Всадники Перна

— Я думал, я тебя потерял.

— Меня труднее потерять, чем тебе кажется, наставник.

Джексом не смог удержаться от глупой ухмылки, увидев на лице Лайтола улыбку – впервые с тех пор, как он себя помнил.

— От тебя остались одни кожа да кости, – в своей обычной грубоватой манере заметил Лайтол.

— Это пройдет. Мне позволяют есть, сколько пожелаю, – ответил Джексом. – Хочешь чего-нибудь?

— Я прилетел сюда не для того, чтобы поесть. Я прилетел, чтобы увидеться с тобой. И вот что я тебе скажу, юный лорд Джексом. Тебе стоит пройти еще несколько уроков картографии у мастера-кузнеца. Ты не вполне точно разместил деревья вдоль берега бухты на своем наброске. Хотя Гора вышла превосходно.

— Я знал, что ошибся с деревьями, наставник, – именно это я хотел в числе прочего проверить. Вот только когда я оказался здесь, это начисто вылетело у меня из головы.

— Понимаю, – хрипло рассмеялся Лайтол.

— Расскажи мне, какие новости в холде? – Джексому внезапно страстно захотелось узнать о мелочах, прежде казавшихся ему утомительными.

Дружеский тон их беседы повергал Джексома в изумление. Только теперь он понял, что неловко себя чувствовал в обществе Лайтола, с тех пор как непреднамеренно запечатлел Рут’а. Но от былой напряженности не осталось и следа. По крайней мере, от его болезни обнаружилась хоть какая-то польза: она сблизила их с Лайтолом намного сильнее, чем Джексом когда-либо мог представить в детстве.

Вошла Брекка, виновато улыбаясь.

— Прости, лорд Лайтол, но Джексом легко устает.

Лайтол послушно поднялся, с тревогой взглянув на Джексома.

— Брекка, после того как Лайтол проделал такой путь верхом на драконе, думаю, ему можно это позволить.

— Нет, мальчик мой, я еще вернусь. – Улыбка Лайтола застигла Брекку врасплох. – Пожалуй, не стану рисковать.

Он в очередной раз удивил Брекку, неловко обняв Джексома перед тем, как выйти. Брекка уставилась на юношу, который пожал плечами, словно предлагая ей самой искать объяснение странному поведению его опекуна, и поспешно вышла, чтобы проводить гостей назад к пляжу.

«Он был очень рад тебя видеть, – сообщил Рут’. – Он улыбается».

Джексом снова лег, устраиваясь поудобнее, и закрыл глаза, усмехаясь про себя. Он все-таки заставил Лайтола взглянуть на прекрасную Гору.

Лайтол оказался не единственным, кто прилетел посмотреть на Гору и увидеться с Джексомом. На следующий день прибыл лорд Грож. Ворча и отдуваясь на жаре, он кричал на свою маленькую королеву, чтобы она не затерялась среди чужаков и не промокла насквозь, поскольку ему не хотелось лететь назад с мокрым плечом.

— Слышал, ты подхватил ту же горячку, что и наша девушка-арфистка, – сказал лорд Грож, столь энергично входя к Джексому, что выздоравливающий юноша тут же почувствовал себя крайне уставшим. Еще больше его раздражал внимательный взгляд лорда Грожа. Он так долго рассматривал ребра Джексома, что юноше показалось, будто он их пересчитывает. – Ты что, не можешь лучше его кормить, Брекка? А я-то считал тебя выдающейся целительницей. Парень в скелет превратился! Такого нельзя допускать. Должен заметить, ты выбрал превосходное место, чтобы свалиться больным. Надо бы поглядеть, что тут и как, раз уж я здесь. Впрочем, путь был не так уж долог. Гм.. да, стоит поглядеть, что тут и как. – Грож выпятил подбородок, вновь хмуро глядя на Джексома. – А ты сам-то успел? Прежде чем хворь тебя свалила с ног?

Джексом понял, что нежданный визит лорда Грожа, возможно, имеет под собой несколько целей и первая из них – заверить других лордов, что лорд Руатанский пребывает среди живых, вопреки слухам. При мысли о второй цели Джексому стало несколько не по себе: он отчетливо вспомнил замечание Лессы о том, что ей нужна «лучшая часть».

Когда Брекка тактично напомнила шумному и общительному лорду, что не стоит утомлять ее пациента, Джексом едва не подпрыгнул от радости.

— Не беспокойся, парень. Я вернусь, можешь не бояться, – весело помахал ему с порога лорд Грож. – Превосходное место. Я тебе завидую.

— На севере уже все знают, где я? – спросил Джексом у вернувшейся Брекки.

— Его привез Д’рам, – хмуро ответила она, тяжело вздохнув.

— И о чем только Д’рам думал? – вздохнула Шарра, опускаясь на скамью и с преувеличенным облегчением обмахиваясь большим листом дерева. – Грож и здорового измотает, не говоря уже о выздоравливающем.

— Полагаю, – продолжала Брекка, не обращая внимания на замечание Шарры, – лордам нужно подтверждение, что Джексом жив и поправляется.

— Он осматривал Джексома, будто скотовод бычка. Ты, случайно, зубы ему не показывал?

— Пусть манеры лорда Грожа тебя не обманывают, Шарра, – сказал Джексом. – У него столь же острый ум, как и у мастера Робинтона. И если его привез Д’рам, то Ф’лар и Лесса наверняка об этом знают. Вряд ли им понравится, если он захочет вернуться или заняться тут разведкой.

— Если Лесса в самом деле позволила лорду Грожу сюда прилететь, я с ней точно поговорю, можешь не сомневаться, – ответила Брекка, неодобрительно поджав губы. – Он не самый лучший посетитель для выздоравливающего. Думаю, тебе стоит знать, Джексом, ты проболел горячкой шестнадцать дней..

— Что? – Джексом ошеломленно сел на постели. – Но.. но..

— Горячка – крайне опасная болезнь для взрослых, – сказала Шарра и взглянула на Брекку, которая кивнула. – Ты едва не умер.

— Я? – Джексом испуганно приложил руку ко лбу.

Брекка снова кивнула:

— Так что даже если тебе и кажется, что твое лечение чересчур затянулось, поверь, у нас есть на то причины.

— Я едва не умер? – Джексом все еще не мог переварить услышанное.

— И потому мы не спешили, чтобы ты точно выздоровел. А теперь, думаю, тебе пора поесть, – сказала Брекка и вышла.

— Я едва не умер? – Джексом повернулся к Шарре.

— Боюсь, да.

Похоже, его реакция скорее развеселила ее, чем встревожила.

— Но важнее всего, что этого не случилось. – Она невольно взглянула в сторону пляжа и, облегченно вздохнув, коротко улыбнулась.

И Джексом заметил, что в ее выразительных глазах застыла недавняя грусть.

— Что тебя так печалит, Шарра? Кто-то умер от горячки?

— Ты его не знал, Джексом, да и я знала не слишком близко. Просто.. просто любому целителю тяжело терять больного.

Поняв, что она слишком остро восприняла ту смерть, он решил больше не расспрашивать.