Плененные тишиной

Глава 13. Вдова

Поместье Хоршем, 1595–1598 годы

После похорон Дженни не выходила из комнаты три дня. Она сидела у окна, глядя на сад, где они с Натаном гуляли, где Вирджиния училась ходить. Слуги приносили еду, но она не притрагивалась. Тайен и Джуния остались в Хоршеме, боясь оставить ее одну.

На четвертый день Дженни вышла. Она была бледна, под глазами залегли тени, но держалась прямо. Вирджиния бросилась к ней, обхватила за ноги.

- Мама, ты плакала? - спросила девочка.

- Немного, - ответила Дженни, гладя ее по голове. - Но теперь все будет хорошо.

Она взяла дочь за руку и вышла в сад. Тайен и Джуния наблюдали из окна, не решаясь подойти.

- Она держится, - тихо сказала Джуния.

- Держится, - согласился Тайен. - Но это не значит, что ей легче.

Дни тянулись медленно. Дженни занималась хозяйством, гуляла с Вирджинией, принимала редких гостей. Она делала все, что положено вдове, и делала это так, словно ничего не случилось. Но ночами, когда дом затихал, она садилась у окна и смотрела на звезды. Те самые, на которые они с Натаном смотрели в первую ночь в Хоршеме.

- Почему ты ушел? - шептала она. - Почему оставил меня?

Ответа не было.

Осенью 1595 года в поместье приехала леди Джейн. Она обняла Дженни, не говоря ни слова, и осталась на неделю. Вместе они разбирали вещи Натана, укладывали их в сундуки. Дженни не плакала. Только когда наткнулась на его старый камзол, который он надевал в день их свадьбы, замерла на мгновение, потом аккуратно сложила и убрала в сундук.

- Ты сильная, - сказала леди Джейн.

- Я учусь, - ответила Дженни.

Она хотела спросить о Крузе, но не решилась. Слишком свежа была рана.

Зимой Дженни заболела. Легкая простуда, ничего серьезного, но она лежала в постели несколько дней, и Вирджиния не отходила от нее.

- Мама, ты не умрешь? - спрашивала девочка.

- Нет, - улыбнулась Дженни. - Я не умру.

- А папа умер, потому что был слабым?

Дженни притянула дочь к себе.

- Папа был сильным. Он умер, защищая других.

- А кто его убил?

- Злые люди.

Вирджиния задумалась, потом сказала:

- Когда я вырасту, я убью их.

Дженни закрыла глаза. Впервые за много месяцев она заплакала.

Весной 1596 года в Хоршем приехала леди Диана. Она была суха и деловита, но Дженни знала: тетя переживает по-своему. Они сидели в гостиной, пили чай, говорили о пустяках. И вдруг леди Диана спросила:

- А что Круз? Пишет?

Дженни замерла.

- Нет, - ответила она. - Не пишет.

- Говорят, он во Франции. Воюет. Как наемник.

- Мне все равно, - сказала Дженни.

Леди Диана посмотрела на нее долгим взглядом, но ничего не сказала.

В июне 1596 года Вирджинии исполнилось четыре года. Дженни устроила маленький праздник - испекла пирог, пригласила соседских детей. Вирджиния бегала по саду, смеялась, и на мгновение Дженни показалось, что ничего не случилось. Что Натан сейчас выйдет на крыльцо, улыбнется, и они будут счастливы.

Но он не вышел.

Осенью пришло письмо от леди Джейн. Дженни распечатала его дрожащими руками.

«Дорогая Дженни. Я получила вести о Крузе. Он жив, здоров. Воюет во Франции. Я прошу тебя...»

Дженни не дочитала. Она скомкала письмо и бросила в камин. Бумага вспыхнула, и она смотрела, как огонь пожирает слова, которые не хотела знать.

- Жив, - прошептала она. - А Натан мертв.

Зимой 1596 года к ней приехала мать, леди Дженет. Она привезла подарки для Вирджинии и долго сидела с Дженни у камина.

- Ты должна жить дальше, - сказала леди Дженет.

- Я живу, - ответила Дженни.

- Ты существуешь. Это не одно и то же.

Дженни молчала.

- Ты не виновата, - продолжала леди Дженет. - И Круз не виноват.

- Я знаю, - тихо сказала Дженни. - Но мне легче, когда я могу на кого-то злиться.

Леди Дженет обняла ее и не стала спорить.

Весной 1597 года Дженни впервые вышла в свет. Она поехала в Блэкберн-холл, где собралась вся семья. Там были Тайен и Джуния, Крис и Роксана, Дуглас и Кэролайн. Даже Дункан приехал, хоть и без Розали.

Дженни держалась спокойно, улыбалась, разговаривала с гостями. Вирджиния играла с детьми, и дом наполнился детским смехом.

Вечером, когда все разошлись, Дженни вышла на террасу. К ней подошла Джуния.

- Как ты? - спросила она.

- Лучше, - ответила Дженни. - Наверное.

- Ты простила его?

Дженни знала, о ком речь.

- Нет, - сказала она. - Не простила. И не прощу.

- Он не виноват, Дженни.

- Я знаю. Но без него Натан был бы жив. Если бы он не приехал, если бы не поехал с ним...

- Он хотел помочь. Он любил Натана.

- Я знаю, - повторила Дженни. - Но я не могу. Не сейчас.

Джуния обняла ее, и они долго стояли молча, глядя на звезды.

Лето 1597 года выдалось теплым. Дженни много гуляла с Вирджинией, учила ее читать, рассказывала сказки. Девочка росла умной и живой, и в ней Дженни все чаще видела черты Натана.

- Мама, расскажи про папу, - просила Вирджиния.

- Папа был смелым, - говорила Дженни. - Он любил тебя больше всего на свете.

- А ты? Ты его любила?

- Очень.

- А сейчас? Ты его еще любишь?

Дженни смотрела на дочь и улыбалась.

- Всегда буду любить.

Осенью 1597 года в Хоршем пришла весть: Моник де Гюиз, жена Круза, умерла. Дженни долго сидела у окна, глядя на сад. Она не знала, что чувствовать. Жалость? Облегчение? Равнодушие?

- Бедная девочка, - прошептала она, вспомнив Фиону, которую Круз почти не знал. - Бедная маленькая девочка.

Она написала леди Джейн короткое письмо: «Я слышала о вашей невестке. Мне жаль. Дженни».

Ответа не было.

Зимой 1597 года Дженни впервые за два года взяла в руки книгу. Ту самую, которую читала в саду, когда впервые увидела Натана. Она открыла ее на первой странице и прочла вслух:

- «Любовь не знает страха, не знает преград. Она сильнее смерти, сильнее жизни».

Голос ее дрогнул, но она продолжила. Вирджиния сидела рядом, слушала, и в комнате было тихо и тепло.

Впервые за два года Дженни почувствовала, что может дышать.

К весне 1598 года она уже не считала дни. Жила, растила дочь, управляла поместьем. Иногда, по ночам, ей снился Натан. Он улыбался ей, и она просыпалась с чувством, что он рядом.

Но когда она открывала глаза, его не было.

Летом 1598 года в Хоршем приехал Тайен. Он привез новости: Круз жив, воюет в Германии, не отвечает на письма. Леди Джейн места себе не находит.

- Я не могу ему помочь, - сказал Тайен. - Может, ты?

- Я? - удивилась Дженни.

- Ты единственная, кто может его вернуть.