Темноглазый дьявол

Глава 9

Глава 5

Хейден, 11 лет



— Хорошее местечко, скажи?

Я оглядываю наш домик у пляжа. Мы уже распаковали вещи – много времени это не заняло. Здесь есть небольшая кухня и гостиная с двумя огромными диванами. Гигантская ванная с самой просторной душевой кабиной, которую я когда-либо видел. Технически спальня тут всего одна, но кто-то переоборудовал широкую гардеробную рядом с гостиной во вторую комнату, поставив туда односпальную кровать.

Полы из натурального дерева, а огромные окна выходят прямо на океан. В первые несколько ночей из-за шума волн было тяжело уснуть.

— Да, пожалуй, — отзываюсь я.

Гэри качает головой, глядя на меня.

— Привыкнешь, пацан. И я привыкну.

Думаю, так и будет. Мы с дядей жили в местах и похуже. А те годы с отцом до этого, когда мы ютились вдвоем... ни в какое сравнение не идут с этим местом, если вспомнить повсюду разбросанные пустые бутылки и внезапные вспышки его агрессии.

— Куда бы ее поставить? — Гэри вертит в руках фотографию моей мамы в рамке. — На столешницу?

— Нет, — хмурюсь я. — Она будет смотреть, как мы едим.

Гэри обводит взглядом комнату.

— Места тут не так уж и много, пацан.

Я указываю на один из подоконников.

— Как насчет вон там?

Он ставит фотографию на место и делает несколько шагов назад, уперев руки в бока.

— Идеально. Ей тоже будет видно океан.

Со снимка нам улыбается светловолосая женщина. Она умерла, когда мне было пять, и в моей голове превратилась в далекое воспоминание, в женщину, которая пахла ванилью и теплыми объятиями. Гэри совершенно не похож на свою сестру, но человек он хороший. Он всегда следит за тем, чтобы ее фотография стояла на видном месте, где бы мы ни оказались.

— Хорошо вышло, да?

— Ага, — я подхожу к толстой брошюре, лежащей на кухонном столе. На обложке красуется массивное кирпичное здание и радостно смеющиеся ученики в форме, сидящие на траве.

— «Подготовительная школа Парадайс-Шорс»?

— Она самая, — дядя поднимает маленький галстук на клипсе, который шел в комплекте с моей формой, и крутит его в руках.

— И кто вообще называет город

Раем

? Что за идиотское название?

Гэри посмеивается.

— Согласен. Это... Хей, это полное безумие. Но школа хорошая.

— Кто за это платит?

— Маршаны. Бонус к моей работе.

Я провожу рукой по отутюженным брюкам. Они так и кричат о деньгах, дорогой ткани и завышенных ожиданиях. Понятия не имею, сколько стоит обучение в таких местах, но явно больше, чем зарабатывает Гэри.

— Ничего себе бонус.

Он тянется ко мне и взъерошивает волосы.

— Перестань, — отмахиваюсь я и приглаживаю их обратно, чтобы пряди падали на лоб.

— Нам это пойдет на пользу.

— Конечно.

— Все дети Маршанов ходят туда же. По утрам сможете ездить вместе.

Ну да.

Дети Маршанов.

Был там Генри, самый высокий и донельзя самодовольный из всей их компашки. Он протянул руку и пожал мою так, словно был взрослым мужиком, а не четырнадцатилетним подростком с ломающимся голосом.

Риз вообще почти ничего не сказал, зато окинул меня таким взглядом с головы до ног, будто подозревал в переносе какой-то экзотической заразы.

Светловолосый пацан моих лет, Паркер, спросил, не хочу ли я как-нибудь поиграть с ним в лакросс на заднем дворе. Я отказался. Лакросс звучит как полная чушь.

Между ними и мной – целая пропасть, которую никак не преодолеть. И пытаться я не собираюсь. Мы черта с два задержимся в Парадайс-Шорс с их круговыми верандами и дорогущими элитными школами настолько долго, чтобы я успел завести с этими детишками знакомство.

— Когда выезжать?

— Завтра в половине восьмого. Я говорил с миссис Маршан, она позаботится, чтобы для тебя нашлось место в машине, — Гэри смотрит на меня непривычно серьезно. — Веди себя в школе хорошо.

— Да-да, — бормочу я, отводя взгляд.

Веди себя хорошо.

Этот совет я слышал всегда и везде, куда бы мы ни переезжали. Но трудно вести себя хорошо, когда совершенно не чувствуешь себя таковым. Впрочем, младшую из Маршанов это, похоже, совершенно не волновало.

Лили разглядывала меня с таким жгучим любопытством, что мне так и подмывало спросить, не хочет ли она сделать фото на память. Но она добрая. Уж точно лучше своих придурковатых братцев, хоть и задает слишком много вопросов.

И довольно смелая. Я видел, как она схватила живого омара за хвост и даже глазом не моргнула, перевязывая ему клешни, – заявила, что этому ее научил отец. А пару дней назад она показала мне свое любимое дерево, по которому так любит лазить.

Оно было довольно высоким, хотя для подобных забав девчонка уже великовата. Лили очень не понравилось, когда я ей об этом сказал. Ее волосы превратились в огненный ореол вокруг головы, а веснушчатое лицо исказилось от возмущения.

— Да что ты вообще понимаешь? — прошипела она в ответ. — Ты, наверное, просто боишься высоты!

Разумеется, мне пришлось залезть на это чертово дерево, чтобы доказать обратное. Если Лили и заметила, что после спуска у меня немного тряслись руки, то промолчала. Высота и правда не входила в список моих любимых вещей.

Но все равно. Для богатенькой избалованной девчонки из Парадайс-Шорс Лили очень даже ничего.



Лили, 13 лет

Хейден протягивает руку.

— Дай мне ведро.

Я передаю его, стараясь не расплескать соленую воду.

— Нашел?

— Нет, просто оно уже тяжелое.

— Я и сама могу его нести.

— Знаю, что можешь, — Хейден бросает на меня многозначительный взгляд. — Но то, что ты

можешь

что-то сделать, не значит, что ты

обязана

.

Я закатываю глаза, уловив в его словах явный намек.

— Только не начинай и ты тоже!

Хейден мотает головой, отчего его темные кудри разлетаются в стороны, и опускает руку на мелководье. Сейчас отлив, и лучшего времени для сбора мидий не придумаешь.

— Не начинаю. Но скажи хотя бы, чего ты на самом деле пыталась добиться.

— Я уже обсуждала это с Ризом.

— Значит, обсуди еще раз, но со мной.

Прохладная вода омывает щиколотки, мягкие волны одна за другой плещутся у наших ног. Я не видела Хейдена несколько недель, с тех самых пор, как мы улетели на летние каникулы в Европу, и он хочет поговорить именно об этом?

— Как ты вообще узнал?

Он снова смотрит на меня. На этот раз его янтарные глаза красноречивее любых слов.

Неужели сама не догадываешься?