Страница 25 из 100
Золотые глаза приоткрылись совсем чуть-чуть, узкими щёлочками. Вертикальные зрачки, расширенные в полумраке комнаты, уставились на меня с выражением абсолютного непонимания и недовольства. Сил снова заворчала, на этот раз громче, и попыталась отвернуться, зарываясь лицом в подушку.
— Сил, — в моём голосе появились строгие нотки. — Я серьёзно. Вставай. Сейчас же.
Она медленно, очень медленно приподнялась, опираясь на локти. Её волосы были всклокочены, уши всё ещё прижаты, хвост недовольно подёргивался из стороны в сторону. Она посмотрела на меня снизу-вверх, и в её взгляде читалась немая мольба: «Ну пожалуйста, можно я останусь? Пожалуйста?»
— Нет, — твёрдо сказал я, указывая на лежанку в углу. — Там. Твоё место там, раз не хочешь спать со Скарлетт или Аней.
Сил надула губы, её щёки округлились, глаза сузились ещё больше. Она явно была на грани того, чтобы заупрямиться и отказаться двигаться. Но потом, видимо, вспомнив, что я всё-таки главный в этом доме (по крайней мере, формально), она медленно сползла с кровати, волоча за собой одеяло.
— И одеяло оставь, — добавил я.
Она недовольно фыркнула, выпустила одеяло из рук и поплелась к своей лежанке, демонстративно шаркая ногами по полу. Её хвост волочился следом, кончик его подметал пыль с половиц.
Теперь очередь Аэрона.
Энфилд даже не открыл глаза. Он просто лежал, как лежал, игнорируя моё присутствие. Его дыхание было спокойным и глубоким, словно он спал так крепко, что вообще ничего не слышал. Но я-то знал, что это притворство. Его уши (небольшие, покрытые серым пухом, прижатые к голове) слегка подрагивали, улавливая каждый звук. Он прекрасно знал, что я стоял рядом и что сейчас будет его очередь отправляться на законное место.
— Аэрон, — позвал я.
Энфилд слегка шевельнул хвостом, но глаза так и не открыл.
— Аэрон, вставай.
На второй раз я не стал церемониться. Я просто спокойно схватил его за загривок (шерсть там была густая и мягкая, приятная на ощупь) и потянул вверх. Энфилд даже не сопротивлялся, лишь сделал виноватую и жалостливую мордочку, выдав то, что он не спал окончательно. Я рывком поднял его, несмотря на то, что весили мы уже примерно одинаково, оторвав от кровати, и опустил на пол. Аэрон недовольно каркнул (звук вышел резкий, почти обиженный) и уставился на меня своими смазливыми янтарными глазами, теперь уже полностью открытыми и полными толи мольбы, толи детского укора.
— Не смотри на меня так, — сказал я, указывая на лежанку. — Ты знаешь правила.
Энфилд неохотно поплёлся к лежанке рядом с Сил с опущенной головой.
Наконец-то я пожелал всем спокойной ночи и закрыл глаза. Хотя я и так знал, что с вероятность в пятьдесят процентов обнаружу их к утру в своих ногах, боках и в худшем случае на груди.
«Эх, пользуются моей добротой, сам виноват, надо бы быть с ними построже и точно отстроить новый дом с отдельной комнатой для всех…»
Примерный внешний вид Гракха в парилке.