Бей или умри

Мастер Лагона посмотрел на меня долго и странно, скрестив руки на груди.

— Отдохнуть, Трикси – значит, уснуть и отпустить тревоги, дать покой разуму и телу, – произнёс он осторожно, точно проверяя реакцию.

..интересно, сколько часов Тейту нужно, чтобы слабость ушла? И почему нельзя видеть его сейчас?

Не думать о плохом.

Дышать.

— Вы правы, – покладисто согласилась я, опуская взгляд. И немного схитрила: – Я подожду его здесь, а потом отдохну.

Кажется, получилось хорошо, значит, мастер уйдёт. Тогда можно будет пробить стену и пройти к Тейту. Ведь если он жив, то я ему не помешаю. Он звал меня.

— Трикси Бланш. – Тон стал вкрадчивым, обволакивающим. – Ты неадекватна. Посмотри на меня.

Я механически подчинилась.

Оро-Ич поймал мой взгляд, усмехнулся.. а потом тоненько и смешно присвистнул.

Щупальца – семь штук, ни туда ни сюда – соскользнули с его боков и поясницы и деловито расползлись по углам. Синие чешуйки с тихим шелестом стекли на камень и просочились сквозь щели, точно рой экзотических насекомых.

Мастер Лагона – чудовище, псевдоинкуб – стоял передо мной босым, в простых пыльно-синих одеждах. Белые волосы одуванчиковым пухом топорщились вокруг головы на добрую ладонь, золотистые глаза были насмешливо сощурены, кожа без чешуи выглядела мягкой и уязвимой. Обычный человек, только очень высокий и красивый.

Не знаю, что меня поразило больше, отскочившие щупальца или ожившая чешуя, но в первые несколько секунд я от удивления онемела и могла лишь хлопать глазами, прямо как дорогая кузина Лоран – на экзамене по истории в средней школе.

— Это что? – наконец выдавила я из себя высокоинтеллектуальный вопрос.

— Айры, – ласково улыбнулся мастер. – Если притяжение нельзя приглушить или скрыть, то можно сделать облик настолько экзотическим, чтобы страх перевешивал желание.

Я представила его помоложе и с той же оглушающей инкубьей аурой. Прониклась. Сглотнула.

Разродилась новым образчиком логического мышления.

— А.. язык? Он тоже, ну?..

Оро-Ич фыркнул и подразнил меня – чёрным змеиным раздвоенным языком. Определённо настоящим, его собственным.

— А как же речевой аппарат? – совершенно растерялась я. И вдруг поняла, что снова по щекам у меня текут слёзы. Прижала к лицу ладони, вздохнула прерывисто. – Ой.. Простите, я..

— Это правильные чувства, Трикси. Не мешай им, – ответил мастер Лагона.

И, непостижимым образом очутившись совсем-совсем близко, вдруг обнял меня и погладил по голове. А я не ощущала ни обольстительных чар, ни неловкости, ничего – только колоссальное облегчение оттого, что осознала наконец: Тейт жив.

Всё будет хорошо.

— Не всё и не всегда, – вслух успокоил мастер. – Но сейчас вы уцелели. Радуйся.

— У-у, – согласилась я невнятно. И не удержалась, опять вернулась мыслями к щупальцам и чешуе: – А кто-то ещё знает?..

— Из живых – Эфанга. И несколько старых друзей и учеников.

Из груди вырвался дурацкий звук, нечто среднее между всхлипом и смешком, и промелькнула забавная идея: а ведь неплохой способ выбрал Оро-Ич, чтобы привести меня в чувство. Не по башке двинул ментально, не аурой своей обжигающей задавил – а удивил, поделился страшным секретом и сказал правду вместо глупой упоительной лжи.

А потом я вспомнила ещё кое-что важное – и опять задёргалась.

— Там, на побережье, свободные. Они хотят добраться до источника болезни, – затараторила я, запрокинув лицо. Отцепиться от мастера пока не рискнула – ноги держали плохо. – И Эрнан, кажется, он сильно ранен, и к врагам может подойти подкрепление, и..

— Тс-с, – насмешливо просвистел он, прикладывая палец к моим губам. – Не думай об этом. Не только твоё тело должно отдохнуть, но и разум.

Я заткнулась.

Естественно, Оро-Ич был прав. Мне требовался глубокий, спокойный сон – часов пять хотя бы, а лучше девять. Но не в меньшей степени, а то и в большей – долгая успокоительная беседа. Я отдавала себе отчёт в том, что веду и чувствую себя ненормально, но пока физически не могла просто развернуться и уйти, оставляя Тейта здесь.

Неразрешимая дилемма.

А если использовать биокинез? Нет, вряд ли сейчас получится, для этого нужно полное сосредоточение и контроль над своими способностями. А у меня ни того, ни другого. Побродить по Лагону в поисках того, кто поможет? Нет, только не после Кагечи Ро.. Разве что к Лао обратиться..

В висках снова застучало; мысли начало затягивать паникой, как патиной.

Мастер смерил меня долгим взглядом, потом сильно, с нажимом погладил обеими руками по волосам; я ощущала, как сор и песок царапают чувствительную кожу его ладоней, обычно защищённую, как перчатками, айром-симбионтом – и застыла, зачарованная.

— Хорошо, Трикси Бланш, – напевно произнёс он. – Мы поговорим.

И, отстранившись, опустился на пол, подгибая под себя ноги. Я последовала его примеру, благо холодные камни оказались укрыты подушками для сидения. Туман сгустился, принимая форму низкой подставки с двумя пиалами и изогнутым глиняным сосудом.

Мимо по-змеиному прошелестело синее щупальце; шрахи проводили его настороженными взглядами.

Сюрреализм.

Оро-Ич улыбнулся и наполнил мою пиалу из сосуда. Жидкость была красноватой и пахла кисленько, затхло, как болотные ягоды.

— Попробуй, – искушающе предложил он и вложил пиалу мне в руку.

Я пригубила. Нёбо и язык защипало, защекотало – чудом удалось не раскашляться, но вообще-то вкус оказался приятный, согревающий и пряный.

— Похоже на подогретую газировку, – вырвалось у меня. И тут же накатило смущение: – Газированные напитки, они, то есть.. это..

М-да, красноречие сегодня – явно не мой конёк. К счастью, мастера Лагона ситуация явно забавляла.

— Мне известно, как делают газированные напитки в твоём мире, Трикси, – сощурил он медовые глаза – и с видимым наслаждением сделал глоток. – Но это – результат брожения незрелых орехов. О, не надо бояться, оно не настолько крепкое, чтобы опьянеть, – рассмеялся мастер. Кажется, выражение лица у меня в тот момент было на редкость дурацкое. – Мне повезло наткнуться на него случайно – в одном месте очень далеко отсюда. В Лагоне, да и на побережье ничего подобного не делают, а я иногда испытываю.. пожалуй, ностальгию.

Прежде чем пришло осознание, что Оро-Ич снова перехитрил меня и подкинул ребус, чтобы отвлечь от навязчивых мыслей о Тейте, я включилась в игру. Значит, «ностальгия»? «Не делают ни в Лагоне, ни на побережье»? Вывод напрашивается сам собой, но слишком уж невероятный.