Бей или умри

Вот так – правда, правда и ничего, кроме правды. И жирный намёк на то, что в ближайшее время я не собираюсь принимать никакие предложения со стороны, даже самые соблазнительные.

Эфанга явно расшифровал знаки правильно – и отнюдь не обрадовался. Воздух точно сгустился.

— Бросай Ригуми Шаа и переходи ко мне. Не только читать научишься, но и узнаешь о себе кое-что любопытное.

Язык разом присох к нёбу.

Вот этих слов я и боялась с самого начала.. Что ж, придётся и дальше говорить правду – и надеяться, что меня за неё не прибьют. Ни на месте, ни чуть погодя.

— Спасибо за щедрое предложение, но вынуждена оказаться.

Пространство вокруг ощутимо помрачнело. В буквальном смысле темнее не стало, разумеется, но разглядеть, что творится в дальних углах, уже не выходило – так, словно они вообще исчезли.

— И кто же тебя вынуждает? – хрипло поинтересовался мастер.

Вдох-выдох, Трикси. Логика, рациональность и.. и.. что же там было третье?

— Вы ведь знаете, что это всего лишь формулировка, – улыбнулась я, стараясь не показывать зубов, в то время как меня так и подмывало оскалиться в стиле Тейта – просто от страха. – Мой мастер – Ригуми Шаа. Я хочу учиться у него, это мой выбор, осмысленный и разумный.. идущий от всего сердца, – вырвалось вдруг.

Я запоздало прикусила язык – и внезапно осознала со всей ясностью, что именно последние слова и были той сокровенной правдой. И от этого знания стало легко и совсем не страшно, потому что теперь я знала: даже если Эфанга сейчас разгневается и смешает меня с песком внизу, делая его ещё более красным, ничего не изменится.

Ригуми Шаа – мой мастер, мой наставник, потому что его выбрало моё глупое сердце; это почти как любовь, но немного по-другому. Ни с кем иным так не получится, будь он хоть в сто раз сильнее и опытнее. Извините, не обсуждается. И не продаётся. Даже за стихи. Точка.

— Надо же, – усмехнулся Эфанга, и в ту же секунду пропало ощущение пристального недовольного взгляда со всех сторон разом, а тьма по углам рассеялась. Сгустившийся было воздух вновь стал пригодным для дыхания, хотя запах острого соуса по-прежнему неприятно щекотал ноздри. – Так решительно меня ещё не отвергали. Что ж, спрошу позже, лет через пятьдесят. Я терпеливый.

У меня будто камень с души свалился.

— Могу ли я расценивать ваши слова как обещание пока оставить меня в покое хотя бы на пятьдесят лет? И Тейта тоже? – быстро спросила я, пока ко мне не вернулась способность рационально мыслить – а значит, бояться тех, кто сильнее. – Или, по крайней мере, действовать, минуя Тейта и не причиняя ему вреда?

На сей раз Эфанга смотрел на меня не меньше минуты, вдумчиво хлюпая синими фруктами в сиропе, а потом досадливо поморщился:

— Высоко же ты ценишь своего любовника, если готова ради него дерзить.

Обычно я не особенно чувствительна к неточным формулировкам, но сейчас мне наступили на больную мозоль.

Нет, ну какого шраха?

— Танеси Тейт, к сожалению, пока ещё не мой любовник, – нейтральным тоном проинформировала я мастера. – Но мы работаем в этом направлении.

Эфанга недоверчиво посмотрел на меня – и расхохотался. Жёлто-лиловый шарф съехал до самых бровей, точнее, до того места, где они растут у нормальных людей. Пространство вокруг хохотало тоже – каждой песчинкой, алой и белой, каждым камешком в кладке стен, каждым иллюзорным плеском волн.

— Ступай, Трикси Бланш, – произнёс мастер, отсмеявшись. – Я не трону Тейта, слово мастера. Более того, я даю тебе разрешение на выход из Лагона – беги, ищи своего мальчишку, как собиралась. Это будет мне хорошим напоминанием о безумии юности.

И только теперь я поняла, что дело с поединком закрыто. Не будет больше атак исподтишка, нападений на Тейта; не будет больше отношения ко мне, как к бесправной добыче. Накатило колоссальное, почти болезненное облегчение. Стало даже плевать на то, что Эфанга каким-то образом умудрился пробраться мне в голову и вытащил оттуда гениальный план побега.

— Спа.. спасибо.

Как деревянная, я благодарно склонила голову к плечу и драпанула к люку – быстрей, пока мастер не передумал. И оклик настиг меня уже на полпути:

— Последний вопрос, Трикси Бланш. Та рыжая штука, которая помешала мне во время поединка – что это?

Я запнулась на бегу о собственную ногу и чудом не свернула шею, ухнув вниз головой в люк. Инстинктивно сотворила что-то мягкое – то ли воздушную подушку, то ли мат – и испуганно замерла.

Шрах! То есть Эфанга обратил внимание на шраха, и это – полный шрах!

— Жду ответа, Трикси. – На сей раз голос прозвучал ближе, буквально над ухом, хотя мастер, готова спорить, и с места не тронулся.

Гм.. Как говорил дядя Эрнан, один из лучших способов отвечать на неудобные вопросы – это говорить правду в непригодной для восприятия форме.

— Мастер Эфанга, – прочувствованно произнесла я, приняв более-менее достойную позу: ноги на ширине плеч, подбородок задран, руки воздеты к безжалостному небу. – В моём мире вот уже три тысячи лет, а именно так датируются самые ранние упоминания о шрахе, множество специалистов, в том числе филологи, экологи, маркетологи, лингвисты, историки, квантовые физики, биологи, врачи, теологи, литературоведы, взрывотехники, нерадивые студенты и радеющие за новое поколение профессора, инженеры, фольклористы, поэты и сантехники пытаются ответить на этот вопрос. Если вы желаете, чтобы я внятно сформулировала, что такое шрах, откуда он берётся и, главное, за что.. Боюсь, вы просите о невозможном.

Выбираясь из террасы наблюдения Эфанги, я, вероятно, нарушила не только все на свете правила этикета, но и парочку законов физики, особенно те из них, что касаются максимальной скорости передвижения в пространстве и преодоления материальных препятствий. По крайней мере, терраса осталась в полукилометре позади прежде, чем сердце у меня стукнулось в рёбра хотя бы с десяток раз, а сквозь последнюю стену я, кажется, вообще просочилась.. Эфанга, к счастью, преследовать меня не стал – то ли решил не отрываться от трапезы, то ли подумал, что я всего лишь несмешно и глупо пошутила.

Его проблемы, впрочем. Не верить в шраха – большая ошибка.

Особенно после того, как он тяпнул тебя за ногу.

Самое смешное, что через полчаса я вообще с трудом понимала, чего так испугалась. Ну, мастер задал неудобный вопрос – мастер получил туманный ответ. Не говорить же, что чересчур своевольная иллюзия от меня удрала и теперь наводит свои порядки в Лагоне. Впрочем, иллюзия ли?..