Страница 97 из 106
— Без тебя? – посмотрел Иван испытующе, смурно. – Что верно, то верно, мне бы без тебя худо пришлось. А вот тебе-то было б ли до меня дело?
Василиса обогнула берёзку, подошла вплотную.
— Я всё думала: отчего поцелуй не помогает? Почему я в человека никак не превращусь? Ты ведь меня любишь.
Иван не отвёл глаза. Вспыхнуло и потухло внутри, разошлось мягким горьким теплом, как травяное питьё.
— Ты меня любишь, а поцелуй всё не работает. – Василиса глубоко вздохнула, обняла себя руками. – Долго думала.. Поняла наконец. Кажется, поняла.. Мало, чтоб ты меня любил. Надо, чтобы и я.
Поднялась на цыпочки и поцеловала Ивана. И засверкали огни над дворцом, и раскинулась радуга над Солонью, и повернуло солнце над Крапивой-Градом на весну, и Дверь-Море слизало с берега последние горести, унесло, растворяя.
Подняла выплаканные глаза к небу Гнева.
Вот оно зачем было. Вот зачем век мучилась и скиталась. Чтобы погубил смертный, ставший бессмертным, владыку Тени, избавив Тень от земного зла, и сам стал новым владыкой.
За радугой поднималось зимнее солнце, глядевшее уже в цветень – тающий, птичий, такой, что оглохнуть можно от пения скворцов, зарянок, рыжегрудых маленьких горихвосток.
Так и начали жить во дворце в Темень-Горах Иван, владыка Тени, и Василиса, его жена.