Темноглазый дьявол

Глава 24

Глава 20

Хейден



Из оранжереи я вернулся к себе: в пустой дом, в пустую постель, в пустую жизнь, до краев переполненную сожалениями.

Черт.

Мы все сделали шиворот-навыворот. Плевать, что секс... ну, перевернул мою жизнь и вывернул душу наизнанку. Снова оказаться с Лили, почувствовать ее – ни дать ни взять религиозное откровение.

Но она рванула оттуда так, словно на пятки наступал сам дьявол.

И этим дьяволом оказался я.

Столько раз мечтая снова оказаться с Лили, фантазируя о нас, я рисовал совершенно иную картину: как минимум, все начиналось в постели. Сплошная нежность и ласка, она выдыхала бы мое имя прямо в губы. Я доводил бы ее до исступления снова и снова, лаская языком, и входил бы в нее, лишь дождавшись, пока Лили не сгорит от нетерпения и сама не начнет об этом умолять.

Никак не предполагал я дикого, сумасшедшего порыва в родительской оранжерее в десять часов вечера, когда все оборвалось, едва успев начаться.

В ту ночь уснуть так и не удалось: я нутром чуял, что Лили должна лежать рядом и что ее чувства никуда не исчезли.

На следующее утро я выхожу на пробежку вдоль пляжа, ловя на лице лучи рассветного солнца. С каждым шагом в голове вырисовывается план. Именно этому меня и учили все последние годы. Стратегия, стратегия и еще раз стратегия.

Днем появляюсь на пристани в брюках и белой футболке. У меня давно уже нет тех топсайдеров, в которых щеголяет каждый первый, но какая разница. Своим в Парадайс-Шорс я так и не стал. С чего бы всему меняться именно теперь?

Повсюду снуют парусники, чьи крошечные белые паруса покачиваются на кристально чистой воде, словно зефиринки. Вокруг суетятся разновозрастные детишки в спасательных жилетах. Юношеская регата для местного яхт-клуба – грандиозное событие, прямо как во времена детства. В свой год победил Генри, да и Паркер, насколько я помню, тоже брал кубок.

Риз, разумеется, ни в чем таком не участвовал.

Я скольжу взглядом по толпе в поисках Лили. Надо ее найти и извиниться. На этот раз по-настоящему, имея на руках четкий план. Заодно прояснить пару моментов. Признаться, что я все так же от нее без ума, и что хочу попробовать сначала. К черту разговоры о дружбе. Прошлой ночью мы наглядно убедились, что такой вариант не работает.

Лили нигде нет, зато открывшаяся взгляду картина невольно вызывает улыбку. Паркер натянул старую клубную куртку – ту самую, из которой не вылезал в старших классах – и помогает малышне подгонять спасательные жилеты. Некоторые ребята совсем крохи, явно недоросли для соревнований или выхода под парусом. Впрочем, легко представить, как младшим братишкам и сестренкам хочется примерить экипировку, пусть они и просидят весь день в полной безопасности на сухом причале.

Я направляюсь к нему. Заметив мое приближение, Паркер устало улыбается.

— Здорово.

— Привет. Похоже, тебе не помешали бы лишние руки.

Он вручает мне спасательный жилет.

— Не откажусь.

Я опускаюсь на корточки и берусь за следующего подошедшего ребенка. Девчушка ростом мне едва ли по бедро таращится снизу вверх огромными глазищами и протягивает жилет.

— Держи.

— Спасибо, — перевернув жилет, я заношу его у девчушки над головой. — Давай, ныряй.

— Как тебя зовут? — спрашивает она, просунув голову в отверстие и вытянув руки по швам.

— Хейден, — отзываюсь я, наклоняясь к ремешкам. Методично затягиваю их, проверяя, чтобы экипировка сидела намертво. — А тебя?

— Изабелла, — звук «л» дается с трудом, отчего имя звучит слегка скомканно, и я не могу сдержать улыбки.

— Очень приятно познакомиться.

— Мне тоже, — она с силой оттягивает жилет и расплывается в улыбке, задрав голову. — Теперь я точь-в-точь как брат.

— Высший класс. Дай пять.

Девчушка звонко хлопает меня по ладони и мчится к маме, ожидающей по соседству на причале. Я замечаю, как Паркер тщетно пытается подобрать нужный размер для очередного мальца, и решаю, что с таким же успехом могу и дальше ему подсоблять. Ради этого я и заявился – по крайней мере, для отвода глаз.

Волонтеры разворачивают стол. Достаточно мимолетного взгляда, чтобы оценить обстановку: точка с аквагримом, и заправляет всем Лили.

На ней шорты, открывающие загорелые веснушчатые ноги. Волосы небрежно стянуты в пучок, а вдоль лица вьются каштановые прядки.

При виде нее едва не бросает в жар – перед глазами тут же всплывает минувшая ночь. Лили оказалась... да уж. Тот порыв определенно утолил жажду, сжигавшую меня долгие десять лет.

Она выглядит как мое прошлое, будущее и все, о чем когда-либо мечтал.

Я поворачиваюсь к очереди ребятишек. Их заметно поубавилось: большинство умчалось смотреть старт гонки. Паркер весьма недвусмысленно показывает большой палец и благодарно улыбается.

Один из последних оставшихся на пирсе – мальчишка не старше десяти. В массивных очках, он с нескрываемым сомнением косится на спасательный жилет в моих руках.

— Твой размерчик, — заверяю я.

— Класс. Ага... — неуверенно кивает пацан.

— Как тебя зовут, приятель? — миролюбиво интересуюсь я, опустившись на корточки и накидывая жилет ему на плечи, хотя при первом шаге навстречу понимал: дело нечисто.

— Фредерик.

— Меня зовут Хейден, — я защелкиваю ремешки у него на правом боку. — Как настрой?

— Хороший, — он мнется. — Ну... немного волнуюсь.

— Из-за выхода на воду?

— Угу.

— Знаешь, ты не обязан этого делать, если не хочется, — произношу я, чуть отстранившись и внимательно глядя ему в глаза.

— Но сестра-то соревнуется.

— И родные хотят, чтобы ты попробовал походить под парусом с инструктором?

— Ага. Папа считает, что мне это пойдет на пользу. Но я... — он переводит взгляд на одну из пришвартованных неподалеку шлюпок, чей крошечный парус оживленно покачивается на ветру. — Они такие

маленькие

.

— Понимаю, приятель, — едва сдерживаю я улыбку. — Ступить на борт не так-то просто.

— Да уж. А ты сам когда-нибудь садился в лодку?

— Приходилось. Но открою один секрет.

— Какой?

— В первый раз я трясся от страха точно так же, как и ты.

— Правда?

— Ага. Понятия не имел, что нужно делать и ради чего люди вообще лезут туда по

доброй воле.

— И зачем тогда полез?

Я мысленно качаю головой, поражаясь собственной детской дурости, и тянусь чуть поправить ремешки на его жилете. Мальчишка ловит каждое мое слово, так что сплоховать никак нельзя.