Страница 13 из 71
Глава 3. Семейные узы
Блэккасл, утро 21 февраля 1588 года
Следующее утро ворвалось в его сознание с безжалостной жестокостью.
Тайен проснулся оттого, что ощутил чужое вторжение в личное пространство своей спальни. Тяжелые складки старого балдахина отдернули, но, к счастью, не яркий удар солнечного света обрушился на него, а лишь тусклая серость февральского утра. Прогнувшаяся под чужой тяжестью кровать недвусмысленно намекала на визит одного из близких родственников. Брат, скорее всего, уже был на полпути к церкви, поглощенный предсвадебными хлопотами, а значит, незваный гость - его отец. И Тайен с тягостной уверенностью предчувствовал тему предстоящего разговора.
Не готовый к утренней беседе, Тайен попытался отвернуться к стене, надеясь ускользнуть обратно в сон.
- Кристиан, - тут же раздался властный голос отца.
- Ммм, - промычал он в ответ, лелея слабую надежду, что герцог решит, будто сын еще спит, и оставит его в покое. Как оказалось, тщетную надежду.
- Кристиан, вставай, все уже позавтракали.
Тайен мысленно вздохнул, понимая, что притворство не поможет. Он обреченно перевернулся на спину и открыл глаза:
- И вам доброе утро, отец.
Лорд Ричард ограничился кивком, не желая тянуть время, и сразу перешел к делу:
- Это правда?
- Что именно? - Тайен приподнялся на подушках, стараясь выиграть время.
- Круз Зейни за завтраком заявил, что ты отказываешься жениться на Джессике Слай.
Тайен проклял в душе Круза, который не смог сохранить в тайне их вчерашний пьяный разговор в таверне, когда они отмечали последний холостой день Криса.
- Ну, как вам сказать, отец…
- Как сказать? - герцог вскочил на ноги, его нервные шаги заполнили спальню. - Я требую правды! Тем более, Дункан Батлер подтвердил его слова, - добавил он, упомянув своего племянника.
«Еще один предатель и болтун», - подумал Тайен, тяжело вздохнул и сел в кровати, готовясь к неминуемой буре.
- Отец, вы всегда учили, что ваши сыновья - джентльмены. А джентльмены, как известно, должны отвечать за свои слова, - закончил Тайен, наблюдая, как лицо отца багровеет.
- Так это правда? - процедил герцог сквозь зубы, сдерживая гнев.
- Да, отец. Я не женюсь на Джессике.
В комнате повисло тяжелое молчание. Лорд Ричард остановился, уставившись на сына взглядом, полным одновременно разочарования и ярости.
- Ты понимаешь, что ты говоришь, сын? Ты ставишь под угрозу будущее всего рода! Джессика - прекрасная партия, дочь уважаемого лорда, обладающая связями и состоянием. Что еще тебе нужно?
Тайен вздохнул. Он знал все эти доводы наизусть - те же самые, что одиннадцать лет назад его отец с легкостью отверг, когда граф Крамерфильд требовал законного брака. Тогда они не смогли переубедить лорда Ричарда, и теперь Тайен не понимал, почему должны подействовать на него.
- Отец, - он вылез из кровати и потянулся за одеждой. - Я понимаю, как важен этот брак для вас. Но я не могу жениться на женщине, которая не хочет выходить замуж.
Гнев отца достиг точки кипения. Он молча наблюдал, как сын одевается, его движения казались вызывающе медленными.
- Не хочет выходить замуж? Что за вздор? - воскликнул герцог, не в силах сдержать раздражение. - Разве не для этого Джессика наконец-то покинула стены своего монастыря и привезла сюда своего сына?
Тайен натянул рубашку через голову, оправил ворот и, не глядя на отца, потянулся за камзолом.
- Как оказалось, не для этого.
- Ты хочешь сказать, она отказала тебе? - в голосе лорда Ричарда прозвучало недоверие.
Он всегда считал своего старшего сына завидным женихом, и мысль о том, что какая-то девица, уже запятнавшая однажды свое имя, могла его отвергнуть, казалась абсурдной.
- Можно сказать и так, - уклончиво ответил Тайен, стараясь избежать подробностей вчерашнего разговора. Закончив одеваться, он повернулся к отцу, готовый к дальнейшей атаке.
- Тебе надо было настоять на свадьбе! У вас уже растет сын!
- Настоять? - Тайен старался сохранять спокойствие, хотя внутри все кипело. - Я не собираюсь принуждать женщину к браку.
- Ты ведешь себя как мальчишка, а не наследник герцогства! - отец подошел ближе, его голос стал ниже, но не менее угрожающим. - Ты должен думать о будущем, а не о своих прихотях! Ты готов все это потерять из-за какой-то мимолетной блажи?
Тайен молчал. Он знал, что любые слова сейчас бесполезны. Отец был непреклонен в своем желании женить его на Джессике, и никакие доводы не могли его переубедить.
- Отец, я понимаю ваши опасения. Но я не намерен насильно тащить женщину под венец. Если Джессика не хочет быть моей женой, я не стану этого добиваться. К тому же, - Тайен сделал паузу, глядя отцу прямо в глаза, - у нас есть Крис. Он сегодня женится, и я уверен, сможет обеспечить вас достойным наследником.
Герцог отступил на шаг, словно Тайен нанес ему пощечину.
- Не смей даже заикаться об этом! Кристиан, ты первый наследник, и именно на тебе лежит ответственность за продолжение рода. Твой брат… - он запнулся, подбирая слова, - Кристофер, конечно, достойный молодой человек, но он младший сын. Его долг - поддерживать тебя, а не заменять.
Тайен подошел к окну, глядя на затянутое серыми облаками небо.
- Крис любит и любим. Этого недостаточно? Разве не это главное для брака? Вы видите, отец, все к лучшему. Все сложилось именно так, как должно было. Джессика свободна, брат счастлив, а вы получили гарантию наследника.
Лорд Ричард тяжело вздохнул, понимая, что сын не намерен отступать. Он посмотрел на Тайена, его лицо выдавало усталость и разочарование.
- Ты очень упрям, Кристиан. Слишком упрям. И это упрямство однажды тебя погубит.
Он развернулся и направился к двери. У самого порога остановился и, не оборачиваясь, бросил:
- Я еще вернусь к этому разговору. Не думай, что все закончилось.
- Как вам будет угодно, отец, - прошептал Тайен, когда дверь захлопнулась.
Ему вновь приходилось брать на себя тяжелые решения. Тайен остался стоять у окна, чувствуя, как на плечи давит груз невысказанных слов и нерешенных проблем. Он понимал, что отец не отступит так просто. Герцог был человеком старой закалки, приверженцем традиций и кровных уз, и для него будущее рода превыше всего. Отказ Тайена жениться на Джессике был ударом не только по его планам, но и по самолюбию.