Плененные счастьем

Глава 14. Английские хроники: тени прошлого

Лондон, июль 1589 года

Лондон изнывал от летней духоты. Воздух над Темзой дрожал, смешивая запахи речной воды, нечистот и цветущих садов в приторную, тяжелую смесь, от которой к вечеру начинала кружиться голова. Солнце нещадно палило камни мостовых, и даже в тени было не спастись.

В таверне «Подбитый глаз», в том самом дальнем углу, где они встречались в прошлый раз, сидели Круз Зейни и Кристофер Сент-Грант. Место было выбрано не случайно: отсюда просматривался и вход, и черный ход, а густая сеть трещин на потолке и закопченные балки создавали надежное укрытие от чужих взглядов. За соседними столами гомонили матросы, грузчики, подозрительные личности в потрепанных плащах - здесь никто никому не докучал, каждый был занят своим делом.

Перед Крисом и Крузом стояли остывшие кружки с элем. Пить не хотелось - от жары и так мутило, да и разговор не располагал.

- Прошел месяц, - тихо сказал Крис, вертя в пальцах глиняную кружку. Голос его звучал глухо, с хрипотцой - он не высыпался уже давно. - Месяц, как они уплыли. И ни одной весточки.

Круз молча кивнул, глядя куда-то в сторону.

- Ты же знаешь Тима, - продолжил Крис. - Два года мы вместе на «Элизабет» ходили. Я его знаю как облупленного. Если он решил молчать, будет молчать. Даже под пыткой. Писем не пошлет, пока не доберется до места. Эйвондейл мог бы перехватить.

- Знаю, - наконец подал голос Круз. - Потому и молчат. Но легче от этого не становится.

Крис провел рукой по лицу. Он действительно похудел за этот месяц - скулы заострились, под глазами залегли темные тени, словно он не спал неделями.

- Я не могу спать спокойно, - продолжал он, и голос его дрогнул. - Роксана каждую ночь просыпается, думает о Джунии. Вчера опять плакала, говорила, что ей снятся кошмары - будто Джуния тонет, будто Ричи зовет на помощь, а она не может доплыть. А я… я думаю о Тайене. О Ричи. Если бы не Эйвондейл, если бы не этот проклятый суд…

- Они живы, - твердо сказал Круз. - Тим опытный капитан. Джуния - упрямая, как сто чертей. Она доедет.

- Ты сам-то в это веришь?

Круз помолчал. В углу таверны кто-то громко рассмеялся, звякнула кружка, но звук показался далеким, нереальным. Круз смотрел в одну точку, и в глазах его на мгновение мелькнула такая тоска, что Крис невольно отвернулся.

- Должен верить, - наконец сказал Круз. Голос его был тих, но тверд. - Иначе зачем все это было? Зачем я отпустил ее? Зачем позволил уплыть?

- Ты не позволял. Она сама решила.

- Решила. А я… я должен был быть рядом. Защищать. А вместо этого сижу здесь, в этой дыре, и гадаю, жива ли моя сестра.

Он сжал кружку так, что костяшки побелели. Крис положил руку ему на плечо.

- Ты сделал все, что мог. И даже больше.

В таверне было шумно - обычная портовая публика: матросы, грузчики, торговцы. Кто-то играл в кости, кто-то громко спорил о ценах на шерсть. Но их угол оставался незаметным, прикрытый тяжелой балкой и нависающим потолком. Здесь можно было говорить, не боясь чужих ушей.

- Что слышно при дворе? - спросил Крис, понизив голос.

Круз оглянулся по сторонам, хотя знал, что за ними никто не следит - по крайней мере, в этой таверне.

- Плохое, - ответил он, наклоняясь ближе. - Эйвондейл не успокоился. Он убедил королеву, что побег Ричи - часть заговора. Якобы мы все - я, ты, Дуглас - помогали Джунии вывезти мальчика, чтобы передать его испанцам.

- Испанцам? - Крис даже поперхнулся. - Это же абсурд! Зачем нам передавать своего ребенка врагам?

- Эйвондейлу плевать на правду. Ему важно нагадить Сент-Грантам. Он подал прошение в Тайный совет. Требует допросить леди Джейн.

Крис побледнел.

- Твою мать? - голос его сел.

Круз дернулся, словно от удара. Он и так сидел бледный, но теперь лицо его стало совсем серым. Рука, сжимавшая кружку, дрогнула.

- Да, - выдавил он. - Мою мать. Под пытку. - Он сглотнул, с трудом выталкивая слова. - Представляешь? Ей сорок семь, она всю жизнь прожила в тишине и покое, а теперь этот старый пес требует, чтобы ее тащили в Тайный совет и допрашивали с пристрастием.

- До пыток пока не дошло, - быстро сказал Крис, но Круз только горько усмехнулся.

- Пока. А завтра? Послезавтра? Эйвондейл не отступится. Он будет гнуть свою линию, пока не добьется. И если это случится, если мать… - он не договорил, сжал челюсти так, что желваки заходили.

Крис положил руку ему на плечо.

- Ройс подключил все свои связи. Он сказал, дело тормозят. Эйвондейл действует слишком грубо, даже для него. Может, пронесет.

- Может, - эхом отозвался Круз. - А может, и нет. Я не могу на это надеяться.

- А Слай?

- Слай рвет и мечет. Он уверен, что Джуния увезла мальчика к Тайену. И если это подтвердится, он добьется, чтобы Тайена объявили вне закона. Окончательно и бесповоротно. Тогда его можно будет убить где угодно, без суда.

Крис сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.

- Мы должны что-то делать. Нельзя сидеть сложа руки.

Круз помолчал, потом тихо сказал:

- Я уже кое-что делаю. На всякий случай.

- Что именно?

- Разговаривал с одним капитаном. Выспрашивал, как ходят в Карибское море, сколько времени, какие нужны документы. Просто так, для сведений. И распорядился, чтобы мне сделали бумаги на чужое имя. Тоже на всякий случай.

Крис нахмурился.

- На чужое имя? Зачем?

- Если вдруг дела пойдут совсем плохо, если вестей не будет еще месяц-другой, если Эйвондейл совсем озвереет… - Круз говорил тихо, почти шепотом. - Я должен иметь возможность уехать. И не как барон Лоунгвер, которого в каждом порту могут схватить. А как простой купец. Томас Уилсон, торговец шерстью, разорился, едет искать счастья в Новом Свете.

- Ты серьезно думаешь об этом?

- Думаю, - честно признался Круз. - Не решил еще. Но думаю. Если через пару месяцев ничего не изменится, если Эйвондейл продолжит давить… я, наверное, не смогу просто сидеть и ждать.

Крис смотрел на него долгим взглядом. В глазах его была тревога, но и понимание.

- Только не делай глупостей, - тихо сказал он. - Ты нам нужен здесь. И Джунии ты нужен живым, а не мертвым.

- Знаю, - Круз кивнул. - Потому и не решаюсь. Но бумаги пусть будут. Пригодятся - хорошо, нет - выброшу.

Они помолчали. Где-то в углу таверны громко заспорили о ценах на рыбу, но их это не касалось.

- А если все-таки решишься? - спросил Крис. - Когда?

- Не раньше, чем через пару месяцев, - ответил Круз. - Сейчас слишком рано. Надо понять, что там, в Карибах, и что здесь, в Лондоне. Если к октябрю ничего не прояснится…

Он не договорил, но Крис понял.