Страница 16 из 97
Глава 3. Первые гости «Семи облаков»
Глава 3. Первые гости «Семи облаков»
К утру второй источник успел наполнить бассейн чуть больше чем наполовину.
Эстелия вышла к нему ещё до завтрака, когда над горами только начинал сереть рассвет. Бран уже был там. Судя по мятому воротнику рубахи и отсутствию привычной аккуратности в седой бороде, спал он этой ночью мало.
Вода поднялась почти до нижней ступени. Она была такой же прозрачной, как в первом бассейне, однако выглядела иначе. На поверхности лежало мягкое золотистое сияние, хотя солнце ещё не показалось из-за хребта. Оно не освещало камни вокруг и не отбрасывало отблесков на лицо Брана, поэтому обычным светом это назвать было трудно.
Эстелия остановилась рядом.
— Вы всю ночь сюда ходили?
Бран не стал отрицать.
— Три раза выходил. Всё думал: вдруг опять уйдёт вода.
— А спали?
— Урывками. Не спалось.
— Вы мне к обеду на ходу спать будете.
— Вы тоже здесь до завтрака.
— Тоже не вытерпела. Всё-таки хотелось убедиться при свете.
Он посмотрел на неё, и в другое утро, вероятно, усмехнулся бы. Сегодня не стал.
Второй источник тревожил его всерьёз.
— Вода прибывала всю ночь, — сказал он. — Сначала быстро, потом медленнее. Сейчас уровень почти не меняется.
— Тёплая?
— Теплее первого.
— Близко подходили? Чем проверяли?
— Рукой у края. Дальше не лез.
Эстелия кивнула. Ничего необычного в этом не было: воду первого бассейна они тоже проверяли на ощупь, когда приводили в порядок дорожку. И всё же она не стала касаться нового источника.
Не из страха.
Из осторожности.
Рейнар предупреждал не пытаться его открывать. Он открылся сам, но это ещё не означало, что в него следует немедленно отправлять гостей.
— Сегодня его закрываем, — решила она.
Бран резко повернулся.
— Только проснулся — и опять не пускать?
— Мы же ничего о нём не знаем, Бран.
— Люди приедут и увидят пар. Всё равно полезут смотреть.
— Пусть смотрят из-за ограды.
— Да её ещё поставить нужно.
Эстелия посмотрела на него.
Бран понял первым.
— Олдер меня проклянёт.
— Передайте, что я попросила. Пусть ругает меня.
Она обошла бассейн.
Камень вокруг второго источника не ремонтировали. На нескольких ступенях оставались трещины, с северной стороны дорожка просела, а у самого края росли два куста, которые ещё вчера никому не мешали.
Сегодня всё выглядело иначе.
До приезда гостей оставалось несколько часов.
— От верхней дорожки до колонны натянем верёвку. И напишите: «Проход временно закрыт». Пока не разобрались, не будем зазывать людей.
— А если спросят?
— Ответим правду. Источник начал работать этой ночью, мы ещё не знаем, безопасно ли подходить ближе.
Бран поморщился.
— Приедут к воде, а мы им: стойте, нельзя.
— Хуже будет, если кто-нибудь на этих ступенях ногу сломает. Откроем, когда проверим.
Он нехотя согласился.
Эстелия посмотрела на воду ещё раз.
В глубине что-то мерцало.
Не предмет. Не камень.
Скорее несколько светлых точек, появлявшихся и исчезавших под поверхностью.
Она наклонилась, пытаясь разглядеть лучше.
— Вы тоже это видите?
Бран подошёл ближе.
— Где смотреть?
— У дна. Светлые точки.
Он долго смотрел.
— Не вижу, госпожа. Только воду.
Светлая точка появилась почти у самого дна.
Потом ещё одна.
Эстелия выпрямилась.
Усталость.
Недосып.
Отражение начинающего светлеть неба.
Причину можно было подобрать позже.
Сейчас у неё была более непосредственная проблема.
Через четыре часа сюда должны приехать люди, которые заплатили деньги за курорт, открывшийся после двадцатилетнего перерыва, и понятия не имели, что хозяйка сама впервые увидела это место две недели назад.
— Ладно, идём завтракать, — сказала она. — А то Марта решит, что её стряпня нам уже не нужна.
К десяти утра «Семь облаков» выглядели лучше, чем когда-либо за последние годы, и хуже, чем Эстелия мечтала ещё вчера.
Она стояла возле восточной галереи и видела оба обстоятельства одновременно.
Дорожку вычистили. Перед входом поставили две большие кадки с горной сосной. Тёмно-зелёная плитка в галерее блестела после работы Нейры. За стойкой бывшего приёмного зала лежала новая книга размещения, рядом стоял небольшой колокольчик, найденный Браном в старом шкафу.
Но если поднять взгляд выше, за аккуратной галереей по-прежнему возвышалось огромное здание с заколоченными окнами западного крыла.
Если повернуть голову вправо, можно было увидеть край провалившейся парадной крыши.
Если пройти чуть дальше во двор, становилась заметна закрытая досками дверь, ведущая в помещение, ремонт которого они даже не начинали.
Роскошь не получилась.
Даже притвориться ею не получалось.
— Вы сейчас пытаетесь взглядом перестроить третий этаж? — спросила Тесса.
Эстелия обернулась.
Тесса несла стопку чистых полотенец.
— Так заметно?
— Вы на него смотрите, как на ленивую горничную. Только ему хоть бы что.
— Мог бы и постараться к приезду гостей.
— Без жалованья-то? Мы на него ни монеты не потратили.
Тесса поставила полотенца на стойку.
— Комнаты готовы.
— В десятой тоже всё закончили?
— Все двенадцать. В десятой окно закрывается, если приподнять раму на полпальца. Я показала Нейре.
— Гостю покажите тоже.
— Прямо так и объяснять? С порога?
— Лучше от нас узнает, чем вечером сам будет мучиться.
Тесса фыркнула.
— Раньше бы я со стыда сгорела, рассказывая гостю, как закрыть окно.
— Раньше оно просто закрывалось. Тесса, пока у нас так.
Эстелия заглянула в книгу.
Десять комнат были забронированы. Две оставались свободными.
Ещё неделю назад это казалось успехом.
Сегодня пустые две строчки выглядели укором.
— Госпожа Ровенар.
Олдер появился из двора, запыхавшийся и недовольный.
— Что случилось?
— Всё цело, не пугайтесь.
— А вы будто с кем-то подрались.
— Потому что если ещё кто-нибудь попросит меня переставить скамью, я эту скамью сожгу.
— Кто попросил?
— Мать.
— Значит, сжигать не советую.
— Потому ещё и стоит, целая.
— Ограждение у второго источника?
— Натянул, как вы просили.
— Табличка?
— У Брана табличка. Дописывает.