Страница 56 из 100
Я задумался. Аня носила мои кольца уже давно. Сначала простые бронзовые, потом серебряные, с каждым разом всё более мощные. И, похоже, из-за того, что я постепенно увеличивал качество магических артефактов, что она носила, она тоже успела пассивно прокачать свой запас маны и его восстановление. Пускай она не практиковалась в чистом применении магии, не читала заклинаний, не творила чар, но её дух привык к нагрузке, привык пропускать через себя энергию артефактов. Это как с мышцами: если каждый день носить на плечах мешок, а лучше утяжелители, распределенные по всему телу, постепенно привыкнешь и перестанешь замечать тяжесть.
Но всё же: к перстню с лабрадором, что я сделал ей на Новый год, стоило бы приложить и что-то на восстановление запасов маны, на всякий пожарный случай.
А ещё я вспомнил про её хворь. Быть может, и она была частично связана с постоянным использованием моих артефактов? Если её духовный резерв был слаб, а артефакты чрезмерно тянули из него силы, это могло проявляться как слабость, головокружения, упадок сил. Уже не проверить, конечно, но мысль неприятная. Надо быть осторожнее с тем, что я даю сестрёнке и остальным. Хорошо, что я не делал ничего массового из материалов дороже серебра.
Я отложил эту мысль в дальний уголок сознания и занялся делом. Пришел к Ане. Она была на кухне, вытирая руки о передник, как раз возилась с ужином. Я рассказал ей про обнаруженный негативный эффект моих магических изделий и мою идею: попросить её сшить рубашки. Понятно дело, не обычные, а с серебряной нитью и соответственно зачарованные мной на слабое восстановление духа. Она выслушала, кивнула и сказала, что все материалы у неё есть: хлопок хороший, плотный, как раз для местной зимы и осени подойдет. Обещала успеть к Новому году сделать по паре мне и себе.
Я быстро нацедил ей серебряную нить: с помощью жезла вытянул из слитков, что у меня давно были заготовлены в мастерской. И вернулся к ней уже вместе с увесистым мотком.
— Узор какой? — спросила она, прикидывая на глаз длину.
— На твой вкус, но лучше по возможности скрыть от любопытных глаз под слоем хлопка, — ответил я.
Она понимающе кивнула и пока отложила серебряный клубок в сторонку. Ей ещё нужно было готовить на всех ужин вместе с Сергеем и Атлем, что её в этом обычно помогали.
Я же вернулся в мастерскую и заметил, что тут стало подозрительно тихо.
Гракх, Ург Варг и Скарлетт — все трое стояли у своих верстаков закончив со своими заготовками и смотрели на меня. Скарлетт подошла ближе, разглядывая браслеты с профессиональным интересом ювелира. Она провела пальцем по одному из звеньев, по лабрадору, по аквамаринам.
— Красиво, — сказала она тихо. — Очень красиво.
— Ага, скоро и сама так научишься, — сказал я, поворачиваясь к их верстакам. — А вы чего добились? Показывайте.
Гракх переглянулся со Скарлетт и кивнул. Она подошла к своему столу, где на покрывале лежали десять стальных клинков. Все с глубоким двойным долом, все с той самой гравировкой — три параллельные тире, вплетённые в единую полосу вдоль лезвия. Я подошёл, взял один из них, повертел в руках, провёл пальцем по долу.
Работа была добротной. Не идеальной, но очень, очень приличной. Я видел, где Скарлетт чуть повело линию, где Гракх недожал металл, где Ург Варг оставил едва заметную вмятину. Но в целом — для их уровня это был настоящий прорыв.
Я проверил все десять. Выбрал три лучших — те, где линии были ровнее, где металл лёг плотнее, где не было следов спешки.
— Эти три, — сказал я, откладывая их в сторону. — Остальные — в переплавку.
Никто не возразил. Они сами знали, какие вышли хуже.
— Завтра займёмся серьёзной работой, — пообещал я. — А сейчас — ужинать.
За окном уже давно стемнело. Жёлтый кристалл на вершине монолита погас, уступив место голубоватому ночному свету и россыпи звёзд. Откуда-то с кухни тянуло горячим и сытным супом: Аня, как всегда, постаралась.
Я убрал всё ещё сильно теплые клинки в дальний угол мастерской, накрыл их холстиной. Пусть остывают спокойно, завтра будет новый день и новая работа. А пока — мы все заслужили отдых.
Мы вышли из мастерской. Ночной воздух был прохладным, пахло дымом из трубы, осенней листвой и чем-то ещё — кажется, Аня допекала хлеб. Я потянулся, хрустнув суставами, и пошёл мыть руки перед ужином.
Сет на мне был тяжёлым. Но это была приятная тяжесть: тяжесть новой силы и новых возможностей.
Примерный внешний вид орихалкового кулона на изучение пространственной магии