воззрился на королеву через разделявший их стол:

— Не может быть.

— Кто-то устроил резню в его особняке. Убили не только его, но и всех слуг. – Промокнув губы, Айрес аккуратно сложила шёлковую салфетку пополам. Затем вчетверо. – Среди которых, как выяснилось, было немало персон, неугодных власти.

— Никак, хотели сделать тебе подарок.

Айрес устремила взгляд на его равнодушное лицо:

— Вижу, ты не слишком огорчён.

Герберт едва уловимо пожал плечами.

— Тебе прекрасно известно моё к нему отношение. Изображать скорбь лишь потому, что это мой родственник, я не собираюсь. Точно не перед тобой.

Салфетка, уже свёрнутая в маленький тугой квадрат, недобро сжалась в изящных бледных пальцах.

— Кто бы это ни сделал, он поплатится, – сказала Айрес негромко.

— Есть догадки?

— Есть рунный круг, начертанный кровью. Убийцы пытались открыть проход в Межгранье – подозреваю, чтобы сбить стражу со следа. Есть проход, смердящий так, что следы чар толком не разобрать. Думаю, ритуал прервали, хотя понять, что там случилось, сложно. – По тому, как Айрес тирин Тибель медленно отложила салфетку, стало ясно: то, что она скажет сейчас, важнее всего, что было сказано до того, каким бы значимым оно ни казалось. – И есть арест.

— Вот как. Кто задержан?

— Мирк.

Рука Герберта, со скукой тянувшаяся к бокалу с водой, застыла, точно наткнувшись на невидимый лёд.

– Миракл?

— Его задержала Охрана. Для допроса. В особняке обнаружили его брошь. С инициалами, прямо в круге. – Под застывшим, замороженным неверием взглядом племянника Айрес подалась вперёд. – Сперва Мирк утверждал, что никуда не выходил сегодня, а брошь ему не принадлежит, но кое-кто из Охраны.. несколько превысив полномочия, ибо весомых оснований прибегать к досмотру памяти не было, но такое рвение можно понять.. заглянул в голову его дворецкому. Сам Мирк, как ты понимаешь, по положению и привилегиям своим неприкосновенен. По крайней мере, пока не найдут более весомых доказательств его виновности. – Тяжёлый вздох Айрес трепетом отразился на лепестках лилий, белевших в вазе на столе. – Брошь его. Около полудня Мирк покинул особняк в маскирующем плаще. Вернулся где-то час спустя. Убийства были совершены примерно в то же время.

Всё же сомкнув пальцы на тонком хрустале, Герберт плавно, словно двигая рукой сквозь водную толщу, поднёс бокал к губам. Сделал пару глотков, глядя в точку, незримо обозначенную где-то на переносице сидевшей напротив женщины.

— Плохо дело, – проговорил он наконец, не отнимая бокал ото рта: лишь чуть опустил ножку, чтобы вода не касалась губ.

— Очень. – Айрес сидела, недвижным взглядом изучая лилии, благоухавшие на всю комнату – такая усталая, какой её никогда не видела широкая публика. – Его арест нужен мне сейчас меньше всего. Это может вызвать ненужные.. волнения.

— Я думал, ты будешь рада, учитывая твои опасения на его счёт.

— Рада тому, что мне придётся уничтожить собственного племянника?

— С собственной сестрой тебя это не остановило. С братом тоже.

Голос Уэрта остался ровным.

По комнате разлилась мгновенная тишина.

— Уэрт, ты же знаешь, как я тоскую по твоей матери. По отцу Мирка тоже.

— Но ты убрала его, когда возникла нужда.

— Если не веришь в мои родственные чувства, поверь в мою мудрость. Сейчас гибель Мирка была бы совершенно лишней.

— Так велела бы его отпустить.

— Уже. Хотя у меня остались некоторые сомнения в дальновидности этого шага. – Не мигая, Айрес оправила манжеты бордовой рубашки, кружевной пеной окаймлявшие её тонкие кисти. – Если это провокация, организованная лицом, не причастным к Мирку и его.. сторонникам, от меня могли этого ждать. Известие, что один наш родственник в кровавой бойне убил другого, не пойдёт на пользу репутации нашей семьи, но известие, что я покрываю убийц среди этих родственников, тоже. Мирк пока под домашним арестом.

— Он никак не мог открыть проход.

— Один человек, даже столь искусный во владении клинком, вряд ли вырежет целый особняк. Без сообщников не обойтись. К тому же на доме Кейлуса была магическая защита, пробить которую, в свою очередь, могла только магия.

— Он не убийца. Он этого не делал.

— Я знаю. Кто-то подставил его. Весь вопрос в том, кто и зачем. Если надеялись окончательно запятнать репутацию Тибелей, то избрали самый глупый способ и плохо представили себе высоту, с которой нас придётся сбросить. Если Мирк.. крайне маловероятно, совершенно не его стиль, но всё же.. хотел использовать это в качестве толчка к восстанию – под домашним арестом ему будет трудно координировать действия с сообщниками. Охрана прослушивает весь дом, и я велела усилить наблюдение за некоторыми персонами из его окружения, наиболее подозрительными. Со связанными руками переворот не организуешь. – Айрес наконец посмотрела на племянника. – Забавно. Я думала, в свете ваших недавних.. разногласий к его судьбе ты тоже будешь равнодушен. Забыла, что детская дружба никогда не умирает до конца.

Герберт не стал спрашивать то, что спросить было бы не лишним. Просто поставил на стол бокал, который до сих пор держал у губ.

Вопрос «не нашла ли Охрана в доме Мирка нечто подозрительное – к примеру, маленького дракона» сам по себе был бы подозрительным. И едва ли Айрес не упомянула бы о столь интересной детали, будь она обнаружена.

— Дружба не умирает? Как ваша с Кейлусом? – спросил он вместо этого.

Ответу предшествовала очень, очень долгая пауза.

— Как наша с Кейлом, – отозвалась Айрес эхом, разносящимся по залу давно разрушенного дворца. Откинулась на бархатную спинку стула. – Я погорячилась, заперев тебя здесь. Можешь вернуться в свой замок, если хочешь.

Перевод темы вышел удивительно резким.