Плененные счастьем

Глава 10. Встреча

Тортуга, июнь 1589 года

«Амфитрита» подошла к причалу Тортуги, когда солнце уже коснулось горизонта, окрашивая небо и море в густые багровые тона. Тайен спрыгнул на деревянный настил, даже не дождавшись, пока матросы закрепят швартовы.

Всю дорогу от Сантьяго он простоял на носу, вцепившись в поручни. Люк сказал только: «Женщина с мальчиком. На «Элизабет». Ищут тебя». И все. Ни имен, ни объяснений. Только это.

Тайен не знал, кто. Не знал, зачем. Не знал, чего ждать. Он только смотрел на горизонт и считал минуты. И за этот час, пока «Амфитрита» шла к Тортуге, он успел пережить все. Семь недель неизвестности спрессовались в этот час, и каждая минута была пыткой.

Кто? Зачем? Что случилось?

Мысли хлестали, как волны о борт. Женщина... Какая женщина могла решиться на такое плавание? С мальчиком... С каким мальчиком? Сердце пропускало удар каждый раз, когда он думал о Ричи. Но Ричи в Англии, с Джессикой. Джессика бы не отпустила... Или?

Он сходил с ума от этих вопросов.

И теперь он видел их.

На причале стояла Джуния. В простой льняной рубашке и матросских штанах, темные волосы растрепаны, лицо осунулось, под глазами темные круги - она выглядела так, будто не спала неделями. Рядом с ней, вцепившись в ее руку, стоял мальчик. Черноволосый, зеленоглазый, похудевший, бледный - но живой. Ричи. Его сын.

Тайен остановился в двух шагах. Сердце колотилось где-то в горле, в висках стучала кровь. Он смотрел на них и не мог поверить. Не мог пошевелиться. Не мог выдохнуть.

Джуния шагнула к нему. Улыбнулась - устало, но светло, по-настоящему.

- Кузен… - выдохнула она.

- Папа! - Ричи рванулся было к нему, но замер, увидев, как странно смотрит отец.

Тайен не двинулся с места. Смотрел на Джунию - на ее запавшие глаза, на то, как она стоит, чуть покачиваясь от усталости. На Ричи - на его бледные щеки, на то, как он вцепился в ее руку, словно боялся, что ее тоже отнимут. На повязку, проступающую сквозь ворот рубашки Джунии.

И его накрыло.

Все те страхи, что он пережил по дороге - неизвестность, тревога, ожидание - все это обрушилось на него разом. Они живые. Они здесь. Они добрались. Через океан. Одни. Без него.

- Вы… - начал он и замолчал. Голос сорвался.

Он сделал шаг вперед - и вдруг, неожиданно для самого себя, притянул Джунию к себе. Резко, сильно, так, что она ахнула. Обнял и замер.

Она пахла морем, солью, усталостью и еще чем-то неуловимо родным. И была такая живая, такая теплая, такая настоящая.

- Живы, - прошептал он ей в волосы. - Живы.

- Кузен… - голос ее дрогнул. - Тише… я здесь.

Он отпустил ее так же внезапно, как обнял. Опустился на корточки перед Ричи, взял его лицо в ладони. Посмотрел в зеленые глаза - глаза Джессики.

- Сынок, - выдохнул он. - Сынок…

Ричи всхлипнул и бросился ему на шею. Тайен прижал его к себе, зарылся лицом в черные волосы. И стоял так, не в силах пошевелиться.

- Я думал, - прошептал он. - Когда Люк сказал, что вы здесь, я за час столько передумал… Я не знал, кто вы. Не знал, зачем. Только думал: лишь бы живы. Лишь бы добрались.

- Мы здесь, папа, - Ричи говорил сквозь слезы, уткнувшись ему в плечо. - Мы приплыли.

Тайен поднял голову, посмотрел на Джунию поверх головы сына. Она стояла, не сводя с них глаз, и по ее щекам текли слезы.

- Вы так и не сказали, - голос Тайена дрогнул. - Почему вы здесь? Почему вы привезли его? Что случилось в Англии?

Джуния отвела взгляд, вытерла слезы тыльной стороной ладони.

- Джессика умерла, кузен.

Тайен замер. Словно его ударили под дых.

- Что?

- Джессика умерла у меня на руках, - повторила Джуния. Голос ее звучал ровно, но в нем чувствовалась такая боль, что у Тайена перехватило дыхание. - Три месяца назад. В монастыре Святой Клары.

- Как? - выдохнул он. - Почему?

- Болела. Долго. Когда поняла, что умирает, написала мне. Я приехала и застала ее за несколько часов до конца. Она взяла с меня слово, что я спасу Ричи.

Тайен молчал. Смотрел на нее, и в глазах его было столько боли, что Джуния невольно отвернулась.

- От кого спасете? - спросил он глухо.

- От Роберта. Ваш старый знакомый, граф Крамерфильд, решил, что ребенок сестры ему пригодится. - Джуния усмехнулась горько. - Но он был не один. У него покровитель - граф Эйвондейл.

- Эйвондейл? - Тайен нахмурился. - Я слышал это имя. Отец говорил…

- Ваш дед судился с ним лет сорок назад. Из-за земель. Эйвондейл проиграл и затаил обиду на весь ваш род. Теперь он старый, злой и очень влиятельный при дворе. И он решил, что Ричи - отличный способ насолить Сент-Грантам.

Тайен побелел.

- Они хотели забрать его?

- Они хотели забрать его силой, - кивнула Джуния. - Роберт приезжал в монастырь дважды. В первый раз Джессика сказала, что Ричи болен. Во второй - привез с собой людей Эйвондейла. Если бы я не успела вывезти мальчика той же ночью…

Она замолчала. Ричи, слушавший этот разговор, прижался к отцу крепче.

- Тетя Джуния меня спасла, - сказал он тихо. - Мы по крышам убегали. В нас стреляли. Она заслонила меня собой.

Тайен перевел взгляд на плечо Джунии. На повязку, проступающую сквозь рубашку.

- Это тогда? - спросил он хрипло.

- Тогда, - кивнула она. - Пуля прошла навылет, кость не задела. Повезло.

- Повезло, - повторил Тайен. Голос его дрожал. - Вы называете это везением?

- Я называю это ценой, которую пришлось заплатить, - твердо ответила Джуния. - И я заплатила бы снова. Ради него.

Тайен смотрел на нее долго, очень долго. Потом перевел взгляд на Ричи, на его бледное лицо, на руки, вцепившиеся в его рубашку.

- А дальше? - спросил он. - Как вы добрались до «Элизабет»?

- Круз помог, - Джуния устало улыбнулась. - И кузен Кристофер. И мистер Дуглас. Они прикрывали нас, пока мы пробирались в Плимут. Мистер Робинс уже ждал там с кораблем. Семь недель мы плыли. Семь недель я боялась, что нас настигнут, что шторм разобьет корабль, что испанцы перехватят… - Она замолчала, сглотнула. - Но мы доплыли. Мы здесь.

- Здесь, - эхом отозвался Тайен.

Он стоял, не в силах пошевелиться. В голове не укладывалось: Джессика мертва. Роберт охотится за его сыном. Эйвондейл, старый враг их рода, плетет интриги. А эта женщина - его тихая, скромная кузина - вытащила Ричи из-под пуль, провезла через океан и привезла к нему.

- Зачем? - выдохнул он. - Зачем вы это сделали?

Джуния посмотрела ему прямо в глаза.

- Потому что вы его отец. Потому что он - ваша кровь. Потому что я обещала Джессике. И потому что… - она запнулась, но договорила: - Потому что вы мне дороги, кузен. Оба.