Страница 72 из 121
Глава 28
— Второй голос, – говорит Элдон.
Брайс во все глаза смотрит на Себастьяна. Ожидает увидеть на его лице улыбку или хоть что-то, что выдало бы шутку. Однако Себастьян едва заметно кивает, словно в знак искреннего уважения. Разумеется, Брайс соглашается. Да и какой у нее выбор? Я пристально смотрю на разделившуюся команду. Пока что против меня три голоса.
— Ну же, давайте, – обращается Себастьян к оставшимся. – Выбирайте честного лидера.
— Я голосую за Конрада, – говорит Громила, скрестив на груди руки.
Как странно, что в этой грызне мой самый преданный защитник – тот, с кем мы всю жизнь соперничали. Теперь-то я отчетливо понимаю, что имел в виду Громила, обещая мне «могущественного союзника».
Родерик хочет что-то сказать, но Себастьян перебивает:
— Прежде чем ты слепо проголосуешь, мастер-канонир, тебе следует знать, в каких отношениях состоят Конрад и Китон.
— Что?
— Когда Конрад спас жизнь Китон, она предложила ему пожизненное служение, как и заведено у нее на острове, однако он отверг такую благодарность. Захотел кое-чего другого, чего-то более чувственного.
Я хмуро наблюдаю за Себастьяном. Он врет напропалую, выдумывает и смотрит, какая ложь кого зацепит. Он в отчаянии, ведь это его единственный шанс сместить меня. Я, как могу, сохраняю невозмутимый вид, но мысленно уже выбрасываю его за борт.
— А вот это – чушь крачья, – резко отзывается Китон. – Вранье. Ты лжец.
— Ты позволяешь ему вытворять всякие..
Она быстро подходит и нависает над ним.
— Не стой так близко, – с мерзкой улыбкой требует Себастьян. – Пожалуйста. На тебе его запах.
Китон с трудом сглатывает и вроде бы уже готова отойти, но в последнюю секунду бьет Себастьяна кулаком по лицу. Охнув, тот картинно падает на пол. Брайс вскрикивает.
Элдон кидается к Себастьяну, а Родерик держит Китон.
— Я же едва коснулась его, – в панике говорит она и оборачивается ко мне. – Ты видел. Я легонько..
Элдон встает и оправляет на себе куртку.
— Мастер-канонир, – приказывает он, – отведи ее на гауптвахту.
Родерик стоит как вкопанный.
— Ты не вправе отдавать такие распоряжения, Элдон, – хоть и дрожащим голосом, но все же с вызовом произносит Китон. – Полномочий нет.
— Вообще-то есть, – возражает Брайс, склоняясь над Себастьяном и осматривая его окровавленный нос. – Элдон старший офицер. А насилие в цехе недопустимо. Мне жаль, Китон.
— Но ведь он лжет!
— Ай-ай, у меня кровь, – суча ногами, стонет Себастьян. – Как больно. Брайс, у меня нос сломан? Прошу, скажи, что нет.
— Не двигайся, – велит Элдон, прижимая к его носу платочек. – Все с твоим носом будет хорошо.
— Ты уверен? Она так крепко врезала.
У Китон на глазах выступают слезы.
— Капитан.. Конрад, я.. я..
Я мучительно растираю лоб:
— Прости, Китон. Они правы. Я ничего не могу сделать. Если только Себастьян не скажет..
— На губу ее! – верещит Себастьян. – Она угроза. Вредитель!
— Что за крачий бред! – горячо жестикулируя, восклицает Китон.
Родерик гладит ее по плечам, но она стряхивает его руки и яростно оборачивается:
— С какой вообще стати Себастьян наплел, будто между мной и Конрадом что-то есть? Тебе-то какое дело?
Родерик молча опускает глаза.
— Ну? – давит на него Китон.
— Родерик ответил бы, – говорит Себастьян, уткнувшись носом в кружевной платок, – но в глубине души он все еще мальчик, который прячется за шуточками. Он хочет тебя, Китон. Сил нет как хочет.
Родерик аж зеленеет.
— Захлопни рот, Себастьян, – зло бросаю я.
Себастьян лишь улыбается.
Китон же удивленно смотрит на Родерика.
— Это правда? То, что он сказал?
— Ч-что? – запинаясь, переспрашивает Родерик. – Нет. Мне.. не..
— Китон, – вмешиваюсь я, – прости, но надо, чтобы ты отдала свой голос, пока я не велел Громиле отвести тебя на гауптвахту. За кого голосуешь?
— О, за тебя, разумеется. Я твоя. Ничего не изменилось.
— Вот видите! – победно верещит Себастьян. – Конрад фарширует ее своим корнишоном.
— Так говорят у нас на острове, дерьмоед! – сквозь зубы бросает ему Китон.
— Конрад, – обращается ко мне Брайс, – ее голос не считается. Ударив Себастьяна, Китон лишилась цеховых прав. Ей нельзя голосовать, пока она не покинет гауптвахту. А за удар наказание продлится..
— Шесть часов, – шепотом договариваю за нее.
— Как минимум.
— Жаль, что мы не можем ждать так долго, – притворно сетует Себастьян. – Прости, Китон. Вот бы ты владела собой получше..
— Вы кучка жуликов, – кричит Китон, а Громила хватает ее за плечи. – Пусти! Я сама знаю, где гауптвахта.
— Я все равно тебя провожу.
Клацая подошвами о пол, они уходят по коридору и спускаются по трапу вниз.
— Итак, у нас остался последний свободный голос, – подытоживает Элдон. – Конрад и Громила – за то, чтобы оставить капитаном Конрада. Остальные за Брайс. Последним голосует Родерик. Если голоса разделятся поровну, побеждает Конрад. Родерик, решай с умом.
— И не забудь, что он делал с твоей девушкой, – напоминает Себастьян. – Конрад..
— Хватит! – дрожа, велит ему Родерик.
Ощущение, что он вот-вот заплачет. Слишком много обрушилось на него одновременно: раскрылись его чувства к Китон, потом меня и ее оболгали, в команде наметился раскол..
Наконец Родерик поднимает голову и делает глубокий вдох, чтобы успокоиться.
— Я не как вы, мне плевать на возвышение. Мне нравится мое место, и пусть я очень хочу победы, добрые друзья дороже. – Обернувшись к Себастьяну, он ощетинивается. – Мы учились с тобой в одном классе, ели за одним столом, и я поверял тебе свои тайны. Рассказывал о Китон. Считал тебя другом. Жалел тебя – за то, что ты рос с тираном-отцом, за то, что еще выпало тебе в детстве.. Жалел после случившегося с Самантой, с Пэйшенс.. Поверить не могу. Я, – продолжает Родерик, – все вижу и понимаю: голосуя за Брайс, поддержу тебя, Себастьян. Но твои слова – отрава. Яд – ты сам и все, связанное с тобой. Я голосую за Конрада. Пусть он груб, нелюдим и порой, если увлечется, забывает обо всем на свете, однако он истинный друг. Стыдись, Себастьян, того, что расколол команду. Как раз тогда, когда мы только начали объединяться. – Замолчав, он смотрит в глаза Себастьяну. – Нам было хорошо, пока ты оставался мертвым.
С этими словами Родерик уходит. Я хочу кинуться следом, но ему сейчас надо побыть одному. Подумать и, может быть, поговорить с Китон.