Всадники Перна

Он развернул Рут’а в сторону моря. Перепуганным людям пришлось бы добираться пешком целый день, а то и больше. Он решил пока не звать файров, не желая, чтобы они вновь перевозбудились от воспоминаний об извержении. Нужно было добраться до места, где в их ассоциативной памяти возникло бы нечто не столь катастрофическое. Наверняка им было что вспомнить о том убежище, которое нашли для себя, спасаясь, их люди.

Может, на некотором расстоянии от поселения имелись конюшни или хлева для скота и цеппи? Учитывая масштабы деятельности Предков, в подобном сооружении могли бы поместиться сотни беженцев, укрываясь от обжигающих капель и обломков!

Он попросил Рут’а лететь к морю, примерно в том направлении, куда могли бежать охваченные паникой Предки. Луга закончились, за ними потянулись кусты на пепельной земле, они сменились более крупными деревьями и густой растительностью. Требовалось немалое везение, чтобы различить что-либо необычное среди массы зелени. Джексом уже собрался попросить Рут’а повернуть назад, когда заметил в джунглях прогалину. Они скользили над длинной, поросшей травой полосой в несколько драконьих ростов в ширину и в несколько сотен в длину. Деревьев и кустов по обе ее стороны было немного, словно им не хватало почвы, чтобы укорениться. В дальнем конце странной прогалины блестели полоски воды, будто несколько соединенных между собой неглубоких прудов.

В это мгновение над краем плато взошло солнце, и, повернув голову влево, чтобы яркие лучи не били в глаза, Джексом увидел три удлиненные тени, протянувшиеся поперек прогалины. Он взволнованно направил Рут’а к ним и кружил, пока не убедился, что это явно не обычные холмы и они совершенно не похожи по форме на другие строения Предков. Собственно, столь же неестественным было и их расположение. Один из холмов находился в семи с лишним драконьих ростах впереди двух других, а те разделяло около десяти драконьих ростов.

Велев Рут’у пролететь над ними, Джексом отметил странную форму: с одной стороны склон каждого холма резко обрывался, с другой – полого уходил вниз. Разница была хорошо заметна, несмотря на покрывавшую их траву, землю и мелкие кусты.

Возбужденный не меньше своего всадника, Рут’ опустился между двумя холмами впереди. На земле они выглядели не столь неестественно, но могли показаться странными даже тому, кто пришел бы пешком.

Едва он успел попросить Рут’а приземлиться, в воздухе над ними, возбужденно щебеча, возникли файры, охваченные невероятной радостью.

— Что они говорят, Рут’? Попробуй их хоть немножечко успокоить. У них есть картинки про эти холмы?

«Множество. – Рут’ поднял голову и негромко загудел, обращаясь к файрам, которые так лихорадочно носились в воздухе, что Джексом даже не пытался понять, есть ли на них ленточки. – Они счастливы. Они рады, что ты вернулся. Тебя так долго не было».

— Когда я был здесь в первый раз? – спросил Джексом Рут’а, понимая, что не стоит сбивать огненных ящериц с толку прошедшими поколениями и прочим. – Они могут вспомнить?

«Когда вы спустились с неба на длинных серых штуках». – Казалось, Рут’ сам был ошеломлен этим ответом.

Джексом прислонился к Рут’у, не в силах поверить.

— Покажи мне!

На него нахлынули яркие, противоречащие друг другу образы: сперва смутные, потом все более четкие по мере того, как Рут’ сводил мириады впечатлений в единую связную картину.

Джексом увидел серые цилиндры с короткими крыльями, мало похожими на изящные крылья драконов. Один конец цилиндра заканчивался кольцом из коротких трубок, а другой – тупым носом. Внезапно в поверхности первого цилиндра, примерно на трети длины от конца с трубками появилось отверстие, откуда начали спускаться по пандусу мужчины и женщины. В голове Джексома промелькнули сменяющие друг друга образы людей, которые бегали вокруг, обнимая друг друга и подпрыгивая. Затем картина, которую получал Рут’ от взволнованно щебечущих файров, превратилась в хаос: будто каждый отдельный файр следовал за одним человеком, и каждый пытался передать Рут’у свой собственный образ, а не групповую картину высадки и последующих событий.

У Джексома не оставалось сомнений, что именно здесь Предки нашли убежище от извержения вулкана – в кораблях, доставивших их с Рассветных Сестер на Перн. И корабли эти так и остались здесь, поскольку по какой-то причине не смогли вернуться назад к трем звездам.

Вспомнив, что отверстие в цилиндре расположено на одной трети длины от конца с трубками, Джексом двинулся по траве, пока не решил, что добрался до нужного места. Файры, словно в экстазе, совершали акробатические трюки над его головой.

«Они говорят, что ты нашел его», – сообщил Рут’, подталкивая Джексома вперед. Большие глаза дракона сверкали желтым огнем. Словно в подтверждение его слов, десятки файров уселись на цилиндр и начали выдирать траву.

— Нужно вернуться в холд и рассказать остальным, – пробормотал Джексом.

«Они спят. Бенден спит. Мы – единственные бодрствующие во всем мире! – (Джексом вынужден был признать, что подобное вполне вероятно.) – Я копал вчера. Я могу копать сегодня. Мы можем копать, пока они не проснутся и не придут нам на помощь».

— У тебя есть когти, а у меня нет. Давай возьмем инструменты с плато.

Туда и обратно их сопровождали охваченные радостным возбуждением файры. Взяв лопату, Джексом отметил примерное место, которое надо раскопать, чтобы добраться до входа в корабль. Потом он только присматривал за Рут’ом и подправлял файров, чья помощь порой становилась помехой. Сперва они сняли дерн, и файры унесли его клочья в кусты за прогалиной. Слой нанесенной за тысячи Оборотов земли был не слишком толстым, но дожди и солнце уплотнили почву. У Джексома разнылись плечи, и он, поумерив темп, сжевал пирожок, то и дело понуждая ссорящихся файров вернуться к работе.

Когти Рут’а обо что-то заскрежетали.

«Это не камень!»

Джексом метнулся туда, проткнул лопатой рыхлую землю. Лезвие звякнуло о твердую неподдающуюся поверхность, и он издал дикий вопль, заставивший всех файров взмыть в воздух.

Смахнув ладонями остатки земли, он осторожно провел пальцами по странной поверхности. То был не металл и не вещество из курганов – скорее нечто похожее на матовое стекло. Но никакое стекло не могло быть столь прочным!

— Рут’, Кант’ еще не проснулся?

«Нет. Но Менолли и Пьемур уже не спят. И не могут понять, где мы».

— Думаю, нужно вернуться и рассказать им! – торжествующе воскликнул Джексом.

* * *