Плененные счастьем

- Я буду рядом, - сказал он. - Чем смогу - помогу. И Ройс, думаю, тоже.

- Знаю. - Круз поднялся, собираясь уходить. - Спасибо, кузен.

- За что?

- За то, что веришь. И за то, что не отговариваешь.

Они обменялись рукопожатием, и Круз растворился в толпе, смешавшись с пестрой портовой публикой. Крис остался сидеть, глядя на остывший эль и думая о том, что грядет что-то страшное. Он чувствовал это каждой клеткой.

В особняке Эйвондейла было прохладно даже в этот душный день. Толстые каменные стены хранили прохладу, а в камине, несмотря на лето, горел небольшой огонь - старый граф вечно мерз. Он сидел в своем любимом кресле с высокой спинкой, укутав ноги пледом, и медленно потягивал вино из тонкого стеклянного бокала. Глаза его - холодные, серые, цепкие - следили за Робертом Слаем, который снова метался по кабинету, как загнанный зверь.

- Они что-то затевают, - говорил Роберт, сжимая кулаки. - Я чувствую. Круз Зейни исчез из Лондона на несколько дней. Кристофер Сент-Грант тоже куда-то пропадал. Они явно встречались, обсуждали что-то.

- Знаю, - спокойно ответил Эйвондейл. Голос его звучал тихо, почти ласково, но от этой ласковости у Роберта мурашки бежали по коже. - Мои люди следят за ними. Пока ничего определенного. Встречаются, пьют эль, играют в карты. Ничего криминального.

- А если они все-таки связались с капером? Если мальчик уже у него?

Эйвондейл поставил бокал на столик и задумчиво посмотрел на огонь.

- Значит, придется действовать иначе, - он помолчал, и в тишине было слышно только потрескивание дров. - Я уже говорил с испанским послом. Он заинтересован в поимке Тайена Сент-Гранта. Его имя давно мозолит глаза его величеству. Если мы подкинем им информацию о том, где его искать, испанцы сделают всю работу за нас.

Роберт остановился.

- Вы хотите… вы хотите отдать его испанцам?

- А вы против? - Эйвондейл приподнял бровь. - Мне все равно, кто убьет этого выродка. Лишь бы он сдох. И его выродок тоже.

- Но Джуния… она же с ним. Если испанцы нападут, она тоже погибнет.

- Джуния Зейни - дочь барона, - равнодушно сказал Эйвондейл. - Если она встанет на пути, ее судьба меня не волнует. К тому же, она сама выбрала эту сторону, когда помогла беглецу.

Роберт сглотнул. В глубине души ему было плевать на Джунию, но мысль о том, что она может погибнуть, вызвала какое-то смутное беспокойство. Он отогнал его.

- Как мы узнаем, где они?

- Будем искать. У меня есть люди в портах, есть знакомые среди капитанов. Если Сент-Грант объявится, мы узнаем. И тогда… - Эйвондейл улыбнулся - тонко, холодно, как змея. - Тогда испанцы получат наводку. А мы получим удовлетворение.

- А если королева узнает о ваших контактах с испанцами?

- Не узнает, - отрезал Эйвондейл. - Я слишком стар, чтобы делать глупости. Все шито-крыто. И вы, Роберт, будете молчать. Если хотите получить мальчика.

Роберт кивнул, но внутри него поселился холодок. Он смотрел на старика и вдруг понял: этот человек не остановится ни перед чем. Даже перед государственной изменой.

- Ищите, - сказал Эйвондейл, отворачиваясь к огню. - Время не ждет. Чем дольше они на свободе, тем сложнее их достать.

Роберт поклонился и вышел. За дверями его ждала духота летнего вечера, но ему казалось, что в кабинете Эйвондейла было холоднее.

За окнами особняка шумел Лондон, не подозревая о том, какие страсти кипят в его стенах. Где-то там, за этим городом, за этим островом, за океаном, Джуния уже обрела свой дом. Но здесь, в Англии, об этом не знали. Здесь все еще плели интриги, ждали вестей, боялись за близких и надеялись - вопреки всему. Надеялись, что однажды тучи рассеются и они увидят ясное небо. Но пока что тучи только сгущались.