Страница 69 из 121
Глава 27
Я стал капитаном, однако мы проигрываем.
Зачет Состязания выглядит так:
КАЛАМУС – 2
СПИКУЛ – 2
ГЛАДИАН – 1,5
ТЕЛЕМ – 1
МУКРОН – 1
КВИРИС – 1
ОРНАТУС – 0,5
ПИЛЛУМ – 0
САГГИТАН – 0
СИКА – 0
ЛАМИНАН – 0
КИПЛЕЙ – 0
ЯКУЛУМ – 0
АРМУМ
СКАЛЬПРУМ
КУТЛ
К счастью, скоро мы снова сможем отправиться на охоту, благодаря дюжине ремонтников на борту. Это не отборные из нашего цеха, а просто наемные руки, срединники. Они отличные работники: заваривают пробоины, ремонтируют каюты, ставят новый движок и пополняют наш арсенал. По словам бригадира, уже завтра «Гладиан» полетит. Я невольно ощущаю при этом легкое головокружение. Не терпится снова почувствовать, как треплет волосы встречным ветром.
И пока рабочие выносят оборудование из коридоров корабля, мы с Китон и Громилой собираемся в штабе. Планируем новую охоту. Час поздний, и мы в самой тесной и неудобной каюте. В ней несколько полок с книгами, большой стол в середине и карта Скайленда, а еще несколько мягких кресел. Без окон каюта кажется даже меньше, чем есть.
— Это остров Гринспелл, – говорит Громила, постукивая пальцем по карте, – а это Найтвинд. Близнецы, разделенные всего полутора километрами открытого неба. Одна ремонтница подсказала, что между ними видели стаю горгантавнов. Я ей на завтрак подложил чуть больше яиц в благодарность.
Китон подается вперед через стол. Спрашивает:
— Крупная стая?
— Четыре особи.
Я провожу пальцем вдоль изрезанной кромки Гринспелла. Остров похож на гористый конус, изрытый рукотворными тоннелями. Он даже крупнее своего близнеца – не уступает размерами Венатору.
Следующий час мы спорим из-за плана.
Пока Китон с Громилой орут друг на друга, я плюхаюсь в мягкое кресло возле книжной полки. Тело ноет. Я хоть и капитан, но отдохнуть не успеваю. Возможно, обречен до конца жизни носить синяки под глазами.
Взглянув на меня, Китон тычет Громилу локтем в бок, и он перестает пропихивать свою мысль. Теперь оба молчат.
Я так устал, что веки смежаются сами собой.
Голоса Китон и Громилы сливаются в убаюкивающий шепот. Мысли и тревоги уходят. Я с пяти утра бегаю по кораблю. Еще до рассвета зашел в арсенал, взглянул на пробоину в борту. Потом – в машинное отделение, проверил, как идет восстановление движка. И еще в качестве драйщика убрал потеки хладагента на нижней палубе.
Сон мягко принимает меня в свои нежные объятия.
Жаль, но очень уж быстро – раньше, чем хотелось бы, – на плечо ложится тяжелая лапа. Я поднимаю злой взгляд на тупую рожу Громилы:
— Что?
— У нас есть план, – говорит он.
Я встаю, а ноги так и стонут.
— Тебе стоит почаще спать, Конрад, – замечает Китон.
— Некогда.
— Ты должен, – настаивает Громила. – Мое решение о запрете на сон было ужасным, из-за него команда еще сильнее на меня обозлилась. В общем, приказываю тебе спать.
— Так ведь я же капитан.
— А я крупнее и умнее тебя, Элис.
Китон широко улыбается.
Я тем временем склоняюсь над столом.
— Что за план? – зевнув, спрашиваю.
Китон с Громилой возбужденно переглядываются.
— Готов взлететь на первое место? – спрашивает механик.
И быстро посвящает меня в детали. План просто безумный, из него всюду торчат уши Громилы. Конец я дослушиваю с отвисшей челюстью.
— Гляньте-ка, – говорит Громила, – он поражен!
Я провожу пальцем по грубым наброскам островов-близнецов, вдоль линий тоннелей под поверхностью.
— Они еще открыты? – спрашиваю.
Громила кивает и зачитывает отрывок из книги, лежащей на столе.
— Но это.. не может сработать, – возражаю. – Слишком просто. Почему другие об этом еще не подумали?
— Так это ведь слишком просто, – напоминает Китон. – Есть, правда, кое-какие опасения.
— Например, цех не сможет забрать туши горгантавнов, – говорит Громила. – Хотя нам все равно – самое меньшее, засчитают по половине очка. Нашу первую добычу тоже забрать не смогли.
— А если получим по целому очку за голову, то побьем рекорд, – возбужденно добавляет Китон. – К тому же времени остается еще много, добудем больше.
Я чешу в затылке. План звучит логично, и все же.. тоннели, водопады и груз, который придется тянуть за собой..
— Что скажешь, капитан? – спрашивает Громила.
— Ну, – выдыхаю, – если Родерик сумеет приделать ремни безопасности к перилам, то, думаю, стоит попробовать.
Мои стратеги лучезарно улыбаются.
— Передам Роду, – говорит Китон, хватая меня за руку и уводя в сторону двери. – О деталях не переживай. Мы их проработаем. Иди отсыпайся.
— Некогда.
— Как друг тебе говорю.
Понимая, что сил на споры уже не осталось, киваю:
— Только пару часов.
Китон улыбается и выталкивает меня за дверь:
— К тому времени подготовим что-нибудь на твой суд.
Придя к себе в каюту, скидываю боты и расстегиваю куртку. О, койка – это просто здорово. Сейчас как запрыгну в нее и..
— Добрый вечер, капитан.
Оборачиваюсь. За моим столом, напряженно глядя на меня из-под коротенькой седой челки, сидит мастер Коко. Сердце сжимается. В прошлый раз, когда мы лично общались, я выслушал о себе много неприятного.
— Мастер Коко, – отвечаю. – Я.. вас не ждал.
— Двигай стул.
Сердце начинает биться чаще. Стоит мне присесть, и мастер указывает на таблицу зачета.
— «Каламус» сегодня заработал еще пол-очка. Крутая команда. Живучая. Видел бы ты, как слаженно они работают. Сплочены вокруг умного и находчивого капитана. К тому же весь экипаж цел, все восемь человек живы. Есть план, как догнать их?
— Как раз работаем над одним.
Коко улыбается.
— А у тебя, смотрю, есть идеи на все случаи жизни. – Побарабанив пальцами по столу, она откидывается на спинку кресла. – Слышала, как ты расправился с тем горгантавном. По моим стопам пытаешься следовать? Стать третьим драйщиком, который поднялся до капитана и выиграл Состязание?
— Вы были драйщиком?
— Лично убила горгантавна третьего класса. Само собой, это не так грандиозно. У моей команды во время Состязания все шло хорошо, а мне надоело полировать стол капитана. Поэтому, когда на нас напали, я прыгнула в пасть горгантавну, прихватив только нож и наплечную пушку. Потом пробила себе путь наружу сквозь сердце зверя.
У меня отваливается челюсть.