Страница 18 из 41
– Реветь будем потом, – говорю я ей в висок слова, которым меня саму научила больничная подушка. – Слышишь, Филатова? Потом. Сначала надо жить.
Тёмка деликатно топчется рядом, потом встаёт на цыпочки, заглядывает в переноску и застывает с открытым ртом.
– Мам… – шепчет он с благоговением. – Она же меньше моего кита. Она всегда такая будет?
– Вырастет, – улыбаюсь я сквозь подступившие слёзы. – Ещё как вырастет. Подрастёшь, будешь её из садика забирать.
– Буду, – очень серьёзно обещает мой пятилетний мужчина и, подумав, берёт тётю Аню за рукав. – Пойдёмте, тётя Аня, у нас дома блины.
Аня смотрит на него сверху вниз – и впервые за всё утро уголки её губ вздрагивают в грустной полуулыбке.
Теперь нас будет двое. А вдвоём – всегда лечге.