Страница 8 из 84
– Слышь, ну ты это... давай без самодеятельности, – неуверенно басит первый. – Нам
приказано ребенка доставить. Начальник охраны лично...
Он делает еще одну попытку приблизиться, и девочка заходится новым истошным криком. Ее
маленькое тело бьет крупная дрожь, и она задыхается, захлебываясь слезами.
– Я сказала, отойдите! – рявкаю я так, как никогда в жизни не разговаривала на работе. – Вы
что, слепые?! Ей плохо! Я сама ее понесу!
Охранники в растерянности отступают на шаг, поднимая руки в примирительном жесте.
В этот момент рация на плече у Серого оживает, плюясь статикой. И сквозь помехи раздается
злой, напряженный голос начальника службы безопасности:
– Пост четыре, база! Вы нашли ребенка?! Живо отвечайте! Генеральный рвет и мечет! Если с ее
головы упал хоть один волос, мы все завтра пойдем улицу мести! Где девочка?!
Серый сглатывает, его кадык нервно дергается.
Он медленно переводит взгляд с рации на меня, раскрасневшуюся, пыльную, с перекошенной
блузкой, в которую намертво, словно клещ, вцепилась бьющаяся в истерике маленькая девочка.
Я тоже замираю. До меня медленно, очень медленно доходит смысл сказанных по рации слов.
Генеральный рвет и мечет.
– Слушай... – охранник смотрит на меня с искренним сочувствием, смешанным с легким
злорадством. – Кажется, отдирать ее от тебя себе дороже. Раз она так в тебя вцепилась...
тебе придется самой подняться с ней наверх.
– К-куда наверх? — заикаюсь я, чувствуя, как холодеют руки.
– На сороковой этаж. К нему.
У меня темнеет в глазах. Подняться к Максиму Эдуардовичу? К человеку, который в нашем офисе
всё равно что недосягаемое божество?
Господи, поверить не могу.
Девочка на моей груди жалобно всхлипывает, крепче сжимая ручонки на моей шее. Я смотрю на
ее пыльную макушку, делаю глубокий вдох, пахнущий старой бумагой, и понимаю, что моя тихая
спокойная жизнь невидимой шестеренки только что рухнула под грудой архивных коробок.
– Ведите, – обреченно выдыхаю я.