Эликсир счастья

Глава 16

Однажды встретив призрака в графском замке, теперь я разгуливала по вечерним коридорам с большой осторожностью. Грег не упоминал других беспокойных духов, но кто знает – вдруг они обитают здесь тайно и показываются на глаза не всем? Мне вовсе не хотелось снова оступиться на лестнице из-за того, что какому-нибудь привидению вздумалось пошалить.

Поздним вечером служанка Нари принесла в мои покои три платья на выбор. У меня сжалось сердце при воспоминании об умершей хозяйке.

– Эти платья принадлежали графине Амалии? – спросила я, прикоснувшись к роскошным тканям.

– Их сшили по её заказу к летнему празднику, но бедняжка не успела даже примерить эту красоту. Она так быстро умерла, а следом и детки. Ах, ту весну невозможно вспоминать без слёз! – Нариния всхлипнула и вытащила из кармана скомканный носовой платок.

– А нет ли какого-нибудь наряда попроще? Ведь у нас намечается не бал, а деловая встреча с союзниками. Уместно ли будет разодеваться в шелка и тафту?

Я приложила к себе самое скромное платье, но и оно блистало россыпью самоцветов так, что слепило глаза. Эх, куда же служанки запрятали мои джинсы и футболку?! Я оглядела простое льняное платье, в котором ходила по замку, – по-моему, и оно вполне сгодится для делового обеда, разве что его нужно немного подгладить.

– Наряжайся, пока жива! Потом надевать платья будет не на что! – с хохотом прошипела призрачная убийца, выныривая из-за тёмной гардины.

Вот зараза, я три дня её высматривала, а она появилась в тот момент, когда я забыла о ней. Нари выронила из рук расшитый бисером пояс и побледнела как полотно. Дрожащими пальцами она выудила из-под одежды священный символ – перст Создателя – и направила его на привидение.

– Не бойся, Нари, эта девушка уже не опасна, – успокоила я служанку.

– Про-стите, госпожа Катя, но я в этом не уве-рена, – заикаясь, проговорила эльфийка, мелкими шагами отступая к двери. – Я доложу его сиятельству. Попрошу прислать ко-ко-кошку…

Она выскользнула за дверь, а я с упрёком посмотрела на сияющее от удовольствия привидение.

– Забавно пугать тех, кто боится, – хихикнула убийца и присела на кровать между платьями. – Ты не нашла святую воду?

– Пока нет. Граф Грегориан истратил все запасы на лабораторные опыты. Не волнуйся, я помню о своём обещании и помогу тебе, как только появится возможность.

– Хорошо, что ты передумала бежать. На дорогах слишком опасно: пока большая часть мужчин на войне с восточными соседями, разбойники совсем распоясались. Грабят и убивают только так.

– У меня и взять-то нечего, – развела руками я.

– Ха, ну ты и глупышка! Во-первых, ты девка, а с девки всегда есть что взять. Во-вторых, тебя потом можно продать в рабство – никто и не хватится, ты ведь из другого мира!

– Разве рабство не запрещено?

– Знаешь ли, убивать людей тоже запрещено законом, – философски сказала наёмная убийца, вертя в руке призрачный кинжал. – Ты выбрала платье? Я думаю, вон то, зелёное, подойдёт лучше всего. Хотя я взяла бы золотистое. Жёлтый – цвет богатства, а я так и не успела разбогатеть, эх!

– Может, всё-таки представишься? Я никому не скажу, как тебя зовут, даже Грегу.

Призрачная девица задумалась и принялась летать от стены к стене, пока я переодевалась. Честно говоря, зелёное платье смущало меня довольно глубоким декольте, но зато на нём было меньше всего бисера и страз. А на шею можно повязать кисейный платочек. Убийца между тем приняла решение.

– Хорошо, можешь называть меня Амми. Да. Так меня звали в одной компании.

– Как пожелаешь, Амми так Амми. Не слишком удобно общаться, когда у собеседника нет имени, – согласилась я. – Ты что-нибудь знаешь о гостях, которых ожидает граф Грегориан?

– О, сколько я всего знаю! Ты и представить себе не можешь! Я могла бы рассказывать об интригах этих засранцев всю ночь, но тебе нужно выспаться, иначе под глазами будут круги.

Тут я вспомнила, что убийца вообще-то была подослана королём, а значит, считала всех друзей Грегориана врагами короны. Хорошо, что Амми привязана к месту своей смерти и не сможет вернуться во дворец и настучать правителю на оппозиционеров. Нужно будет аккуратно расспросить её о короле – знает ли наёмница, что он самозванец и чёрный колдун?

– Расскажи хотя бы в двух словах, – попросила я. – Можно ли доверять им?

– Разумеется, нет, – фыркнула Амми. – Барон Бонде молод и горяч, ты сразу поймёшь, о ком я говорила, едва увидишь его. У него рыжие волосы, тьма веснушек на лице, а язык просто как помело. Ума не приложу, как его до сих пор не схватили и не повесили. Магистр Найвет возглавлял кафедру колдовства в Академии магии. Он суров, молчалив, но такие всё замышляют тайком, и ты до последнего не догадаешься, что он задумал. Да что там, он и под пытками не признается, этот чёртов некромант!

– Значит, его следует опасаться?

– Тебе-то? Вряд ли. Ты же пока ещё живая. А вот я как следует спрячусь, ибо если он захочет меня изловить, то сделает это с лёгкостью. Кто ещё? Баронесса Ламотт, кузина бедняжки Амалии. Настоящая змеища – спит и видит, как бы окрутить Грегориана Теодоруса Второго.

Я почувствовала укол ревности – не ожидала, что среди гостей графа может оказаться молодая женщина, да ещё и с подобными претензиями. Пожалуй, не буду я прикрывать грудь кисейным платочком! Наверняка эта баронесса разрядится и накрасится как кукла!

– Четвёртый, граф Розен, пользуется безграничным доверием Грегориана. Он служил ещё отцу короля Альмода и как никто другой заинтересован в том, чтобы оклеветать законного наследника трона. У него есть слабость – коллекционирует волшебные артефакты, в том числе и привезённые с юга контрабандой. За подобные делишки сажают в тюрьму, но хитрый старикашка умело прячет свою коллекцию редкостей.

– Тебя послушать, так все гости отпетые мерзавцы, – рассмеялась я. – Жалеешь, наверное, что умерла и не можешь выслужиться перед своим господином? Тебе хорошо заплатили бы за эти сведения!

– Я жалею о том, что моя десятилетняя сестрёнка осталась совсем одна! – выпалила Амми и тут же зашипела, рассердившись сама на себя. – Забудь, забудь, я ничего тебе не говорила! Будь осторожна с этими людьми, Катя. А мне пора. Сейчас сюда прибежит эта гадкая «ко-ко-кошка».